принятому решению всё же посчитал необходимым. — Мы и так не успеваем дотянуть уровень боевой подготовки инженеров и аналитика до хоть сколько-нибудь приемлемого уровня, а теперь им придется идти в опасный рейд с одними лишь начальными знаниями и навыками. Надеюсь, руководство генштаба отдает себе отчет в том, к каким последствиям это может привести?
— Отдает, не сомневайтесь, — устало ответил генерал. — Или вы думаете, я не приводил наверху все те же аргументы, которые сейчас слышу от вас? Все там всё понимают, но обстоятельства изменились, и времени на раскачку у нас больше не осталось. Присядьте, майор, нам есть что обсудить. Из пространства Барьера поступили новые данные, которые и стали причиной принятого генштабом решения.
— Что-то произошло на планете аборигенов?
— И на планете тоже, — кивнул генерал, — но не только. Наши наблюдатели сообщают о подозрительной активности иншеров во всей звездной системе. Они явно что-то готовят, и аналитики утверждают, что, вполне возможно, их тоже заинтересовали аборигены. Зачем они иншерам, пока не очень понятно, но факты говорят сами за себя. Недавно противник провел глубокую модернизацию своих постов наблюдения, и после этого произошло несколько внеплановых посещений их станций кораблями из-за Барьера. Это не нарушает условия мирного договора. Все визиты были заранее с нами согласованы, вот только раньше иншеры этой возможностью не злоупотребляли. Вполне возможно, они что-то обнаружили на планете, и это привело к необходимости экстренных визитов в систему их начальства и соответствующих специалистов.
— Не слишком ли смелые выводы на основе не таких уж значимых событий? — позволил себе усомниться майор.
— Это ещё не всё. Мы ведь тоже не стоим на месте. Ваша группа сейчас осваивает наши новейшие сканеры и средства маскировки. Аналогичное оборудование, но спроектированное для применения на пустотных станциях, недавно было установлено и на наших постах наблюдения в системе. Эта аппаратура позволяет с гораздо более высокой детализацией фиксировать энергетические аномалии, связанные с активностью конструктов иншеров. Результаты первых же наблюдений показали, что информация, собранная в старых имперских архивах старшим аналитиком Шелой Вир, полностью подтверждается. Помимо уже знакомых нам энергетических всплесков, аппаратура наблюдения фиксирует слабые, но вполне отчетливые сигнатуры, с которыми мы раньше не сталкивались. Аналитики утверждают, что с высокой вероятностью это попытки аборигенов применять свои новые способности, полученные после взаимодействия с оружием иншеров. Если это действительно так, есть основания предполагать, что наш противник пришел к тем же выводам, что и мы, и теперь собирается выяснить, что происходит на планете.
— В таком случае сокращать время на подготовку моей группы тем более опасно, — категорично заявил майор. — В новых обстоятельствах помимо агрессивно настроенных аборигенов и остатков нашей и вражеской техники мы можем столкнуться на поверхности планеты ещё и с разведчиками иншеров. Уверяю вас, господин генерал, это будут их лучшие бойцы, а что им сможем противопоставить мы? Едва обученных обращению с оружием и боевой экипировкой новичков?
— Прекратите панику, майор, — досадливо поморщился глава сектора. — У вас есть не только девочка-аналитик и пара ботаников-инженеров, но и шестеро хорошо подготовленных и оснащенных лучшим снаряжением бойцов десантного спецназа.
— Вы правы, господин генерал, вот только моим людям вместо выполнения задачи придется нянчиться с этим детским садом, а у противника такой проблемы не будет.
— Решение принято и обсуждению не подлежит, — отрезал куратор операции. — У вас есть боевая задача, и решать её вам предстоит теми силами и средствами, которые уже имеются вашем распоряжении. В генштабе считают, что для успеха операции их достаточно. Остальное — вопрос вашей личной компетентности. Надеюсь, вы не заставите руководство в ней сомневаться и сожалеть о выборе вашей кандидатуры на роль командира спецгруппы.
— Сколько у меня осталось времени, господин генерал?
— Вы вылетаете через неделю. Прибавьте к этому сроку время полета, которое тоже можно использовать для завершения подготовки. Большего я в генштабе добиться для вас не смог. Начальство и так стоит на ушах и не хочет ничего слушать. К тому же сегодня утром поступила ещё одна порция тревожных данных. Наши средства наблюдения засекли в системе аборигенов аномалию гиперполя, которая вполне могла быть внутрисистемным кораблем иншеров, использующим средства маскировки, оказавшиеся не по зубам даже нашим новым сканерам. Правда, к третьей планете гипотетический нарушитель не приближался. Его присутствие было зафиксировано только во внешнем поясе астероидов, но это мог быть лишь пробный шар, проверка систем маскировки в условиях, приближенных к боевым.
— Ноту протеста иншерам направили?
— Нет. Наблюдателям было приказано сделать вид, что мы ничего не заметили. Да и что им предъявишь? Нарушителя обнаружили только по косвенным данным, четкую сигнатуру зафиксировать не удалось, да и к объекту контроля он близко не подходил. Периметр, конечно, противник нарушил, но почти сразу убрался обратно, так что доказательств у нас никаких. А аномалию гиперполя к делу не пришьешь. Мало ли какие бывают в нем возмущения. В общем, времени у нас нет, так что выполняйте приказ, майор. Через неделю группа должна быть готова к вылету.
* * *
Из Змеиного леса мы выходим уже ближе к вечеру. Своим ходом до наступления темноты нам до города точно не добраться, но тракт где-то рядом, и, по словам сержанта, здесь он достаточно оживленный, так что у нас есть шанс получить там хоть какую-то помощь.
Состояние стражника заметно ухудшилось, и без нормальной медицинской помощи долго он точно не продержится. Тем не менее до тракта мы как-то всё-таки добираемся. Евгений оказывается прав, движение по бывшему четырехполосному шоссе, а теперь грязной каменно-гравийной дороге, действительно идет в обе стороны, причем различных телег, фургонов и прочих гужевых транспортных средств в нашем поле зрения оказывается сразу несколько.
Вид грязного и раненого стражника, бредущего вдоль дороги в сопровождении обвешанного вещами и оружием молодого охотника, вызывает у местных крестьян и торговцев явные опасения. И всё же не помочь находящемуся в беде человеку барона они не решаются. Рядом с нами останавливается первая же подвода с продуктами.
— Господин стражник, что с вами случилось? — настороженно спрашивает у сержанта возница. Едет он один и без всякой охраны. Так близко к городу лихие люди предпочитают не появляться, так что опасаться ему некого.
— До города довези, — с трудом ворочая языком, отвечает сержант, игнорируя вопрос. — Барон твою помощь не забудет.
— Так мы ж всегда… — бормочет крестьянин, быстро спрыгивая на дорогу. — Сейчас, господин стражник. У
