class="p1">– 175500 винтовочных патронов калибра 7мм.
Точная сумма сделки неизвестна, она колеблется в пределах 300 до 400 тысяч долларов. Эта партия оружия представляла собой примерно пятую часть военных трофеев парагвайцев и состояла из устаревшего и частично неисправного хлама. Она была отправлена через Таллинн и прибыла по месту назначения только осенью 1937 года. Приобретение в Италии новых самолетов за деньги испанских республиканцев позволила резко укрепить ВВС. Аналогичные операции проделывала со своим оружием и Боливия, которая не только продала оружие испанским республиканцам, но и умудрилась в 1940 году продать часть патронов бельгийскому правительству.
Отставка генерала Хусто с поста президент Аргентинской республики в январе 1938 года привела к смене администрации. Сменивший его на посту главы государства Ортис немедленно вывел Сааведру Ламаса из состава аргентинской делегации на Буэнос-Айреской мирной конференции. Причин для этого было много, но главной являлось недовольство военных кругов миротворческой деятельностью министра иностранных дел и ростом его авторитета среди народа. В результате этих перестановок перед госдепартаментом впервые за три года открылись возможности взять под контроль процесс мирного урегулирования в Чако. В феврале 1938 года председателем конференции стал С.Брэйден, который откровенно заявил о своем кредо:
«Сохранение межамериканской системы мирного урегулирования представляет для нас большую важность, чем сам конфликт в Чако и вытекающие из него позиции двух воюющих сторон. Еще одна война может серьезно подорвать эту структуру и вновь подчинить европейскому влиянию те разочарованные элементы в Латинской Америке, которые под руководством США в настоящее время склоняются к панамериканизму».
Новый министр иностранных дел Аргентины Мануэль П. Альварадо оказался более податлив влиянию С.Брэйдена и частично разделиял его точку зрения: она заключалась в поиске «компромисса», приемлемого для Боливии. Понимая, что Парагваю надо во что-то уступить, Брэйден секретно встретился с полковником Бушем в апреле 1938 года и убедил его принять «формулу Рузвельта». Она подразумевала раздел Чако на несколько зон, часть из которых подлежала арбитражу, а другие нет. Из конфигурации линии прекращения огня следовало, что порт на Парагвае и промыслы Камири останутся за Боливией. Недавние события в Боливии – свержение Д.Торо, обвиненного в «игнорировании проблемы Чако», и инициатива Брэйдена убедили нового президента Боливии к окончательному урегулированию спора. Брэйден заверил его в том, что остальные участники конференции полностью разделяют эту позицию. Оставалось только сломить сопротивление председателя Либеральной партии Х.Зубизаретты, восстановленного временным президеном Парагвая Пайвой на посту председателя парагвайской делегации.
Для оказания давления на парагвайскую делегацию полковник Буш начал демонстративно готовится к войне. Насколько реальной была угроза войны сегодня судить трудно. Парагвайская армия к тому времени насчитывала 4389 солдат и офицеров в составе 4 пехотных, 2 кавалерийских, артиллерийского и инженерного полков. Ее реорганизация и стандартизация ее вооружения к этому времени закончилась. Были частично восполнены людские резервы страны, подорванные войной. К концу тридцатых годов в распоряжении военного министерства числилось до 60000 резервистов и не менее 100000 человек Национальной Гвардии (второй очереди). На складах находились 106 минометов и 45 артиллерийских орудия (8 105мм горных гаубиц (М28) и 14 горных пушек Шнейдера, 2 105мм полевых, 8 75мм пехотных и 6 47мм противотанковых пушек Виккерса-Армстронга, 7 20мм Эрликонов). В случае мобилизации Парагвай мог быстро развернуть три корпуса в составе 2 кавалерийских и шести пехотных дивизий (пять по 3 полка, а одна – 2 полка и корпус береговой обороны), 4 инженерных полка и 3 артиллерийские группы. На втором этапе развертывания планировалось мобилизовать части второй очереди. Речная флотилия, состоявшая из 5 вооруженных пароходов и 2 канонерских лодок, не снижала своей боеготовности. Воздушное пространство защищалось ПВО и авиацией в составе 1(4 Потеза, 3 Капрони) и 2(7 Бергамаки) бомбардировочных, 11 истребительной (7Фиатов: 5 CR32 и 2 CR20) и двух звеньев гидропланов (6 итальянских машин разных типов). Кроме того, летная школа располагала тремя десятками учебных самолетов, ограничено годных для военных действий. Однако, большая часть военных грузов еще не достигла Асуньсьона, а на помощь Аргентины было трудно рассчитывать. Казначейство республики было пусто, общественное мнение расколото, наиболее талантливые офицеры – Р. Франко и Х.Ф. Эстигаррибия пребывали в эмиграции. Следовательно, как по внутриполитическим, так и по военным соображениям Асуньсьон не мог пойти на риск возобновления военных действий. Зреющее внутри страны недовольство нуждой и лишениями, связанными с постоянным военным напряжением и распрями внутри правящей верхушки страны, растянутость коммуникаций и очевидная бесперспективность наступления на Альтиплано не позволяли Парагваю рассчитывать на быстрое успешное завершение войны. В этих условиях правительство Пайвы не готово было идти на конфликт.
В мае совершенно неожиданно для себя глава парагвайской делегации Х.Зубизаретта обнаружил, что его коллега Эфраим Кардосо, зять министра обороны Боццано, ведет секретные переговоры с противником, опираясь на «формулу Рузвельта». Дрязги между членами парагвайской делегации зашли столь далеко, что они начали общаться через своего формального шефа – министра иностранных дел Сесилио Баеса. В этих условиях С.Баес обратился к вернувшемуся на родину Х.Ф.Эстигаррибии с просьбой определить отношение армии к условиям мира, сформулированным Кардосо, и неожиданно получил благоприятный ответ. Как только стало ясно, что вооруженные силы согласны с «формулой Рузвельта», правительство Пайвы нанесло удар по фракции Х.Зубизаретты: он был отстранен от ведения переговоров (на его место назначили Х.Ф.Эстигаррибию) и смещен с поста председателя Либеральной партии. 21 июля окончательный проект договора был вынесен на конференцию, в которой приняли участие все партии, принимавшие участие в правительстве. На заседании только сторонники Х.Зубизаретты – гондристы выступили против подписания договора на базе «формулы Рузвельта». Они были достаточно влиятельны, чтобы остальные фракции Либеральной партии могли проигнорировать их позицию. В этих условиях текст договора был вынесен на народный плебисцит. Уставший от войны парагвайский народ подал 135385 голосов за мир и только – 13204 против него. Побочным результатом референдума стало полное поражение старых фракций Либеральной партии и переход контроля над ней к молодым либералам, которые выдвинули Эстигаррибию своим кандидатом на президентских выборах.
После этого прогресс на мирной конференции стал налицо: Парагвай согласился отказаться от окрестностей Вильи Монтес в обмен на область в глубине Чако. Единственным камнем преткновения стал вопрос о предоставлении Боливии свободного порта на реке Парагвай. Положение на конференции обострилось настолько, что боливийский конгресс вотировал один миллион фунтов стерлингов на закупку вооружений, правительство получило право собирать по подписке крупную сумму для приобретения оружия, а гражданам было запрещено покидать страну. Явственно ощущая поддержку США боливийские правящие круги вновь были готовы прибегнуть к оружию. Однако антивоенные настроения в народе сохранялись. Нежелание простых боливийцев воевать за интересы «оловянных» баронов и ради «славы боливийского оружия»
