из моря, оборвав все связи, не дав возможности обнять ее.
— Думаешь, ее похитили? — спросила, взглянув на Филю.
— Не исключаю, что это возможно. — Его большие бездонные глаза заблестели ярче. — Еще тогда мне показалось странным ее решение уплыть и оставить тебя без своей опеки. Вулья непредсказуема, это так… Но, Мира, я же видел, как она относилась к тебе. Никто из родни ей не мил, она вознесла стену, плевала на владычицу моря, на короля и племянниц. На всех, кроме тебя. После смерти сестры она заменила тебе мать, и я уверен наверняка, что и ты для нее стала дочерью. Она бы не смогла… Если и решила отправиться в другое королевство, в первую очередь она сказала бы тебе. А возможно, даже забрала бы с собой.
Филя замолк, как мне подумалось, потому, что закончил мысль, но он вдруг склонил голову набок, и по его лицу пробежала тень удивления.
И я тотчас поняла почему.
Потому что я плакала.
Сама не заметила, как из глаз потекли слезы. Горло свело судорогой, хотелось прокашляться, но я молчала, сильно сжимая кулаки, не смея стереть с лица слабость.
Вулья — ведьма. Для всех, но не для меня. И Филя прав: она стала мамой, такой же ласковой, как и ее сестра. Она рассказала бы мне обо всем… Наверное, рассказала бы, прежде чем уплыть.
Я шмыгнула носом, разрывая тишину, и перед моим лицом тут же оказался белоснежный платок. Магистр протянул его молча, не глядя ни на меня, ни на Филю. Равнодушный взгляд был устремлен в окно, за которым уже давно господствовала ночь.
— Как вы узнали, что она не покидала королевства? — спросила, аккуратно, словно в моих руках была самая дорогая для магистра вещь, вытерев платком слезы.
— Ведется учет тех, кто покидает Аркус, — наконец заговорил магистр. — Попасть в Зальтрэс можно лишь на корабле, если у тебя нет крыльев… Нелегально отбывают в основном пираты и прочие преступники. Но у вашей тети вряд ли были причины так поступить. Все же она планировала отправиться на службу к королю.
— Может, она направлялась к кораблю, но на нее напали? — выпалила я, и этот вопрос оказался неожиданным даже для меня. — Разбойники?.. Такое ведь может случиться на дорогах… А если она написала письмо и вышла к реке, морю или просто прогуляться в лес, и кто-то напал? Что, если она лежит где-нибудь в лесу?
— Мира, — позвал магистр, но я не обратила на него внимания.
Грудь сдавило, к горлу подкатила тошнота, и в висках запульсировало от протыкающих сознание мыслей.
— Или ее похитили? Тетушка вовсе не святая, многие боятся ее, считают врагом… У нее могли быть враги…
— Мира, — жестче позвал мужчина и, обхватив за плечи, развернул к себе лицом. Наши глаза встретились, и мой пыл утих, столкнувшись с тяжестью его взгляда, как с глыбой льда в океане. — Паника не поможет. Я понимаю, это трудно. Но лишь спокойствие и холодный разум сопутствуют успеху.
Я кивнула, то ли соглашаясь, то ли это было нервным движением… И глубоко вздохнула, ненадолго прикрыв глаза. А когда открыла, хватка магистра ослабла, и вскоре он вовсе отпустил, сделал шаг назад.
— То, что ваша тетя не покидала Аркус и не прибывала в Зальтрэс, — пока что все, что мне удалось узнать. Мы обязательно выясним, что случилось. Я уже отправил письмо в гарнизон стражей — они выяснят, с кем говорила ваша тетя в день пропажи.
— Я осмотрю лес, — вклинился Филя. — Ее мог кто-нибудь заметить. Лесные владычицы хоть и не видны людским глазам, наблюдают за всеми, кто бродит по их тропам.
— Я пойду с тобой, — выпалила сразу.
Филя резковато мотнул головой.
— Исключено. Небезопасно таскать тебя по лесу, и один я справлюсь быстрее.
Возможно, в одиночку он действительно справился бы быстро, но я не могла сидеть сложа руки, пока другие делали хоть что-то, чтобы добыть информацию. Я не только не смогу усидеть на одном месте, но еще и думать о чем-либо, кроме тети.
— Я пойду.
— Нет, — продолжил парировать Филя.
Не выдержала — нахмурилась, крепко сжала кулаки.
— На тебя охотится чокнутый демон! Я пойду с тобой!
— Поэтому тебе лучше остаться здесь. Скажи ей!
Он перевел возмущенный взгляд на молчаливого магистра.
И что это значит? Можно подумать, магистр — рычаг воздействия на таких, как я! Хотя, может быть, так и есть...
— Думаю, я не в силах это сделать, — повел плечами мужчина.
— Почему? Ты же ректор.
— Да, но сейчас я для Миры не ректор.
— Что за вздор? Вы же в академии!
— Мы в моей комнате, — поправил спокойно.
Вообще, одно другому не мешает. Комната-то в академии… Но кажется, он вложил в эту фразу какой-то особый смысл.
— Здесь не действуют правила. Никакие.
Магистр скосил на меня взгляд, такой странный, будоражащий кровь… По телу тотчас пробежала горячая дрожь, сердце затрепетало.
— Но я согласен с Фильеном, — добавил он. — В академии безопаснее, чем за ее стенами. Да и пока у вас нет нужды вмешиваться в это.
— Есть! — сказала громко, но, заметив, как приподнялась бровь магистра, понизила тон. — Я волнуюсь. И хочу не просто наблюдать за расследованием, а принимать в нем участие. Я не смогу просто… ждать.
— Не переживай, — произнес Филя мягким голосом, на который, казалось, только был способен в обличье филина. — Ты не останешься в неведении. Не знаю, сколько времени займет это расследование… Но я буду обо всем докладывать.
Я сдалась. Их слова были убедительны, но я с самого начала понимала, что буду для Фили обузой.
— Правда... — продолжил оборотень, повертев головой, — … в одном и том же облике будет трудновато приложить все усилия. Есть люди, перед которыми мне лучше не показываться филином.
— Как их отличить от тех, кто не должен видеть тебя человеком? — едко поинтересовалась я.
Хоть и вопрос больше походил на упрек, Филя промолчал, явно увидев правду в этих словах.
— Тогда возьми его.
Быстро вытащила из-под ворота кристалл и, прежде чем кто-то из мужчин заговорил бы, отстегнула цепочку.
— Нет, Мира. — Филя спрыгнул со спинки стула на стол, как-то умудрившись ничего не задеть. — Не стоит. Тогда ты...
—
