появилось изображение сверху, с высоты в сотню метров, военный корабль, разрезающий волны. Над ним развевались несколько флагов, в том числе и флаг Великобритании.
— Мадам и мсье наденьте наушники. — Попросил голос из громкоговорителей.
Выглядящая материальной часть оборудования прошла сквозь самоходку как призрачная. Теперь стрелок сам видел корабль, о чем доложил через громкоговорители.
— Вижу цель, готов произвести выстрел.
— Производите. — Отдал приказ военный за моей спиной.
В наушниках звук выстрела показался слишком тихим. Фактически он был произведен вне ангара, и сюда долетела только его небольшая часть, переданная через металл корпуса самоходки. Верхушка надстройки фрегата разлетелась щепками в облаке дыма.
— Второй выстрел снарядом с манифестом о новом миропорядке. — Приказал военный.
Второй выстрел по корвету засыпал его листовками, в которых доходчиво объяснялось почему теперь Франция становится главной мировой державой и что стоит сделать главам государств, чтобы не вызвать недовольство нового лидера. Я представил себе изумление английских моряков, которые слышали звук выстрела, но так и не увидели его источника. А оборудование корабля смогло зафиксировать только кратковременную тепловую аномалию и больше ничего.
Я вернул «бабку» на место, открыв зрителям самоходку с дымящимся стволом. Публика захлопала в ладоши, радуясь удачной демонстрации оборудования. А мне хотелось провалиться сквозь землю. Не хотел, чтобы мое имя, пусть и фальшивое, ассоциировалось только с войной.
— Давай следующую цель. — Военный потер руки в предвкушении зрелища. — Что-нибудь перехватили уже? — Поинтересовался он у связистов.
— Да, об инциденте уже известно.
— Ладно, ждем реакцию.
Я сделал вид, что выбрал координаты американской военной базы. Она располагалась в Германии, чтобы одним выстрелом убить двух зайцев. Напугать и американцев и немцев, и заодно выставить ультиматум о закрытии американских баз в Европе. «Бабка» снова скрыла половину самоходки. Вид на базу на этот раз был не из зенита, а из перспективы градусов в шестьдесят с расстояния в пятьсот метров, чтобы она полностью вошла в экран. Стрелок доложил:
— Вижу группу военных на плацу, человек двести. Идет построение. Какую цель выбрать, штаб или их.
Военный за моей спиной ответил не сразу. Видимо хотел поразить обе цели.
— А, стреляй по военным на плацу. Пусть разметает янки по округе. Не все им с «Рипера» безнаказанно стрелять.
— Понял. Готов к выстрелу.
— Производите.
Я закрыл глаза. Хоть мне и не нравились американские солдаты, но любая подлая смерть не нравилась мне еще больше. Глухой выстрел передался телу через пол.
— Второй заряд с манифестом. — Приказал военный.
— Готов к выстрелу.
— Производите.
Я открыл глаза. От плаца в сторону ветер уносил серое облачко дыма. Люди разбегались от темной воронки в сторону, но очень многие лежали. Самоходка вынырнула из портала. Ее опять встретили аплодисментами. Ни дать, ни взять, люди пришли поглазеть на смерть, как во времена древних амфитеатров и сражающихся на них рабов. Да, уж, человеческая природа слаба. Как только поверили в свою безнаказанность, так сразу чужая жизнь перестала представлять ценность. Она была ценна только, когда с противником был паритет, и ты сам мог распрощаться с ней.
— Кто там у нас следующий? — Довольно усмехнулся военный, руководящий всем представлением.
— Полярная база русских. — Напомнил я и сжал кулаки.
Нет, стрельбы по нашей базе я допустить никак не мог. Надо было срочно что-то придумать.
— Может, прервемся на кофебрейк? — Предложил я.
— Какой кофебрейк, это война друг мой, отдыхать некогда. Начинай.
Тут я не владел ситуацией. Чтобы я не нажал, оборудование все равно бы произвело заранее запрограммированные манипуляции. Устроить диверсию, потерять жену, сына, вероятно и Михаила с Амели. Но как мне жить и смотреть в глаза нашим военным, в смерти которых я повинен. А я буду повинен, как ни крути, и с этим мне придется жить.
— Мне что-то нехорошо. — Я взялся за грудь. — Вчера осколок попал мне в грудь в том здании, обстрелянном англичанами.
— Фаркат, сейчас не время обращать внимание на всякие мелочи. Вы нужны нам здесь. Вызовите врача, пусть принесет ему таблеток. — Приказал он.
Я мог бы вырубить его, но бежать из ангара было некуда. Он был закрыт бронированной дверью. И пусть я почти бессмертен, благодаря браслету, что мне это даст. Корабль заменит меня, представив миру другого ученого, о котором до сего момента никто не знал.
— Да, мне что-нибудь обезболивающее и грамм сто коньяка. — Попросил я.
Я решил, что топливо не будет лишним, потому что до конца не мог быть уверен, что перенесу уготованное испытание. «Бабка» начала движение в сторону самоходки. На экране появился «трилистник» российской базы.
— Вижу цель. Выбираю здание штаба. — Доложил стрелок.
— Огонь по готовности. — Приказал военный.
— Послушайте, не делайте этого. — Я вскочил и обхватил военного, раздающего приказы, сзади. Вынул из его кобуры пистолет и приставил к голове. — Я убью его, если вы откроете огонь.
— Открывайте огонь, пистолет не заряжен. — Военный рассмеялся и захрипел, когда я прижал его глотку посильнее. — Отпусти, идиот, пацифист чертов.
Я кинул взгляд на экран за мгновение до выстрела. Почему-то вместо российской базы появилось статичное изображение закрытого портала. Выстрел и взрыв снаряда слились в один. Разлетевшиеся осколки прошили «капитанский мостик» над моей головой, но чудом никого не задели. По ушам ударило так сильно, что я выпустил военного и схватился руками за голову. Ангар наполнился дымом, криками и воплями. Часть оборудования портала разнесло на куски. Сразу начался пожар. Все, кто находились внутри комнаты оператора устройства искривления пространства, просто попрыгали вниз и бросились к единственному выходу, который был закрыт.
Я не понял, что произошло. Почему портал закрылся в тот момент, когда мне это было нужнее всего. Неужели он умел воспринимать телепатические команды? Даже для продвинутой цивилизации такой вариант был слишком фантастическим. Не могло такого быть, кто «громче» думает, тот и управляет устройством. Если это действительно случилось по моей вине, то существовал шанс выставить себя перед кораблем в роли человека, который сделал это нечаянно. Я на самом деле ничего не сделал, кроме как пытался взять в заложники какого-то военного, но об этом корабль мог и не знать.
Помещение быстро наполнялось удушливым
