ее и так достаточно.
— И все же меньше, чем у Императора. — Миара притворно похлопала ресницами, придвинулась еще чуть ближе, от чего платье задралось, обнажая ноги, и спросила как можно тише. — Я одного никак не пойму, почему вы все служите ему? Чужаку, явившемуся из ниоткуда?
Лорд недовольно поморщился, сделал еще один глоток, а пальцем слегка зацепил оголенное колено Миары.
— Временные трудности.
В следующее мгновение шум празднества прорезал отчаянный крик боли. Лорд Хофер прижимал к груди кровоточащий обрубок правой руки. Той самой, которую он мгновение назад положил Миаре на колено. Дарлан опустил руку, забирая свою магию, только что раздавившую руку вельможи, и как ни в чем ни бывало отпил из бокала, подойдя к женщине, как можно более невозмутимо оттирающей ногу от следов крови. Дарлан мимолетно погладил Миару по спине, сжал ее плечо. Он наклонился практически вплотную к Хоферу, но смотрел не на него, а прямо на Миару.
— Никто не смеет к ней прикасаться или даже думать об этом. Никто, кроме меня.
Повинуясь столь долгожданному знаку Императора, Кратос подхватил Хофера под еще целую руку и потащил прочь из зала, резко погрузившегося в тишину. Каждому из присутствующих стало ясно- лорд Хофер эту ночь проведет в императорской темнице. И слишком маловероятно, что когда- либо он сможет ее покинуть.
— Мой Император. — пробравшийся прямо к ним, Грон произнес — Первый просит вашего присутствия в Фатурии.
— Пару дней можно подождать. К концу недели отправимся с Миарой.
Император произнес это нарочито громко, от чего у Миары сложилось впечатление, что и это известие было специально подстроено. Отчетливо слышавшая все женщина старалась не выказать удивления, но повернула голову, поймав взгляд Императора. Он улыбнулся ей, произнеся:
— Пора вживаться в новый статус.
вплотную подойдя к Миаре и вынуждая ее запрокинуть голову.
— А сейчас ты подаришь мне танец.
— Может все же представим, что я не танцую?
— С сегодняшнего дня будешь. — и добавил прошептав ей в ухо, чтобы более никто не мог услышать. — Императрице положено танцевать.
И рассмеялся, увидев в глазах Миары неподдельный ужас, граничащий с тотальным непониманием.
Он повел ее в центр зала, наслаждаясь полной растерянностью женщины и всеобщим направленным на них вниманием. А для нее это заявление означало лишь одно: Дарлан окончательно отрезал ей любые пути к хоть какому- то отступлению. И как не позволить ему этого, Миара не знала. Между тем Император поднял руку, привлекая всеобщее внимание.
— Я бы хотел кое- что вам всем объявить.
Он медленно крутил ее, словно демонстрируя всем присутствующим драгоценность. Тишина в зале стала еще тягостнее. И для самой Миары в первую очередь. Губы Дарлана растянулись в ухмылке, когда он замер прямо напротив нее, прожигая взглядом и упиваясь все сильнее с каждой минутой окутывающим ее страхом.
— Миара, шестая виспера. Моя Тень. И ваша будущая Императрица.
Глава 23
Что бы и как бы ни было, на пути к своим целям Дарлан никогда не забывал — он Император, и теперь это его народ. Которым нужно править. Который должен уважать своего правителя. И за десятилетия своего правления, казавшиеся ему лишь кратким мигом, Император получил это уважение.
Пусть Дарлан мог использовать для этого разные методы. Пусть он разрушил на корню устойчивые порядки и переиначил идеи этого мира. Пусть бывшая королева все еще сидела в его темнице. Пусть по началу кровь лилась реками и продолжала литься сейчас, если это было ему необходимо.
Но он- Император. Правитель Империи, охватившей два мира. Он- закон, воля и сила. Те, кто это действительно понял и принял сейчас процветали. Те, кто до сих пор сопротивлялся, умирали.
Совет Лордов практически в полном составе присягнул Дарлану спустя неделю после начала захвата Риаксиса. Мерзкие предатели, от которых Дарлан планомерно избавлялся, заменяя на новых, полезных и верных ему лиц. Из первоначального состава остались теперь уже трое. Не на долго. Без того влияния, которое они имели ранее, все эти аристократы были не более чем назойливыми мухами, все же умудряющимися путать его планы. А Дарлан очень не любил насекомых. И вообще всего, что вызывало не нужные беспокойства. Поэтому прямо сейчас на полу камеры перед ним распластался как раз один из троих оставшихся. Самая желанная и так умело прятавшаяся добыча. Уже бывший лорд Адимас Хофер валялся мешком и тихо скулил, прижимая к себе обрубок руки.
Миара отыграла достойно. Так элегантно «спровоцировать» у Хофера желание, совсем мимолетное, но этого было достаточно. Однако, стоило признать, Дарлану правда не понравилась рука этого скользкого гада на теле женщины. Его женщины. Зато вышло натурально и весьма соответствующе репутации Императора. Мужчина невольно поморщился от вновь вставшей перед глазами сцены. И лениво взмахнул кистью, расплющив ту руку Хофера, что до сих пор была целой.
Крик боли отразился от стен камеры. До тошноты противный и нелепый.
Однако ж, Дарлану начинало надоедать. Они торчали здесь уже почти час, а этот безмозглый недоинтриган отчаянно пытался убедить Императора в верности. Будто бы его висперы уже не выяснили от и до чем, когда и в каких размерах Хофер умудрялся обкрадывать имперские шахты и кто из его родственников спонсировал попытки сбора армии сопротивления. Еще одна головная боль, до сих пор жившая и питавшая надежды. Хотя бы мозгов хватило не делать этого прямо под носом Императора, а использовать обходные пути. Надо было признать, что и следы Хофер заметал тщательно. По счастью не все. В общем то, все это было сейчас вовсе не обязательно. Все необходимое уже было сделано: бумаги лорда изъяты, имущество арестовано, ближайшие осведомленные члены семьи в блаженстве пребывают или в камерах, или в объятиях смерти. Но что поделать, Дарлан хотел лично услышать признание этого ублюдка. Ему нужно было знать роль и степень участия брата во всем этом. А еще оставалось понять причастность брата ко всему этому. Вернее, причастность сама по себе была очевидна, но как много демон успел вынести чужим людям оставалось загадкой, как и его местонахождение.
А ведь если все сработало именно так, как Дарлан предполагал, то сегодня его еще будут ждать куда более приятные дела. От этого сидеть в темнице не хотелось еще больше. Значит пора заканчивать.
Размяв шею, он кивнул замершей сбоку Карисс. Та, плотоядно усмехнувшись, приблизилась и обхватила голову лорда руками. Между ее пальцев заискрило. А тело Хофера затрясло от проходивших сквозь него молний, выпущенных из рук пятой. Каждый нерв внутри сжимался, пытаясь вырваться из плена искр. Тело
