Читаем без скачивания Коварный брамин из Ассама. Гибель империи. Реванш Янеса - Эмилио Сальгари

– И тигр уже сожрал его останки. Эти твари так и рыщут вокруг.

– Вы совершенно правы, господа. Мы дали телеграмму в Калькутту, пусть поищут на путях.

– Только зря время потеряют. – Каммамури вздохнул. – Если что и найдут, то одни кости.

– В общем, никто ничего не видел и не слышал. А я не всеведущий Брахма. Доброго вам пути, господа.

Полицейский отправился дальше опрашивать пассажиров, хотя вряд ли это могло принести хоть какую-то пользу.

– Вот так, мы вне подозрений, – довольно сказал Каммамури. – Храпели, словно бутанские медведи. Что мы могли заметить с закрытыми глазами? Иди, Тимул, и ни о чем не беспокойся.

Следопыт вернулся с пивом и вареными яйцами, с которых не сводил глаз, пока они готовились. В купе имелись галеты, так что до очередной станции еды хватало.

Поезд, пополнив запасы воды и угля, вот-вот должен был отправиться дальше. Проводники, проверив, все ли в порядке, разогнали мальчишек-лоточников и криками дали понять машинисту, что можно трогаться.

– Надо бы поспать, – сказал Каммамури.

Поезд быстро набирал ход. Они ехали по равнинной Северной Бенгалии. Маратха вновь опустил циновки, притушил фонарь и улегся на удобный диван. Тимул хотел запереть дверь и последовать его примеру, но сдавленно вскрикнул и отшатнулся. Каммамури тут же сел, хватаясь за пистолет:

– В чем дело? Тебя что-то испугало?

– В коридоре стоит полицейский, который с нами разговаривал.

– А ты не ошибся?

– Вы же знаете, я не забываю лиц, даже если видел их один раз.

– И что он делает?

– По-моему, пытается разглядеть сквозь щели в циновке, чем мы занимаемся.

– Он тебя видел?

– Не думаю. Вдруг он тоже шпион Синдхии?

– Англичанин-то? Сомневаюсь. Впрочем, все возможно. Будь сейчас ночь, я бы отправил его вслед за хавкастом, но теперь кто-нибудь может нас заметить.

Сунув оба пистолета за пояс, он раскурил сигару, кивком велел Тимулу оставаться на месте и рывком открыл дверь.

Полицейский стоял, чуть ли не уткнувшись носом в циновку, прикрывавшую дверной проем. Поняв, что попался, он двинулся дальше по коридору, делая вид, будто что-то записывает в блокнот.

– Доброго вам утра, господин, – несколько иронично поздоровался Каммамури. – Значит, вы не остались в Барасате?

– А-а, это вы! – Полицейский раздраженно взмахнул рукой. – Вы так и не заснули?

– В Ассаме привыкли спать помалу. Едва выглянет солнце, все уже на ногах, даже коровы и куры. К тому же я выспался за время пути.

– Позвольте задать вам вопрос.

– Хоть десять.

– Почему вы заказали в ресторане вареные яйца, и ничего больше? Меня удивил такой выбор.

– Даже не знаю, что вам ответить…

– Одни яйца вкрутую, – повторил полицейский.

– Хорошо, я объясню. Когда мы покидаем Ассам, то из предосторожности питаемся только вареными яйцами, чтобы не подхватить какую-нибудь заразу.

– И сами приглядываете за их приготовлением?

– Вам и это известно? Да, как видите, мы чрезвычайно осмотрительны. Вот вернемся домой, и повара будут трудиться день и ночь, а на нашем столе не останется даже намека на вареные яйца.

– Выходит, вы боитесь, что за пределами Ассама вас отравят? Я представитель власти. Если вы подозреваете кого-то в недобрых намерениях, немедленно сообщите мне. Может быть, вам требуется охрана? Я вас не потревожу, а вы заплатите мне всего пятьдесят рупий, когда мы доберемся до Ассама.

– Мы и сами в состоянии за себя постоять. Впрочем, поступайте, как знаете.

– Понимаете, ваша светлость, после таинственного исчезновения пассажира никто здесь не может спать спокойно. Наверняка в поезд пробрались разбойники, только и ждущие оказии нанести новый удар. Мне еще неизвестно, кто они, но я найду их прежде, чем мы доберемся до Рангпура. У меня глаз наметан на негодяев и неплохой нюх на подлые делишки. О, сколько преступников я арестовал в Черном городе!

– В таком случае под вашим неусыпным надзором все мы сможем почивать, не боясь, что убийцы скинут нас с поезда на поживу тиграм и шакалам. Хотя с нами они не совладают. Нас двое, и уверяю вас, господин полисмен, пули из наших пистолетов всегда летят точно в цель.

– Полсотни рупий – сущая безделица для столь высокопоставленных особ.

– Мы дадим вам сотню, только оставьте нас в покое.

– Я и за поварами вагона-ресторана присмотрю, если захотите отобедать по-человечески.

– Не утруждайтесь. До Рангпура мы не возьмем в рот ничего, кроме вареных яиц. А там наймем погонщика со слоном и отправимся в Гоалпару.

– Могу только восхититься твердостью вашего духа. Так вы не желаете отдохнуть?

– Мы проспали всю ночь и теперь хотим позавтракать. Вам же лучше заняться расследованием дела об исчезновении пассажира.

– И то верно. При свете дня вряд ли кому-то грозит опасность. Однако вечером я буду тут как тут. Приятного аппетита вашим светлостям.

Каммамури резко повернулся к нему спиной и вошел в купе, буркнув себе под нос:

– Туг тебя задуши.

Некоторое время они с Тимулом смотрели друг на друга, не решаясь заговорить. Прервал молчание следопыт:

– Ну что там, господин? Чего надо было полицейскому?

– Чего надо? – Каммамури фыркнул, словно ламантин. – Следить за нами, вот чего.

– Он нас подозревает?

– Не исключено.

– Вдруг он арестует нас прежде, чем мы доберемся до спасительного Ассама?

– Не посмеет.

– Я слышал, он собирается ехать с нами до Рангпура.

– Ничего, когда мы будем сидеть на спине слона, сможем избавиться от шпиона в любую минуту, не потратив ни одного патрона.

– Это еще как?

– Ты забыл о сигарах, подаренных мне брамином перед самым крушением? Я их сохранил. Там остались пять «Лондрес», пропитанных опиумом. Шестую, как ты помнишь, я выкинул. После сытного обеда – причем безо всяких яиц! – угостим сигарой этого назойливого типа, а когда он заснет, сбросим со слона. Пусть арестовывает тигров в джунглях.

– Заодно и сто рупий сбережете.

– Нет, Тимул. Я заплачу ему сразу по приезде в Рангпур. Если потом они обнаружатся в желудке тигра, совесть меня мучить не будет. Экая пакость! Спать хочется смертельно, а придется завтракать в пять утра. Ну ничего, день впереди долгий, успеем выспаться.

Он уселся перед корзинкой с яйцами (хотя с бо́льшим удовольствием отведал бы чего-нибудь другого) и, вдохновляясь примером Тимула, принялся с аппетитом жевать, запивая каждый кусочек отменным пивом.

Поезд теперь шел по совершенно диким местам. Лишь где-то вдали можно было разглядеть рисовые поля и жалкие деревушки, жителей которых наверняка постоянно косила лихорадка. На вершинах редких холмов торчали зубчатые башенки фортов, какие обычно строят на краю отвесных обрывов.

Миля пролетала за милей, но до западной границы Ассама было по-прежнему далеко. Многое еще могло приключиться по дороге.

Покончив со скудным