мы всегда успеем. Но что-то мне подсказывает, что вы захотите продлить себе жизнь.
Ну вот, так и знала. Сейчас начнутся торги, выиграть которые мне никто не даст. И продам я душу дьяволу за здорово живешь. С другой стороны, мне бы только спастись, а пообещать ради этого можно что угодно.
– Сделки я предпочитаю обсуждать в нормальном положении.
– Видите ли, Виринея, или Рубиновая Кобра, тут как вам больше нравится, вы, кажется, меня неправильно поняли. Никаких сделок не будет. Вы в руках Инквизиции, и вас все равно казнят, но только сначала вам предстоит кое-что для нас сделать.
Инквизитор вдруг застыл, к чему-то прислушиваясь, но в комнату не проникало ни единого постороннего звука.
– Хорошо, я сейчас буду, – сказал он. – Прошу извинить, но я вынужден вас покинуть.
– Ага, я пока здесь повешу, не волнуйтесь, – буркнула я.
– Не сомневаюсь.
Стурла ушел, а я пнула зеркало пятками в бессильной ярости. Однако почти сразу дверь снова открылась, пропуская кого-то внутрь. Но это был не дознаватель. По-змеиному желтые глаза посмотрели на меня с обожанием. Господин Тельгор сладострастно облизнулся и танцующей походкой направился ко мне, помахивая курткой и ботинками. Я как-то сразу пожалела, что почти обездвижена. Уж больно плотоядно он меня рассматривал.
– Дорогая, ты еще прекраснее, чем тот образ, что сохранился в моей памяти! Я мечтаю целовать твои ручки! Каждый пальчик, каждый ноготок, каждую родинку! Позволь же ничтожному рабу осуществить свою скромную мечту!
Я подобрала отпавшую челюсть, а эта инквизиторская мелочь начала подпрыгивать бешеным кузнечиком, пытаясь лобызнуть мои руки. Спустя минуту до него дошло, что можно и по-другому. Он меня освободил. Я плюхнулась на пятую точку и растерла запястья настолько интенсивно, насколько позволяли ожоги. Ввиду занятости вышеозначенных конечностей, ничтожный раб приложился к лодыжкам, словно изголодавшийся кобель к сахарным косточкам. Мое терпение лопнуло, когда он начал их вылизывать.
– Да отвали ты! – рявкнула я и врезала инквизитору в челюсть обслюнявленной ступней.
Тельгор отскочил, потирая ушибленное место. В желтых глазах немного прояснилось.
– Да, ты права, дорогая, сейчас не время и не место для нашей страсти. Ты должна довериться мне. Я пришел, чтобы увести тебя отсюда.
– Это шутка или проверка?
– Ну что ты, как можно? Собирайся, я уведу тебя отсюда, пока магистр Стурла не понял, что никто его никуда не вызывал.
– С чего это ты мне помогаешь?
– Скажем так, я привык заботиться о своих женщинах, чтобы там обо мне не говорили, – приосанился спасатель. Видимо, я должна была быть наслышана о его похождениях, а потому просто обязана проникнуться неземным счастьем от перепавшего мне внимания. – А нас с тобой свела сама судьба. Я давно искала такую, как ты. Сильную, смелую и прекрасную. Когда я возьму тебя, наша страсть будет подобна распустившемуся цветку. Его аромат изольется вокруг, освобождая нас от границ и предрассудков.
– Ладно-ладно, я пойду с тобой, только заткнись, – проворчала я. – Ботинки-то отдай.
Инквизитор подал мне обувь, наблюдая за тем, как я обуваюсь самыми щенячьими глазами.
– А можно я шнурочки затяну? – облизнулся он.
– Ага, потом как-нибудь, если захочешь, – пообещала я, проверяя шнуровку.
За куртку пришлось побороться и применить прием с ударом в горло, иначе этот обольститель никак не хотел понять, что руки нужно держать при себе.
