руки.
Видимо, командир небольшого отряда козырнул мне и указал на свободное место. Меня ждали, и демонстрация эффектного появления могла только убедить их в силе оружия, которое я собирался презентовать.
— Вива ла Франс. — Я показал «виктори» из двух пальцев.
— Добро пожаловать на борт, мьсе Басам. — Произнес командир. — Рад, что вы на нашей стороне. Друзей у Франции, как оказалось, нет совсем.
— Сильные всегда живут в одиночестве, а слабые объединяются. — Выдал я экспромтом афоризм. — Сильные славятся великодушием, а слабые подлостью и злостью.
— Так и есть, мсье Басам. Просто удивительно, как вы додумались до всего этого. — Офицер показал в ту сторону броневика, из которой я появился.
— Наблюдательность и знания. — Я постарался выглядеть убедительным.
— Это что ж, теперь, машины, поезда, самолеты и корабли больше не нужны? — Спросил он.
— Да, они уходят, верно отслужив свой век. Уверен, что после массового внедрения порталов искривления пространства ваше представление о расстояниях сильно поменяется. Больше не будет понятия далеко и близко, все будет в одном шаге.
— Для меня это невероятная фантастика. Мой отец еще пять лет назад не верил, что по телефону можно видеть друг друга, а тут порталы искривления пространства. В какое время мы живем. — Произнес он впечатленный перспективами. — Жаль, конечно, что в первую очередь серьезное изобретение рассматривается как оружие. — Он задумался. — Но ничего не поделаешь. Не ты его применишь, так его применит враг. Каждая страна хочет возвыситься над остальными любой ценой.
— Да, так и есть. Стремление к лидерству — залог движения вперед. Правда, какой лидер, такое и движение и соответственно результат.
— Думаете, Франции есть, что дать миру?
— Конечно, иначе я не сидел бы в этой машине.
Броневик остановился у ворот военной базы перед шлагбаумом, избавив меня от придумывания ответа о том, что во Франции такого, чем она могла бы обрадовать мир. Я выглянул в маленькое бронированное окошко. Охрана поста состояла из десятка хорошо вооруженных бойцов и двух БМП, прячущих корпуса за бетонными блоками. Над ними трепало ветром маскировочную сеть. Обстановка произвела на меня впечатление будто рядом находится линия фронта.
Мозг против воли воспроизвел запах гари из разрушенного ракетами здания. Хотелось верить, что на этот раз военные были готовы к любым шагам противника. Тяжелая дверь броневика открылась. Двое часовых в закрытых масками лицах осмотрели внутренности автомобиля.
— Езжайте. — Разрешил один из них спустя полминуты.
Броневик проехал к ангару, выкрашенному камуфляжными пятнами. Вокруг него стояло большое количество черных легковых автомобилей, говорящих о том, что на демонстрацию оружия прибыло изрядное количество высокопоставленных чиновников. Мне стало неуютно от уготованной роли разрушителя. Хоть я и был в этом спектакле совершенно пассивным актером, все равно чувствовал свою ответственность за происходящее. Выбрав для себя жизнь родных и близких, я участвовал в уничтожении людей, которых не знал. Тяжелый выбор и во вселенском смысле неправильный, но иначе я не поступил бы ни за что.
Как только я сошел с массивных ступеней броневика, охрана взяла меня в плотное кольцо. Они провели мою важную персону внутрь ангара, в котором я уже знал, что увижу. Моя память услужливо подсовывала мне картинки предстоящей презентации. Незаменимая вещь этот прибор, записывающий мысли для выполнения школьных домашних заданий.
Мы вошли внутрь. Массивная дверь ангара захлопнулась за мной бесшумно. Внутри огромного помещения пахло соляркой и дикой смесью разнообразного мужского и женского парфюма. Важные шишки, плотно набившись вокругдемонстрируемого оборудования, подготовились к презентации со всей тщательностью, как модели на дефиле.
— Мадам и мьсе, наш спаситель и опора, Фаркат Басам. — Представил меня военный с неестественно белыми зубами.
Гости похлопали, но по-военному, коротко. Передо мной стоял прибор, высотой под пять метров. Напоминал он больше всего огромный токарный станок. Только вместо передней и задней бабки стояли устройства искривления пространства. Они так же были подвижны, создавая изменением положения необходимые параметры размера и положения портала. Между ними помещалось любое оружие: гаубица, танк, военный с гранатометом, ПЗРК или снайперской винтовкой, подвешивалась бомба. Одним словом всё, что могло нести смерть. В нашем случае совершенно неожиданную и безнаказанную.
К пульту управления вверх вела трехметровая лесенка. Корабль Ценерис постарался, чтобы органы управления выглядели похожими на изделия земных технологий, отчего помещение с ними стало похоже на кабину современного седельного тягача. Я поднялся вверх. За мной поднялась съемочная группа из журналистки и оператора. Судя по надписям на бейджиках, они относились к министерству обороны Франции. За ними поднялись пятеро военных. Больше сюда народу просто не влезло бы.
Мои пальцы знали последовательность нажатия кнопок и переключателей. Оборудование ожило. По полу пошла мелкая вибрация.
— Мы становимся свидетелями исторического момента, когда наша страна сможет заявить о себе как супердержава. — Вещала журналистка. — Потрясающее изобретение, изменяющее представление о физике, и вообще о мире, сейчас покажет нам, на что оно способно. Мы понимаем, что военное применение не является основным, но человек так устроен, пока не увидит демонстрации превосходства, не поверит, что оно у нас есть.
— Фаркат, вы смотрели порядок выбранных целей? — Спросил военный с нашивками артиллериста.
Я напряг мышцы лба, будто силился вспомнить.
— Английский фрегат, американская военная база, китайская военная база, российская полярная военная база, японская военная база, аэродром шведских ВВС, израильская штаб-квартира «Цахала» и… и африканские партизаны. Верно?
— Потрясающе, вы все правильно запомнили.
— А зачем партизан? Они-то вам чем угрожают?
— Не люблю я их, пусть знают об этом.
У меня на душе скребли кошки. Как я мог допустить уничтожение людей, которые не были готовы к этому, особенно касаемо российской базы. По иронии судьбы могло оказаться так, что там мог погибнуть тот, кого я знаю. Безнаказанность застила военным разум. Их глаза горели в предвкушении смертельного шоу.
— Начинайте. — Шепнул тот же военный, который спрашивал про список.
Координаты места положения были вбиты в память устройства. Все, что от меня требовалось, это сделать вид, будто я чем-то управляю. На самом деле устройством управлял корабль Ценерис. На станине уже стояла самоходная артиллерийская установка. В районе задней «бабки» началось волнение воздуха. Он недолго поколебался, а потом застыл. Я подал команду движения портала навстречу самоходке. На экране передо мной
