животе жены. В этот раз она меньше и намного аккуратнее. Стоило ране закрыться, как дракон поднял голову и угрожающе зашипел на медика.
- Ангор, но вы же разумный! - медик пытался воззвать к дракону, но его ученик первый бросился к входной двери, захватив чемоданчик с инструментом, - я уже ухожу! Не надо на меня шипеть, я пожилой человек! Ой, вот не надо! Ой, зубы, зубы, я все понял, ухожу, убегаю….
Ангор вслед пощелкал пастью, посверкал золотом глаз, а потом опустил крыло, прикрывая спящую жену, и только после этого посмотрел на белоснежное яйцо в лапах. Вот ведь – напророчил! Водный! Ну и пусть! Мое! Родное! Пусть только кто-нибудь попробует косо посмотреть на дитятко – в клочки порву!!
Дракон приподнял крыло и внимательно посмотрел на сонную жену. Спит. Тихо дышит и больше не булькает. Хорошо, значит все в порядке и можно не переживать, что случится плохое. Теперь все хорошо. Дракон тихо засвистел, а в яйце малыш шевельнулся. Ангор от восторга взмахнул хвостом, разнося кресла в щепы. Роднулечка моя! Из лап не выпущу, глаз не отведу! Кровиночка моя, родненькая. Я рядом! И мама рядом… может, в этот раз она не будет мучить медом?
А вот Аля наконец-то смогла выспаться, как давно хотелось. Так здорово поваляться на спине и на животе и просто спать, и крутиться с одного бока на другой. А муж, как большая нянька, вздыхает и только поправляет зубатой пастью покрывало. Красота! Аля проснулась с большим трудом, и если бы есть не хотелось просто до боли, то дрыхла бы дальше, но зов природы… когда хочется сразу все – и есть, и в туалет… пришлось вставать. И только тут Аля увидела, что ночнушка на ней мало того, что порвана, так еще и в крови. Дракон внимательно обнюхал ее, когда Аля стянула остатки одежды, с явным удовольствием лизнул и спину, а когда развернулась, то и живот, и грудь, Аля едва успела отпихнуть наглую морду, чтобы не мешала встать. А потом в шкафу нашла халат и наконец решила выйти из спальни.
За дверью обнаружился Сани, который сразу подскочил и бросился наперерез.
- Слава стихиям! Госпожа, вы живы и все хорошо! Третьи сутки пошли после родов, мы уже испереживались все!
- Ого, - Аля зевнула, - простите за беспокойство, просто устала, если бы было, что поесть, то спала бы дальше.
- Давайте помогу, - Сани подхватил ее под локоть и заглянул в глаза, - такая бледненькая! Вано третий день держит еду наготове. Ильмарушку в садик уже повезли, за ним другой отец заехал, чтобы забрать ребенка, а то без него там все скучают. Сбегаю сейчас во дворец, обещал, что как только вы выйдете из спальни, то я сразу сообщу ему, чтобы не волновался. Слава всем стихиям, все хорошо! Он порывался в спальню зайти, но мы не пустили, а то мало ли что…
Аля прислушивалась к переживаниям Сани, но ей не было стыдно, что не уделила внимания сыну. Она чувствовала внутри себя, что с Илем все хорошо. Он сыт и чем-то занят, и с мужем все хорошо, и нерожденный пока дракончик тоже жив и здоров… Аля остановилась и прислушалась к себе. Странное чувство сопричастности. Дети были далеко, но вроде рядом. И муж спокоен и даже очень доволен. Вот ведь ящерица-переросток! Прижал двумя лапами белое яйцо к белой груди и хвостом метет по спальне, как пес, только щепки от мебели по углам разлетаются. А ведь было два кресла и столик, и на чем в этот раз сидеть, пока он яйцо караулит?
Вано и правда наготовил вкусностей и едва дождался, пока Хана помогала помыться и причесаться. Сани опять караулил под дверью, и только когда Аля зашла в беседку и вокруг нее стали хлопотать другие слуги, только тогда побежал во дворец сообщить Илю, что с мамой все хорошо. Но только Иль и так это знал. Аля мысленно погладила его по голове и поцеловала в щечку, чтобы он не волновался. И почувствовала такой же поцелуй в ответ и радостное пупырчатое счастье где-то под ребрами. Как будто шампанского плеснули в кровь…
И началось трехмесячное высиживание. Аля выходила из спальни утром. Поднять сына, покормить завтраком и выпихнуть в руки другому отцу, чтобы Иля отвезли в садик. Учиться и играть. А вечером встречала дома и выслушивала отчет, что было: с кем и во что играли, с кем кто подрался и чему учили маги. А дни и ночи принадлежали дракону. Он напряженно замер, когда Аля притащила себе новое кресло и опять сидела днем у окна с пяльцами, но смирился, что каждую ночь к нему забиралась под бок упрямая женщина, и с тихим вздохом укрывал ее крылом и даже не сердился, когда она начинала крутиться во сне и толкала его в бок, отвлекая от белоснежного яйца.
А яйцо росло и шкурка становилась тоньше, а дракончик внутри тихо ворочался и не хотел вылупляться. Он, похоже, был таким же соней, как и мамочка. Уже прошел намеченный день, но яйцо дремало в лапах отца, и даже когда ему бережно насвистывали, напоминая о рождении, не думало чего-либо делать. Дракон опять стал волноваться, но сердечко билось тихо, малыш явно сладко спал и не хотел рождаться.
- Пора просыпаться, - Аля подошла и погладила кожаный бочок в лапах дракона, - маленький соня, пора знакомиться с родителями. Там уже братик извелся весь, все игрушки собрал, а ты все спишь. Просыпайся, малыш, мы тебя ждем.
Яйцо заворочалось, изгибаясь, а потом послышалось «вж-жик» и из яйца показался хвост-морковка. Который покрутился в воздухе, как будто проверяя, все ли в порядке, а потом показались задние лапки и толстомясая попка. Попка крутнулась следом за хвостом и замерла, как будто малыш передумал появляться. Дракон уже сам не выдержал и, подцепив зубами шкурку яйца, бережно снял кожаную оболочку. И принялся судорожно вылизывать маленький клубочек… меха?
Аля стала крутиться вокруг мужа, пытаясь разглядеть, что же там с таким азартом и причмокиванием вылизывает дракон. Кто видел новорожденного котенка, тот понимает, как это выглядело, разве что котенок был килограмма на четыре, хотя и дракон побольше кошки будет… Маленькая белая спинка, хвостик, как толстенькая морковка, круглое пузико и короткие лапки, которые судорожно взмахивают в воздухе, пока длинный язык родителя облизывает и наводит красоту.
- Мио, мио…
Раздалось из маленькой пасти, пока дракон бережно
