– Подожди, подожди, печенка лопнет. О чем рассказывать?
– Об Арктическом мосте. Работа законсервирована, конечно. Какое к нему теперь отношение? Можно ли сразу по приезде в Москву ставить вопрос о возобновлении строительства?
– Нет, нельзя, – невозмутимо ответил Сурен, протягивая профессору прутик с восхитительно пахнущим шашлыком и кладя на огонь следующий прутик.
– Почему нельзя? – насторожился Андрей.
– Потому что этот вопрос давно уже поставлен и разрешен.
– Как так разрешен?
– Имеется правительственное решение продолжать строительство опытного туннеля в Черном море, и сейчас мы все корпим над окончанием проекта подводного дока. Понимаешь?
– Какого подводного дока? – нахмурился Андрей.
– Обыкновенного подводного дока. Такая гигантская подводная лодка, внутри которой собирается туннель, а она постепенно отодвигается от берега.
– Постой! – воскликнул Андрей, больно сжимая Сурену руку. – Как ты сказал?
Сурен взглянул в изменившееся лицо Андрея и растерянно замолчал. Рука Андрея, сжимавшая локоть Сурена, вдруг ослабла и упала. Сурен тревожно покачал головой.
– Да-да… понимаю, – прошептал Андрей. – Как же я… как же я-то не догадался? Док движется под водой и словно соскальзывает с уже готовой трубы? А она все удлиняется и удлиняется?
– Совершенно верно, – кивнул Сурен, протягивая Андрею шампур с готовым шашлыком.
Андрей взял прутик с шашлыком и стал машинально ковырять им землю.
– Подожди, постой… что ты делаешь? – встрепенулся Сурен.
Вместо ответа Андрей вдруг бросил кулинарное произведение Сурена, вскочил на ноги, но тотчас сел.
– Нет-нет, ничего, – смущенно сказал он, понурив голову.
– Подожди, подожди… – придвинулся к нему Сурен, стараясь заглянуть ему в лицо. – Почему так?
– Ну вот видите, – виновато проговорил Андрей. – А я здесь пас коз… Козочек пас…
– Ай-яй-яй! – вдруг перебил его Сурен, хитро прищурившись. – Как же ты забыл?
– Что забыл? – нервно спросил Андрей.
– Забыл про подводный док. Ведь ты сам объяснял мне его проект.
– Я? Объяснял? – удивился Андрей.
– Там, в Ялте, после катастрофы, когда ты в бреду лежал, а я около тебя вместо медсестры был…
– Постойте, – поднял руку с шампуром профессор, – это уже почти по моей линии. В бреду рождается новая идея? Превосходно!
– Вот именно! – обрадовался Сурен. – Он в бреду метался и все утонувший туннель вспоминал. А однажды сказал: «Ничего, что он утонул… Раз он „утопия“, надо его сразу утопить…»
Эта уже знакомая Андрею игра слов сразу развеяла его недоверие, хотя и была «лежащей на поверхности» остротой. Сурен продолжал:
– И ты сказал, что надо его строить по-другому: удлинять с помощью специального подводного дока. Понимаешь, какую ты умную вещь сказал? Я даже удивился. А в этом цимес, как в шашлыке! Ва!
– Очень интересно: замечательное изобретение подсознательно рождается в мозгу больного.
Андрей сидел ошеломленный и вконец сконфуженный. Теперь он готов был без конца расспрашивать Сурена о подробностях и технических деталях этого нового, оказывается, им же самим придуманного проекта, но ему было стыдно за свое поведение, столь похожее на вспышку авторского самолюбия и нетерпимости.
Тем временем Сурен наделил его новым шампуром.
– Как же Аня, Сурен? Аня как? Что же ты про нее ничего не рассказываешь? – заговорил наконец Андрей.
– Ва! Совсем позабыл, специально для этого прилетел. Меня с запиской послали.
Андрей вскочил. Воздуха, дивного горного воздуха ему не хватало! Он провел рукой по глазам. Сквозь пальцы сверкнула далекая ослепительная вершина.
«Андрюша, славный мой! – прочел он в записке. – Обязательно приезжай сегодня, мне это очень важно. Только не позже трех часов дня. Тогда поцелую, и даже очень крепко. Жду. Твоя Аня».
– А сколько сейчас времени? – закричал Андрей, поворачивая к Сурену сияющее лицо.
– По-московски? – неторопливо поинтересовался Сурен.
– Ну конечно же.
– А я думал – по Гринвичу. Не смотри так страшно! Успеем, я все рассчитал. Садись, дорогой, доедай шашлык, а то в дороге кушать захочешь. Из Баку пассажирский вылетает в одиннадцать часов, а сейчас только девять утра. О козах не волнуйся – я из деревни чабана послал.
Андрей продолжал стоять. Ветер трепал широкие поля его мягкой шляпы. Внизу под ногами расстилалась небольшая полянка с белыми пятнышками успокоившихся коз и серым силуэтом вертолета.
Послышалось жужжание. Вертолет стал тихо подниматься с полянки и скоро повис почти над самой головой Андрея. Сверху спустили лестницу.
– Шашлык был замечательный! Никогда в жизни не ел ничего подобного, – заявил профессор, вытирая губы и бороду платком.
– Скорее, скорее! – торопил Андрей.
Жужжание усилилось. Козы подняли головы и умными красивыми глазами провожали странного орла, поднимающегося вертикально в небо.
Скоро маленькая точка исчезла в прозрачной синеве.
Глава шестая. Испытание
Леса и перелески, дачные домики, поле с уборочной машиной, платформы с промелькнувшими людьми, шоссе с бегущими грузовиками, самолет в воздухе, ребята, скатывающиеся с пригорка, тоненькая девушка с косами, приветно машущая рукой…
И уже скрылась легкая фигурка. Бегут назад кудрявые рощицы по обеим сторонам полотна, и вдаль уходят прямые, как лучи, рельсы, загибаются за самый горизонт, повторяя выпуклость земли.
Идеальная прямая! Когда-то царь-самодур с тупым упрямством провел эту линию. Так и должны были строить дорогу из Петербурга в Москву. Так и строили ее напрямик через холмы и болота, строили… на человеческих костях.
И как память прошлого лежит и сейчас прямолинейное полотно, ведет в Москву среди полей и рощ, садов и перелесков.
На одну из дачных станций этой дороги прибыл необыкновенный поезд. Он был похож на гигантскую трубу, поставленную на колеса. Прибытие этого поезда вызвало переполох в дачном поселке. На платформе собралась толпа: мужчины в спецовках или летних пиджаках, девушки в открытых сарафанах или легких брюках, руководительница детского сада – молоденькая, строгая, с сияющими и любопытными глазами и целым выводком построенных в пары, умирающих от восторга ребятишек, старушка в теплой кофте, два древних старика, оба лысые, бородатые, один в очках, наконец, мальчишки, всюду во все времена одинаковые мальчишки в неподпоясанных рубашках, в коротких уже им штанах… Они оседлали забор, забирались на ветви тополя и кричали оттуда:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
