привыкать к нынешнему миру.
— Блин, позвонить Беляеву да уточнить насчёт возможности спуститься в «Ледянку»? — пробормотал я, завершая круг почёта вокруг дома и заходя внутрь. — Или Диане Павловне? Может, она подскажет, где накопители подешевле взять можно. С другой стороны, залезать в долги по таким пустякам такое себе.
Скорее всего, ни первый, ни вторая эту просьбу за долг не посчитают, однако я сам буду воспринимать это именно так. А быть должным кому-то без веских на то причин мне не хотелось.
Хотя это всё же безопасность рода Серовых… Д-дилемма…
— Смотри, овощи режешь мельче, это всё же салат, а не овощная нарубка, — объясняла Василисе стоящая за столом Дарья, опасно размахивая ножом. — После чего всё это в чашу и сверху маслом. Но немного. Потом соль с перцем по вкусу. Просто и полезно.
— Пока меня не было, вы кого-то сожгли? — поинтересовался я, усаживаясь за стол. На кухне определённо пахло горелым, и висела дымка, от которой не спасали даже открытые настежь окна.
— Да так. Вася забыла плитку выключить, ничего страшного, — махнула рукой вооружённая Мышь.
— Простите меня, Максим Витальевич, — Василина, повернувшись ко мне, спрятала руки за спиной и опустила голову.
— Ничего страшного. Не переживай, — произнёс я. — Как начну выплачивать зарплату, вычту из неё за испорченные продукты.
— Макс! — угрожающе посмотрела на меня Дарья. — Не дави на Лину, она и так тебя боится! Что ты вообще за изверг такой?
— Так, собственно, и должно быть, учитывая обстоятельства, при которых мы с ней познакомились, — кивнул я. — И вообще, в этом доме меня кормить собираются? У меня дел сегодня выше крыши.
— На, ешь, не обляпайся, — Мышь с грохотом поставила передо мной тазик с салатом, после чего повернулась к Зориной. — Лина, пока я разогреваю еду, приготовь, пожалуйста, этому… Максиму Витальевичу… кофе, а то он так до самого конца завтрака бухтеть и душнить будет. Кофеварка у нас вот здесь. Сначала нажимаешь…
Ловко работая вилкой, я краем глаза наблюдал за девушками. Причём в большей степени, хоть это и могло показаться странным, за Дарьей.
Пусть Серова и старалась особо это не демонстрировать, однако появление в нашем доме ещё одного человека, даже в роли слуги, в какой-то степени обрадовало девушку. Я же обещал ей, что в нашем доме со временем станет людно, и даже сейчас с приходом всего одного человека обстановка в особняке неуловимо изменилась.
Что касается самой Зориной, она, судя по всему, станет неплохим приобретением. С ней, конечно, в ближайшем будущем возникнут проблемы по большей части психологического характера. Всё же жизнь на улице среди отбросов с ежеминутным опасением за свою жизнь определённо не способствует формированию уравновешенной личности.
Впрочем, какие-никакие характер и ум у Василины имелись. Собственно, только благодаря им она умудрилась дожить до восемнадцати и при этом не оказаться среди работниц лёгкого поведения в сгоревшей дотла Железке.
Так что останется только ей немного вправить мозги в нужную сторону и пинком отправить в светлое будущее. Само собой, связанное с родом Серовых…
— Кажется, я кого-то перехвалил по поводу ума… — пробормотал я, одновременно успевая и отодвинуться от стола, и увернуться от горячего кофе, едва не угодившего мне на спортивные штаны,
Споткнувшаяся о стоящий на её пути стул Василина с ужасом в глазах смотрела на то, как я медленно поднимаюсь из-за стола.
— Я не специально, Максим Витальевич! Ну я просто… — запричитала блондинка, не сводя с меня карих глаз, которые из-за волнения стали приобретать зеленоватый оттенок. — Ну серьёзно, из меня домработница никакая! У меня и дома-то толком не было… Я больше по…
— Знаю я, по чему ты больше. Как-никак вчера весь день на тебя из-за твоего профиля потратил… — остановил я причитания девушки. — В общем так, без нас с Дарьей на кухне не появляешься от греха подальше. Только во время обеда. Сейчас Мышь тебя накормит и покажет, где уборочный инвентарь. В мастерскую и наши комнаты не заходишь, в остальных частях дома убираешься до самого вечера. Понятно?
Девушка, продолжающая держать опустевшую кружку, кивнула.
— Макс, а ты куда? — поинтересовалась Дарья, протягивая полотенце неуклюжей служанке.
— Чую, меня здесь раньше убьют, чем накормят, — ответил я. — Так что позавтракаю в городе, всё равно туда собирался. А ты не забудь купить Василине вещи и всякие принадлежности по вашей женской части. Чуть позже карту ей сделаем для покупок.
Погрозив пальцем служанке, продолжающей прожигать взглядом пол, я направился в сторону ванны.
Водные процедуры, как и переодевание, много времени не заняли, так что уже через полчаса я покинул дом, оставив шушукающихся за моей спиной девиц. С Дарьей Зорина вела себя куда свободнее, чем со мной. Впрочем, это неудивительно, учитывая характер Мыши.
Снаружи меня уже поджидало такси, так что, усевшись в машину, велел водителю трогаться, а сам достал телефон.
Первым делом пролистал чат беляевской команды, в котором со вчерашнего вечера скопилось неприлично много сообщений. Ничего важного там не оказалось, девчонки, как обычно, хвастались обновками и пересылали друг другу «смешные» картинки, однако висящее уведомление о непрочитанных сообщениях меня раздражало.
Избавившись от этой новомодной «занозы», перешёл к более важным делам, а именно чтению новостей. Вчерашний репортаж о гибели студента, чьё имя не озвучили, заставил меня более тщательно просмотреть ряд электронных изданий. И в этот раз я новость о смерти Васильковского нашёл.
Причём информация-то была опубликована в какой-то мелкой газетке, репортёр которой узнал о случившейся «трагедии» вроде бы как совершенно случайно. Он ещё в статье удивлялся, что не самая мелкая фигура в Иркутске скончалась, а об этом все молчат.
Собственно, я тоже был несколько озадачен. Так-то я ожидал, что и смерть начальника тюрьмы хоть как-то всколыхнёт общественность, а тут вообще глухо. Да и учитывая, что новость о смерти Хорька появилась значительно позже информации о смерти Васильковского, это наводило на интересные мысли. Например, что я не зря озадачился защитой особняка. Как бы в ближайшее время гости не пожаловали.
Первой точкой в моём сегодняшнем маршруте оказалась какая-то забегаловка, в которой я пробыл совсем немного времени. Ровно столько, сколько нужно, чтобы нормально поесть, без угрозы оказаться ошпаренным.
Кстати, стоило мне только сесть за стол, как пришло сообщение от Мыши. А точнее, фотография. На ней был виден сломанный нож, лезвие которого торчало из
