— Войдите, — отозвалась директриса после того, как Ид коротко постучал в дверь.
Мы вошли. Кузен выглядел уверенно, гордо вздёрнул подбородок и не боялся взглянуть в глаза директрисы. А я немного нерешительно и по-прежнему с опущенной головой, прячась за спиной парня, словно надеясь, что Альма меня не заметит. Директриса же взглянула на нас, а после на наручные часы.
— Хотя бы не опоздали, — недовольно произнесла она, — Ну, здравствуйте, проблемы мои ходячие.
После этих слов я поняла, что ругать нас вроде как не собираются, а если и собираются, то не особо сильно. Может? дядя уже позаботился о том, чтобы нам не читали лишних моралей?
— Нарина, дитя моё, — иронично начала говорить директриса, — А тебя никогда не учили, что врать не хорошо?
— Учили, — тут же отозвалась я, стыдливо опустив взгляд.
Альма кивнула.
— Значит так, нотаций читать не буду. Наслушались уже, — она почему-то посмотрела на Ида, — Но наказание получите.
Я выдохнула. Наказание это ещё полбеды! Меня и так съедало чувство стыда и за то, что произошло с кузеном, и за обман, и за побег, и за собственную безответственность… Я прекрасно могу наказать себя сама, просто постоянно думая об этом.
— Ты, — Альма резко указала на Идана, — Помогаешь конюху с шести до десяти вечера всю неделю. Надеюсь, ты понимаешь, что вся грязная работа будет на тебе?
— Но я младший принц… — попытался возмутиться кузен.
— Всё обговорено с твоим отцом, — отрезала директриса, — С шести до десяти, а ты, — теперь очередь дошла и до меня, — В то же время, в течение месяца помогаешь лорду Баркли в зоологической лаборатории.
Я хорошо знала гнома Баркли, его лаборатория находилась почти у самой невидимой границы, за институтским парком. Там держали в основном мелких грызунов для опытов. Он вёл базовый курс зоологии у первогодок. В прошлом году он преподавал и у меня. Гном был довольно старым и соответственно мудрым, едва ли мне смогла бы достаться более приятная компания для отбытия наказания, поэтому я просто кивнула.
— Свободны, оба, — холодно сказала директриса и уткнулась в какие-то бумаги, словно нас здесь и не было.
— Но за что? — взвыл Идан.
Директриса на секунду подняла взгляд от бумаг и, кажется, задумалась.
— За прогулы, — всё же нашлась, что ответить, она, — Вам, Нарина, надеюсь не нужно объяснять, за что?
Я быстро покачала головой. Конечно, я знала за что и, более того, была очень рада, что меня вообще не отчислили! Альма кивнула.
— Свободны.
Как только вышли за дверь, я облегчённо выдохнула, а вот Идан долго возмущался таким наказанием.
— Меня, сына самого Императора, и чистить конюшни! А, главное, за что? За то, что я столько времени провёл в теле суслика? Да меня ещё и пожалеть нужно!
В чём-то я была с ним согласна. Ведь его вины, действительно, нет. Похоже, это наказание просто за компанию. Хотя, я на их месте Ида не наказывала бы, пусть даже и на неделю, но он тут ни в чём не виноват. Складывалось впечатление, что Альма просто не знает всех нюансов ситуации…
— Я бы сделала это за тебя, но у самой наказание.
— Твоё хотя бы заслуженное, — грустно отозвался Идан.
Я промолчала. А что тут скажешь? Он прав. В полном молчании мы дошли до женского общежития.
— Приходи позже на чай, думаю, Милара будет рада тебя видеть, — сказала я.
— Обязательно, — ответил грустный Идан и побрёл в мужской корпус.
Коменданта на вахте не было, чему я обрадовалась и быстро побежала к себе. Ми в комнате не оказалось, и я принялась распаковывать вещи, привезённые из дома. На самом дне обнаружила свою книгу, в которую я бережно вложила послание Троя. Хотела было ещё раз перечитать письмо, в надежде увидеть в нём скрытый смысл, но не стала, а просто вертела листок в руках. Звук приближающихся шагов, разносящихся по коридору я услышала задолго до появления на пороге радостной Ми.
— Нари! — воскликнула подруга и буквально набросилась на меня с объятьями. — Я так переживала! Ты просто обязана всё-всё мне рассказать!
Ведьма, пышущая любопытством, это страшное оружие, почти что смертельно опасное, поэтому заварив чай мы уселись за стол и я рассказала ей, пожалуй, всё, даже в мельчайших подробностях.
— Да-а-а-а, — протянула Милара, — А тот эльф, что у вас с ним было? — глаза подруги снова загорелись любопытством.
— Я тебе всё рассказала.
— Ну да, если бы было что-то интересное, то тебя бы не выбрали невинной жертвой, — задумчиво согласилась Милара, — А что это ты теребишь? — теперь любопытный взгляд нацелился на письмо Троя.
Я опасливо прижала конверт к груди, а Ми это раззадорило ещё больше, и она таки выхватила его из моих рук.
— Та-а-а-к, что тут у нас? Ого, письмо от возлюбленного, — усмехнулась ведьма.
Я насупилась и терпеливо ждала, пока Милара прочтёт письмо.
— Ну вот, а ты говорила: не любит, бросил… — протянула она после прочтения.
Я недоумённо взглянула на неё. Так и есть! Я говорила правду! Или за это время в письме появилось что-то новенькое? Я выхватила листок из рук подруги. Нового ничего не было. Всё тот же сухой текст с просьбой вернуть медальон, которая несказанно меня злила. Я с горечью отшвырнула послание.
— Всё верно, не любит, — повторила я.
— А как же это многообещающее «твой Трой» и «я навещу тебя в ИМИ»?
А ведь действительно, на подпись я не обратила никакого внимания. Слишком больно мне было от мысли, что он хочет разорвать со мной всякие связи, и даже медальон вернуть просит, что на такую мелочь, как подпись, я даже не посмотрела. Хотя кто этого эльфа разберёт, мало ли чего он так написал?
— Это всего лишь подпись, — грустно сказала я.
— Милая, эта подпись на фоне общей сухости послания просто кричит! Как ты могла не учесть её? Твой Трой, — повторила Милара, и её слова пролились бальзамом на мою душу.
«Мой» — уже с улыбкой подумала я.
— А медальон возвращать будешь? — заинтересовалась подруга.
Я достала золотую цепочку, которая была спрятана за высоким воротом свитера, и сжала в ладони.
— Ему нужно, пусть сам и забирает.
Ми рассмеялась.
— Дай посмотреть, — попросила она и подошла ко мне.
Я приподняла медальон вверх и Ми дотронулась до него. Я толком не поняла, что именно случилось, но в следующее мгновение подруга с визгом одёрнула руку, а на её пальце остался сильный ожог. Ми с недоумением смотрела на меня, а я, не менее удивлённо, переводила взгляд с медальона на обожжённую конечность ведьмы.
— Что это было? — растерянно спросила я.
— Магия. Невероятно сильная. Пожалуй, тебе и вправду лучше вернуть эту вещь, — тихо ответила ведьма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