– Ничего, так даже интереснее, нагуляем аппетит. – Прокашлявшись, Тельгор отворил комнату и поманил меня за собой. За порогом была еще одна комната, доверху набитая непонятными приборами и экранами. Снаружи, как я и предполагала, зеркала были прозрачными. Все-таки следили извращенцы, в блокнотики строчили, анализировали. Вот прямо сейчас двое в форме сидели за столами и пялились в мониторы.
– А…
– Сомнамбулистическое заклятие, – пожал плечами инквизитор, вытаскивая из корпуса одного из компов накопитель с записью и заменяя его своим. На экранах я снова оказалась в камере. – Когда очнутся, ничего не вспомнят. А мы уже будем далеко. Прошу.
Он вывел меня в узкий пустой коридор. Справа он заканчивался лифтом, слева – круглым люком с винтом, подсвеченным зеленой лампой.
– Об охране не беспокойся, ее здесь почти нет. Мы в подземной части Управления. Все этажи изолированы друг от друга титалиевыми переборками. По тревоге они опускаются, а в вентиляцию подается нервно-паралитический газ. Нам туда. Этот лифт ведет в канцелярию генерал-магистра, но выйдем мы немножко раньше.
Двери лифта распахнулись. Тельгор вошел первым и протянул ко мне руку.
– Прошу, дорогая, все будет хорошо. Мой человек в охране остановил запись в кабине, а наверху нас ждет машина.
Меня терзало смутное сомнение. Уж больно складно получалось. Наступал тот момент, когда стоило прислушаться к пресловутой женской интуиции, которая, как назло, решила объявить бойкот. Решение приходилось принимать на трезвую голову, а поскольку стоять здесь было еще глупее, чем не стоять, я выбрала второе.
Лифт плавно двинулся вверх. Он тоже был зеркальный. Это уже напрягало. В основном потому, что с моим отражением творилось нечто странное. Оно троилось, расплывалось и всячески рябило. Несколько раз мне привиделась стоящая за спиной тень. Но инквизитор никак не реагировал. Видимо, привиделось. Кто знает, чем меня накачали, прежде чем я очнулась здесь.
– Ты знаешь, что Управлению от меня нужно?
– А что мне будет за ответ?
Я недвусмысленно выставила вперед два пальца. Этот идиот перецеловал их по очереди. Тьфу!
– Те пятеро с отрубленными головами вершина айсберга. По некоторым особенно секретным сведениям за ними стоят очередные бешеные фанатики. Это на их совести первые два инцидента с Вратами. Их предводители умеют прятаться, да так, что Управлению до сих пор ничего о них неизвестно. Ну кроме того, что их интерес к тебе, моя курочка, не вызывает сомнений. И вряд ли они мечтают пригласить тебя на чай. Так что выбор невелик. Либо ты дружишь с Управлением против них, либо Управление тебя убирает, чтобы спутать врагу планы.
– Каким же образом сюда вписывается глава КВМБ?
– Да никаким, – проворчал инквизитор, прожигая меня ревнивым взглядом. – Он слишком больших размеров заноза в заднице, а связь его викария с террористами оказалась кстати, чтобы раз и навсегда от него избавиться. Осталось только подкрепить улики живыми показаниями. Например, одной прекрасной наемницы. Слишком уж рьяно этот кровосос занимался ее поисками. Настолько, что ведь мог и найти. И попасть под ее дурное влияние. Настолько дурное, что помог негодяям исполнить задуманное. Кстати, у тебя с ним ничего такого не было? Или было?
Он вперился в меня неприятным змеиным взглядом.
– Чего это такого? – прищурилась я. – Ты на что намекаешь, гремлин-переросток?
– Вообще-то, мой батюшка был из гоблинов, но вот с матушкиной стороны что-то такое было, да, – и не подумал обидеться Тельгор, придвигаясь поближе. – Но знаешь, это совсем неважно, дорогая, потому что, когда мы окажемся только вдвоем и я покажу тебе, что такое настоящий мужчина, ты позабудешь все, что было с
