— Ты и правда прелесть, — рассмеялся вместе с ней Оли.
— Ты все время мне это повторяешь…
— Потому что так оно и есть.
Кей было невдомек, насколько искренни его слова, ведь Оли привык ухаживать за самыми красивыми женщинами. Разве может она мечтать о соперничестве с ними? Но в тот момент ей отчаянно хотелось ему верить, и когда он склонился к ней, губами ища ее губы, она не колеблясь уступила.
Кей не могла вспомнить, когда в последний раз ее так целовали, но знала одно: ни один поцелуй за всю историю поцелуев — подлинный или литературный — не сравнится с этим, потому что она слишком долго о нем мечтала и уже успела свыкнуться с мыслью, что Оли ее непременно когда-нибудь поцелует, так что осечки быть не могло. Оли в любом случае был бы великолепен…
Спиной она ощущала холодную каменную стену Кобба, но Оли прижимался к ней всем своим горячим телом. Жаль, что этот поцелуй нельзя было растянуть на века: когда Оли отстранился, Кей неохотно открыла глаза.
— Мм… я сам не ожидал, — сказал он.
— Надеюсь, ты не раскаиваешься?
— Нет, что ты! Я хотел сказать, что даже не предполагал, что так получится.
— У тебя, наверное, подружка в каждом порту. Кажется, так говорят об актерах?
— Мне казалось, так говорят о моряках.
— Верно, — засмеялась Кей. — У актеров подружка в каждом городе. Они не ограничивают себя прибрежными территориями.
— Ты, судя по всему, невысокого мнения об актерах, — заметил Оли.
— Да, — призналась Кей. — Я трезво смотрю на то, что сейчас случилось.
— Ну и как ты это назовешь? — поинтересовался он.
Кей молчала — ей не очень-то хотелось ломать голову над тем, что сейчас было. Они всего один раз поцеловались, а она уже планировала, как они проведут медовый месяц, и успела придумать имена двум из четырех их будущих детишек. Но разве не все женщины этим грешат? Разве не к этому относится замечательная цитата из «Гордости и предубеждения»? «Какой стремительностью обладает женское воображение! Оно перескакивает от простого одобрения к любви и от любви к браку в одну минуту». Кей и за собой знала эту слабость.
— Назовем это, — предложил Оли, видя, что от Кей не добиться ни слова, — чудесным сюрпризом.
Кей улыбнулась его словам, мучась вопросом, не закончатся ли чудесные сюрпризы вместе со съемками.
«Конечно же нет! — заверила она себя. — После такого поцелуя!»
Они шли вдоль гавани, мимо киосков и пляжных кабинок, и Кей казалось, что она плывет по воздуху. Прохладный бриз развевал ее волосы, по коже бежали мурашки. Она подняла глаза на луну; теперь, глядя на ночное светило, она всегда будет вспоминать эти драгоценные минуты наедине с Оли. А он, интересно, будет о них вспоминать?
По ступеням они поднялись к мостовой Морского променада. Кей взглянула на Уэнтуорт-хаус и заметила, как в одном из окон дернулась занавеска.
— Кажется, за нами подсматривают, — сказала она. — Из комнаты Терезы.
— Неужели? Нечего шпионить за людьми!
— Она ведь не против, правда?
— А почему она должна быть против?
— Просто мне кажется, что ты… как бы это сказать… постоянно с ней на ножах…
— Чем я занимаюсь в свободное время — мое личное дело.
— А, так я и есть это дело!
— Нет, вовсе нет, — улыбнулся Оли. — Ты — чистое наслаждение.
Он опять взял ее руку, поднес к губам и поцеловал. Они вошли в гостиницу. Везде было тихо, только на столике в холле одиноко горел ночник.
— Иди сюда, — тихо сказал Оли.
Он снова придвинулся к ней и стал целовать, шепча: «Кей, Кей, Кей…» У нее кругом шла голова, и на миг она почти поверила, что Оли позовет ее к себе в номер. Но он не позвал. Кей отчасти была разочарована, хотя понимала: она не должна так поступать. Это непрофессионально — вот нужное слово. Кей не сомневалась, что у держателей гостиниц есть неписаное правило — не спать с постояльцами.
— Спокойной ночи, Кей, — шепнул наконец Оли.
— Спокойной ночи, — шепнула она в ответ и проводила его взглядом, пока он шел наверх.
Сердце тяжело бухало в груди, и Кей заранее знала, что даже ведра горячего какао будет мало, чтобы успокоиться. Зато, по крайней мере, она чувствовала, что этой ночью увидит, наверное, самые сладостные сны за всю свою жизнь.
Глава 37
— Он вовсю заигрывает с Кей — вот тебе мое слово, — сказала Софи.
— Отойди от окна! — Джемма, впрочем, подбежала к ней и тоже стала вглядываться в ночную тьму. — Где они?
Софи не успела ответить: внизу открылась входная дверь.
— Это они только сейчас возвращаются! — шепотом возмутилась Софи. — Готова поклясться, они ходили на Кобб и гуляли там, взявшись за руки!
Джемма вернулась в постель и снова взялась за вязание.
— Думаю, нам нет никакого дела, чем они занимаются.
— Даже если это дурость?
— Почему дурость?
— Потому что из этих отношений ничего путного не выйдет!
— Почему же не выйдет? Мне кажется, ты плохо думаешь об Оли. Знаешь, он недавно говорил со мной…
— О чем же? — нетерпеливо спросила Софи, отойдя от окна и плюхнувшись на кровать напротив Джеммы.
— Только, умоляю, никому не проговорись.
Софи поспешно кивнула.
— Он хочет бросить кино.
— Неужели?
— У него кто-то есть, и он предпочел бы проводить с ней больше времени, — пояснила Джемма.
— С Кей? Он решил перестать сниматься ради Кей?
— Мне он не назвал ее имени…
— Но ведь они знакомы всего несколько дней, — озадачилась Софи.
— И какая разница? Люди, когда влюбляются, иногда сходятся очень быстро.
— Охотно верю… Со мной тоже однажды такое случилось. Мы знали друг друга ровно шесть часов, но я сразу поняла, что именно такой мужчина мне и нужен.
Джемма улыбнулась:
— А я и не знала, что у тебя есть друг…
— Теперь уже нет. Наш роман продлился всего три недели, зато это было самое счастливое время в моей жизни!
Они услышали, как на лестнице заскрипели половицы.
— Это Оли!
Софи мигом спрыгнула с постели и бросилась к двери. Джемма в смятении наблюдала, как она потихоньку вынула ключ из замочной скважины и приникла к ней, высматривая, что делается на площадке.
— Он один, — не скрывая разочарования, шепнула Софи.
Джемма осуждающе поцокала языком:
— А ты чего ожидала?
— Я думала, они вместе поднимутся…
— Такое вряд ли случится, — возразила Джемма, старательно вывязывая узор. — Зачем рисковать, если их могут застукать?
В начале двенадцатого в дверь Кей кто-то тихо постучал. Она в этот момент перечитывала один из своих самых любимых эпизодов, ближе к концу «Доводов рассудка», когда капитан Уэнтуорт встретился с Энн и «о вчерашнем и нынешнем дне говорено было без конца». Она обожала эту сцену и с нетерпением ждала, как ее сыграют в новой экранизации Джемма и Оли.
