два выстрела. Всего мгновение, двое рыцарей, в хороших, дорогих латах, с именным оружием, заваливаются вперед, с развороченными от пуль лицами. Проходит четверть секунды, в моих руках вновь вспыхивает порох, и вновь два точных, усиленных магией выстрела, достигают цели.
— Два. — Четыре трупа, гремя бронёй, падают на доски, перепрыгивая через них, замахнувшись алебардой, мечом и топором, сразу трое высоких, сильных мужчин хотят поразить своим оружием беззащитную девушку. Лезвие меча застывает всего в миллиметрах от моего горла, в глазах воина читается победа. Он жаждал убить меня, дабы отомстить за товарищей, но умрет за идею и ложные идеалы, приведшие его сюда. От взмаха моей левой руки порвалась перчатка, пальцы проходят сквозь сталь, плоть, позвоночник воина словно через текущий тонкой струйкой ручей. Удар мой был неосторожным, небрежным и неровным. Кто-то лишился половины туловища, кто-то четверти головы и рук. Я испачкалась в крови, залита их грязной, пропитанной пороком живицей, какая мерзость…
— Три. — Все, кто шел за первыми семью мертвецами, оцепенели. Большинство из них даже не смогло понять, что убило их товарищей. Долго объяснять, разговаривать с кем-то вроде этих ничтожеств нет никакого желания. Поэтому я поступлю так, как обычно не поступаю с предателями.
Мост, развалившуюся на нем плоть, обожгло волной жара, отчего в нос ударил стойкий запах паленых волос и плоти. Еще разок поглядев себе под ноги, надеясь, что не спалю мост, творю заклятье пламенных цепей, а после милостиво направляю их сквозь ряды солдат за тем, кто назвал меня «тварью и шлюхой». Разорвав всего девять из девятнадцати не интересующих меня пешек, пламенными цепями охватываю, поднимаю над головами того, кого я уже называла своей ошибкой. Пламя, оно могло превратить его тело в прах за считанные секунды, но ему такой любезности оказывать нельзя. Стальной нагрудник, в который одет мужчина, постепенно накаляется докрасна, загорается одежда под ним, ремни, кожа, он кричит, жарится в собственной броне. Ублюдок, мне плевать, что он сказал про меня, плевать, как назвал и что думал обо мне, но за нападение на Его…
— Не прощу! — Постепенно добавляя жару, заставляя ощущать боль от ботинок и до самой шеи, дожидаюсь, когда ублюдок умолкнет, потеряет сознание, а после разрываю тело его на куски, разбрасывая по реке и над мостом.
Воины, видевшие это, падают на колени. Где же их хваленые маги, где те уверенные в себе, готовые умереть в бою против меня мужчины? Когда Матвеем впервые столкнулся с Аоррой, силой за гранью понимания живых, он не испугался, он был один и все равно вышел, так почему же вы все… пришедшие за его жизнью теперь дрожите⁈ Трусы, ублюдки… вы и его ломанного ногтя не стоите. Убила бы… не будь здесь их. Обернувшись, вижу Регину и Барда, они пристально следят за мной и непременно расскажут обо всем увиденном Матвеему. А он, в свою очередь, разозлится за то, что я хочу сделать с этой грязью. Проклятье…
— Вы двое, пойдете со мной. — Требую я от бывших спутников хозяина, и те, молча кивая, грузятся в телегу. — А вы отведёте меня к тому, кто вас послал. Возражения есть? — Мои огненные цепи окружают последних выживших. Воины бросают оружие, жмутся друг к другу, требуют пощады и обещают содействие.
Всё-таки не зря я их пощадила…
От Автора: Уважаемые читатели! Те немногие, кто дошёл до сего момента. Огромное вам спасибо за ваше терпение, внимание, за проявленный к истории интерес и то время, средства, что вы потратили на эту книгу. К сожалению, из-за наступившего весенне-летнего периода, я совсем выбился из графика. Работы, связанной не с книгами, кратно приумножилось (думаю, жители сельской местности меня поймут). Я и дальше буду стараться придерживаться графика выкладки 5 глав в неделю, но, как оно будет, если честно, не представляю.
Знаю, многих это огорчит, кого-то даже разозлит, к хейту мы привыкли, можете не сдерживаться. Абсолютно всех читателей и наблюдателей я приглашаю в комментарии к первому тому книги https://author.today/work/302341, там я очень надеюсь увидеть ваши послания, оставленные всем тем, кто решится так же начать читать данный цикл.
П. с.С благодарностью, уважением и извинениями, Focsker.
Глава 27
Всего день прошел с отбытия Зари, а я уже тосковал и переживал за нее как за несмышленое Облачко, что постоянно исчезало из моего поля зрения. Одной ночи хватило, чтобы осознать, насколько сильно мои прошлые задумки сложны, а идеи не воплотимы. На создание одних лишь только гильз, патронов, всего для одного пулемета, с моими способностями могут уйти целые дни, недели. Стрелять, пользоваться этим устройством, смогу тоже только я. Всё держится на соплях, не надёжно, и при случае поломки немедленно устраню проблему, сможет только моя магия. Однако даже так, столкнувшись с множеством сложностей, я не отказался от затеи. Пулемёту — быть! Гатлинг — слишком крутое название, Матвеевник — тупое и дебильное, а вот пулемет Матвей почти созвучен с пулеметом Максим, вроде бы даже как-то нейтрально. Короче, название моей вундервафли я уже придумал, осталось только ее сотворить.
Крафт автоматическое оружие без мозгов, токарей и станков, мда… Создание любого механизма, даже самого простого, требовало очень специфического подхода. Всё ломалось, отказывалось работать, заставляло постоянно начинать сначала. Лишь там, где мое подсознание, фантазии, что-то дельное могли представить, удавалось достигнуть хоть каких-то совсем незначительных продвижений. К вечеру второго дня мне удалось создать «кликер», способный по нажатию активировать простые заклинания(путём разрушения магического круга). Принцип действия заключался в следующем: каждая гильза имела в себе пулю, порох и взрывную печать там, где должен был быть капсюль. Подавалась она в специальное отверстие, проделанное в стволе с слева. Потом это отверстие закрывалось засовом, я дергал рычажок спуска, что загнутым крюком-бойком ударял в капсюль, разрушая нанесенную на него печать. Раздавался взрыв, вылетала пуля, а гильза… не вылетала. Металл из которого делались гильзы выдерживал взрыв, но сама она, гуляя по стволу, периодически застревала. Связанно это было, с браком… моим личным(Пули, как и гильзы получались разного размера и калибра). Из-за постоянных застреваний скорострельность оказалась на очень низком уровне. Иногда 2–3, а иногда и всего 1 выстрел в минуту. Слишком тяжелая сталь, слишком несовершенная конструкция, слишком глупый создатель.
