аппарате, который вывел из строя наш бронеавтомобиль, то, смею предположить, мы бы смогли спокойно все рассмотреть, – сказал Вахтер.
– Почему? – удивился идущий рядом Поэт, включая ручной фонарик.
– Мы по каким-то причинам мало интересуем здешних обитателей. Заметьте, они не стали нас уничтожать.
– Нас – нет. Но они, можно так выразиться, уничтожили нашего «Тигра».
– Возможно, они просто не знали о нашем присутствии. По каким-то соображениям им не приглянулся наш автомобиль. Только и всего.
– Можно подумать, что цивилизация, обладающая теми технологиями, с которыми мы здесь столкнулись, не способна различить за броней машины несколько живых организмов! Думаю, что подобие земных тепловизоров у них появилось еще на заре нашего каменного века.
– Тогда еще один вопрос, – не унимался Вахтер. – Почему при появлении того белесого существа не было свечения?
– Ну, это же элементарно, Ватсон! – Поэт попытался придать своему голосу сходство с неповторимым тембром великого советского актера. – Ни мы, ни то убогое существо не являемся тут хозяевами. Мы не знаем, как включать аппаратуру и открывать выходы на верхний уровень. Возможно, здесь даже стоит вопрос об энергетическом обмене. Здание обменивается с аборигенами этого мира информацией на тонковолновом уровне и повинуется их желаниям. Включает свет, активирует системы бытового потребления. Да все, что угодно! А тот уродец просто не мог отдавать подобные приказы зданию. Вполне может быть, – добавил ученый после небольшой паузы, – что мы с вами столкнулись с мутировавшим хозяином здания. Если вспомнить, что отпечатки именно его рук мы видели на пыльной поверхности крышки капсулы, то вполне резонно предположить, что некогда он имел доступ к технологиям, но потом все потерял, и теперь, возможно, вследствие изменения уровня мышления, оперирует оставшимися на подкорке знаниями, не осознавая их назначений. Привык к темноте, следует одним и тем же маршрутом и пытается выполнять какую-то работу с блоком.
– Весьма интересная теория, но для какого-нибудь дешевого фильма ужасов, – с жаром заговорил Вахтер. – Может быть, это вовсе не видоизменившийся местный житель, а какая-то другая, параллельная форма жизни. Ведь нужно много времени, чтобы вот так измениться внешне. Он же не Голлум из «Властелина колец», чтобы жить тут пятьсот с хреном лет в обнимку с «прелестью». Если это кто-то другой, то он мог запросто подсмотреть, что тут делают с этими капсулами, и пытаться воспроизвести порядок действий. А то, что он был еще жив до сегодняшнего дня, доказывает мою теорию о том, что аборигенов ни мы, ни он не интересуем. Что скажете на это, Александр Сергеевич?
Остальные молча слушали дискуссию, развернувшуюся между двумя заядлыми спорщиками.
Предположения Варана вскоре подтвердились. Спустя какое-то время отряд вышел в помещение, ничем не отличающееся от тех двух, что они видели перед этим. Разница заключалась лишь в том, что из этой комнаты второго выхода найти так и не удалось. В электрическом свете фонарей на противоположной части стены был виден символ, который мог означать расположение выхода, но сама стена оставалась монолитной. Таким образом, вопрос о дальнейших действиях отпал сам собой.
Путь обратно через охваченную темнотой смену тоннелей и комнат поначалу не приносил никаких неожиданностей. После выхода из первого помещения с «волчком» Варан попросил Валерия уколоть его еще раз.
– Болит? – уточнил Зол, подойдя к командиру.
– Да.
– Да ты весь горишь! – Валерий подсветил фонарем лицо Варана, бледное, покрытое липким потом, с красными, воспаленными глазами и сухими губами. – Как ты вообще еще не свалился?
– Пока держусь.
– Надо остановиться, отдохнуть и подлечить тебя.
– Дойдем до выхода на верхний этаж – там и отдохнем.
– Ты же скоро еле ноги волочить начнешь!
– Тогда пристрелишь меня. – По интонации Варана не было понятно, шутит он или нет, и Валерий, решив больше не тратить время на бесполезную перебранку, обезболил командира.
По возвращении к исходной точке маршрута Варан стал совсем плох. Порожденная интоксикацией организма одышка, появляющаяся при физической нагрузке, была слышна даже на расстоянии. Внутреннее повреждение руки незаметно подтачивало крепкий организм. В дальнем углу, за обломком потолочного перекрытия, соорудили подобие ложа, навалив на пол все, что можно было приспособить в качестве мягкого покрытия. Валерий, использовав острый угол скола наклоненной плиты перекрытия, привязал к нему при помощи бинта банку раствора и соорудил для лихорадящего Варана капельницу. Через несколько минут боец забылся сном. Остальные, перейдя в противоположный угол, чтобы свет не мешал больному спать, принялись потрошить продовольственные пайки.
– Мне сейчас почему-то показалось, что мы отсюда уже не выберемся. Глупо, конечно, так думать. Вроде как малодушничаешь. А с другой стороны, вот подумал я сейчас так – и ничего. Совершенно ничего, – пожал плечами Вахтер, после того, как Зол ушел менять банку с раствором. – Не то что бы пофигу, а вот как-то спокойно. Словно ничего страшного не произойдет. Будто бы уже все, чего нужно, я добился, и можно спокойно помирать. Гипоксия, что ли, начинает так действовать?
– И бороться не станешь?
– Стану. Просто так я себя и каждого из вас никому не отдам. Но меня почему-то перестала пугать перспектива невозврата. И я не про Землю.
– Я понял, – кивнул Шаман. – Возможно, это потому, что совесть твоя чиста и тебе нечего стыдиться. Вернее, ты пытаешься себя в этом убедить. Обманываешь сам себя. Договорился с совестью. Вот так, наверное, будет честнее.
– Возможно, ты прав.
– Да не возможно, а так оно и есть. Ты хоть тут перестань себя обманывать. Единственная твоя заслуга перед Страшным судом, реинкарнацией или что там вообще есть, после того, как мы все тут скрючимся, это то, что ты работал именно тем, кем работаешь, а не кем-то еще.
– То есть?
– Сейчас объясню. – Шаман порылся в карманах, достал пачку сигарет. Открыл ее и, вынув одну сигарету, вдохнул: – Все заканчивается. Все естественно и неизбежно. – Закурив и выпустив в темноту серую струю ядовитого дыма, боец продолжил: – Сидишь ты дома, смотришь хоккей по телевизору, и тут раз – электричество вырубилось. Ты идешь проверять пробки, электрощиток, УЗО и все остальное. И понимаешь, что тут нужен специалист. Знакомый электрик Леха, который работает в местном ЖЭКе. Ты звонишь туда и просишь, чтобы Лехе оставили заявку на то, чтобы он пришел и исправил эту неприятную ситуацию. Заявка принята, Леха пришел. Открыл щиток, нашел причину, начинает ее устранять. Работает он один, и проблема твоя будет решена только благодаря его усилиям, знаниям и опыту. А рядом с электриком Лехой стоят: наблюдающий, инспектирующий, кадровик, технолог, инженер по технике безопасности, мастер, начальник снабжения, бригадир, начальник участка, заместитель начальника по эксплуатации и черт знает кто еще. И вот весь этот
