тело:
— Почему ты так боишься?
— Я… я не могу. Нет, пожалуйста.
— Расскажи мне.
Она так затрясла головой, что та казалось оторвется.
— Как ты думаешь стать моей Тьмой, если боишься какого- то куска дерева?
Он вытянул руку вперед, сжал ладонь в кулак. И часть помоста с треском надломилась, раскрошившись и разлетившись. Но странным образом Миаре этого хватило, чтобы перестать так сильно дрожать.
Дарлан отпустил ее, прошел вперед и пнул отлетевший в их сторону кусок дерева.
— Теперь ясно откуда это чувство, что я видел тебя еще когда- то давно. Я всего однажды видел, как ты танцевала в театре. Поэтому не пойму, чего же именно ты боишься.
Миара замерла все еще пребывая в прострации и не до конца осознавая его слова. Держалась за стену, чтобы не упасть.
— Ты был там? В тот день?
— Какой?
— День моего последнего выступления.
— Не знал, что оно было последним.
Миара дернулась, а Дарлан вернулся к ней, схватил за шею, заставляя обратить все внимания только на него.
Он слишком резко вернулся к старой теме.
— Я не знаю, что именно произошло. Но могу сказать одно: если ты не победишь свой страх, то он поглотит тебя. И ты сама это прекрасно знаешь.
Он вздернул на себя ее подбородок:
— Мне нужна твоя сила, Миара. Пока ты боишься, твоя сила слаба. И либо ты справишься с этим сама, либо я тебя заставлю. Боюсь, второе тебе не понравится. Поэтому для начала можешь все же внятно объяснить мне, почему ты не танцуешь?
Миара вздрогнула от вопроса, прошедшего по ней словно нож.
Она постаралась сосредоточиться на теплых пальцах мужчины, надеясь, чтобы это отвлечение сработало, дав ей возможность мысленно переключиться и успокоиться достаточно, чтобы начать говорить.
— Это… — тихо, едва слышно.
Она не отворачивалась от его взгляда, не могла, хоть и очень хотела. Закрыла глаза, полностью сосредоточившись на воцарившейся вокруг тишине, прерываемой только сбивчивым дыханием. Голос женщины звучал непривычно тихо.
— Я всегда любила танцы, и я танцевала. Больше и лучше многих.
Она замолчала, пытаясь найти силы на то, чтобы продолжить.
— Просто однажды случилось то, что эту любовь у меня отобрало. И сломало меня. И теперь каждый раз как я только представлю себя на сцене, или как на меня в танце смотрят, я просто не могу сделать ни шагу. Я поклялась, что никогда больше никто ге подучит повода обойтись со мной так.
Открыла глаза, повернула голову на сцену. Всего на мгновение, прежде чем зажмуриться и повернуться к Дарлану.
— А ты говоришь мне про балы и приемы. Где мне наверняка нужно будет танцевать, где на меня будет смотреть каждый. Это все равно что привести к костру человека, который однажды сгорел в пожаре.
— Если ты думаешь, что теперь я вдруг передумаю и не поведу тебя к этому костру, ты глубоко заблуждаешься.
Его рука сильнее, жестче сжала ей шею.
— Я не просто поведу тебя к огню, я заставлю тебя войти в него, чтобы каждый кусочек твоей кожи пылал, а каждый из моих придворных на это смотрел. Но ты можешь выбрать, гореть тебе в этом огне, или повелевать им. Со мной.
Безумие в его взгляде завораживало.
— Ты будешь танцевать, Миара. Со мной, для меня. И каждый из присутствующих будет пожирать взглядом это зрелище. Потому что для каждого оно станет последним в их никчемной проклятой богами жизни. Потому что ты сама же убьешь их всех. А я буду стоять рядом и смотреть, упиваясь видом чужой крови на твоем теле.
Он взмахнул рукой.
Раздался треск, а в следующее мгновение дерево сцены взорвалось на части. Миара не думала, и ее сила решила сама. Как он и говорил. Она черным одеялом накрыла их обоих, не пропуская ни единой щепки, не позволяя причинить даже малейший вред.
А Дарлан удовлетворенно улыбался.
— Ты хотела на праздник. Что ж, идем.
*****
На небе сияли звезды. Далекие, манящие. А впереди ярчайшими огнями разливались украшения праздника. Гирлянды, огромные цветные звезды, расписанные вручную фонари. На каждом доме обязательно выло полотно ткани, расшитое луной и солнцем, сплетенными в едином танце существования. Символы Риаксиса, встречавшиеся то тут, то там.
Мимо пробегали дети, носящиеся с самодельными вертушками в форме все тех же солнца и луны. Миара повернула голову налево, туда, где были ее дети с Урэ, Тарией и Кирарой. За ними с не самым радушным выражением на лице следовал Кратос, которого Дарлан оправил сопровождать компанию. Сама же Миара медленно шла под руку с Императором. Она даже не представляла, что в столице столько людей. Некоторые из прохожих узнавали Императора, приветственно кланяясь и отступая на шаг. В ответ и Дарлан слегка склонял голову, словно говоря, что в этот день он точно такой же прохожий, как и все. И тогда Миара мысленно ухмылялась, смотря на робкие улыбки, расцветающие на лицах подданных. Дарлан старался не подавать вида, но внутренне неосознанно удивлялся такому к нему отношению. На его взгляд незаслуженно любезному. Кто- то вообще не замечал забредших сюда гостей из дворца, а кто- то с интересом рассматривал Миару. Ведь в столице каждый знал всех висперов в лицо, а ее видели впервые. Для самой же женщины все здесь ощущалось как попадание в иной мир после практически безлюдного дворца. Сияющие огни сбивали с толку и завораживали, наполняя интересом и радостью, но вместе с тем и горечью. Ведь в последний раз она была на подобных фестивалях еще при жизни матери.
Дарлан украдкой наблюдал за Миарой, реагирующей на происходящее словно маленький ребенок. Вокруг них тихо лилась музыка, люди веселились, не подозревая или не замечая, что рядом находится их Император. Вдруг Миара застыла, подобравшись, сжала пальцы в кулак. Дарлан проследил за ее прожигающим происходящее на площади взглядом. Чуть впереди соорудили небольшой помост, на котором сейчас выступали артисты.
Танцевали.
А она следила, поглощая каждое движение, каждый поворот, каждый наклон. Закусив щеку и глубоко дыша, пытаясь дышать ровнее и трястись хотя бы внешне. И вместе с тем ее душа рвалась туда, вперед, неистово желая быть погруженной в этот танец.
Дарлан молчал, все еще смотря на нее и обдумывая произошедшее за сегодняшний день. Через несколько мгновений Миара ощутила его магию, тянущуюся к ней, кружащую, заполняющую голову пустотой, в которой не было места мыслям.
— Потанцуй со мной. — он протянул Миаре руку, все еще оставаясь за ее спиной.
Женщина подняла голову к небу, вдыхая прохладный воздух. Колеблясь, вложила свои пальцы в ладонь
