– А вы где будете?
Джейк посмотрел на желтое пятно в окне.
– Внутри. Им нужен я. А вы увезите Ренату как можно дальше отсюда. Она сказала, что у вас в Англии есть замок.
Иденуэрт кивнул.
– Хорошо. Как только она уедет из Серебряной Долины, она будет вне опасности. – Но даже если все пойдет плохо, а Гейб каким-нибудь образом промажет, Джейк был убежден, что даже Коринна не станет преследовать Ренату на пути в Англию.
Иденуэрт нервно сглотнул:
– Это самоубийство.
– Возможно, – пожал плечами Джейк. Англичанин покачал головой.
– Вы, американцы, никогда не устаете изумлять меня. Такая страсть к жизни, такая преданность вашим понятиям о справедливости и порядочности. Вы часто готовы принести в жертву свою жизнь за идеал… – Он остановился, осознав, что Джейк таращится на него, как на сумасшедшего.
– Страсть к жизни, которая есть у Ренаты, привлекла меня к ней, – продолжал Иденуэрт, стараясь говорить как можно тише. – Страсть к жизни и то, что она вообще необыкновенная девушка, красивая и полная огня. Большинство красивых женщин сознают свое очарование, но Рената, кажется, даже не ощущает силы своего воздействия на противоположный пол. Она не понимает, как она прекрасна, и из-за этого она еще больше потрясает.
Джейк почувствовал, как в груди у него что-то поднимается. Он вовсе не нуждался в том, чтобы кто-то – тем более этот человек – рассказывал ему, какая замечательная Рената. Он и сам знал это.
– По крайней мере, в этом мы с вами согласны, Иденуэрт. – Когда все закончится, живой он будет или мертвый, Рената проведет свои дни в замке с этим лордом. Джейк так ярко это представлял: Иденуэрт, и Рената живет своей сказочной жизнью.
– Научитесь танцевать, – выпалил Джейк.
– Что? – Иденуэрт наклонился к Джейку поближе. – Мне кажется, я вас не расслышал.
– Научитесь танцевать, – медленно сказал Джейк. – Рената это любит. Она сказала, что вы не умеете.
Иденуэрт покачнулся, зашумев больше, чем медведь, продирающийся сквозь кусты.
– Я неуклюжий, – попробовал он защитить себя. – Конечно, не во всем, но почему-то всегда наступаю себе же на ногу во время танцев.
Джейк пропустил мимо ушей это его признание.
– Научитесь танцевать и уважайте ее, – упорствовал он. – Если я когда-нибудь услышу… – Он умолк. Даже если он останется в живых, он никогда больше не увидит ее… не услышит ничего о ней… из Англии. Это так далеко отсюда. Это чертовски далеко.
– Конечно, я буду хорошо с ней обращаться, – с негодованием заверил его Иденуэрт. – Рената – истинное сокровище… – Он остановился, ибо Джейк обратил на него свой самый ледяной взгляд.
Несколько долгих мгновений Иденуэрт молчал. А когда вновь заговорил, то казалось, что он беседует с самим собой.
– Женщины обожают меня, – печально произнес он. – Все женщины, во всяком случае, я так считал. Но мое очарование, похоже, исчезло здесь, в Серебряной Долине. Тихая девушка-англичанка… вот, кто мне нужен… – Он так же холодно посмотрел на Джейка. В глазах его не было ни страха, ни желания отступить.
Это – крепкий орешек, сделал вывод Джейк.
– В первый раз, когда Рената улыбнулась мне, она покорила мое сердце, – меланхолично заметил Иденуэрт.
Что он – хочет умереть прямо здесь? Джейк с трудом сдерживался, чтобы не задушить его на месте. Но он понимал, что имел в виду англичанин.
Они в молчании ждали, пока солнце озарит небо. Иденуэрт положил бледную руку на сильную ладонь Джейка:
– У меня есть план получше.
Джейк вырвал руку. Через несколько минут будет уже достаточно светло, чтобы Гейб смог хорошо видеть людей, которые будут проходить в ту дверь. Сердце Джейка стучало, ладони взмокли от пота. Он чуть ли не гладил нож, спрятанный в мокасине.
– Сейчас не время что-либо менять.
– У вас есть больше шансов выжить, если мы последуем моему плану, – настаивал Иденуэрт.
Джейк покачал головой. Выживет он или нет – это не имеет значения.
– Проклятое благородство, – пробормотал Иденуэрт. Его бледное лицо было хмурым, в глазах застыла какая-то странная решимость. – И все же это будет моим падением. Вы должны знать, прежде чем ворветесь туда и дадите себя убить, что Рената подозревает, что она в положении.
Джейк раздраженно посмотрел на элегантного мужчину, стоявшего рядом с ним.
– Что она?
– Беременна, старина, – воскликнул Иденуэрт, и возбуждение его выплеснулось в этих коротких словах.
Джейк был обескуражен, он не поверил этому, но потом полуулыбка тронула его губы. Младенец. Ребенок, зачатый в горах. Его улыбка медленно угасла, он нахмурился.
– Почему она мне не сказала? – Он знал ответ на этот вопрос. Она понимала, что он не даст ей уехать, если узнает о ребенке. Рената не хотела, чтобы он знал.
Иденуэрт немного отступил:
– Она хотела сказать. Я ей отсоветовал.
Джейк устремил взгляд на мужчину, надеясь, что Иденуэрт прочитает в его глазах желание задушить его.
– Я понимаю, что с моей стороны это было эгоистично. Она считает, что вы хотите от нее избавиться. Будь оно все проклято, но она думает, что делает вам лучше, уезжая со мной. – Мужчина покорно вздохнул. – Вы не можете обвинять меня…
Джейк продолжал все так же смотреть на Иденуэрта. Он и в самом деле обвинял его.
– А что это у вас за план? – Внезапно выжить для него стало важно.
Резкий стук в дверь заставил всех троих вздрогнуть. Они вроде бы дремали, но ни один из них по-настоящему не заснул. Руки и ноги Ренаты закоченели, поскольку ее только один раз отвязывали от стула, когда она настояла, чтобы ее выпустили по нужде. Коринна сопровождала ее с ружьем в руке и ни на секунду не оставляла пленницу во время короткой отлучки, нетерпеливо стоя прямо возле двери уборной.
У Ренаты не оказалось возможности удрать. Когда женщины вернулись в хижину, похитители вновь связали девушку.
Коринна открыла дверь. Бичкфорт стоял в стороне и его не было видно тому, кто так удивил их своим стуком в столь ранний час. В руках он привычно держал шестизарядный пистолет.
С того места, где она сидела, Рената не видела, кто там стоял на обветшавшем крыльце, и сама была недоступна взгляду вошедшего. Однако звук изысканной речи озадачил Ренату. Лорд Иденуэрт? Как же он нашел ее?
– Доброе утро. – Он вошел в комнату, мимо Коринны и Бичкфорта. Глаза его устремились к Ренате, и она увидела в них тревогу. Но это быстро прошло, и он обернулся к похитителям. – Слава Богу, девушка невредима. Я пришел забрал ее у вас.
Он с презрительным безразличием не обращал внимания на то, что Бичкфорт держал в руках ружье, нацеленное прямо ему в голову, и проигнорировал ухмылку Коринны.
