Но существо во мгле, похоже, услышало его. Снова шаги. Мягкие, едва слышные, но вселявшие тревогу.
Тристан озирался, пытаясь понять, откуда ждать напасти. Судя по всему, существо пыталось обойти их сзади.
— Р-р-р, — донесся из тумана злой рык неведомого врага.
— Боюсь, — прошептала Миста и крепко схватила Тристана за руку.
— Тихо, а то мы станем завтраком этой твари!
И тут тварь появилась. Тристан никогда не видел столь уродливого, отвратительного и злобного создания. У него было туловище льва и длинный хвост, как у скорпиона. На конце хвоста был еще шар, утыканный длинными и очень острыми шипами. Под густой львиной гривой пряталось человеческое лицо. Сморщенное, с хищными красными глазами. Мантикора.
Следуя совету леопардистов, путники замерли. Руки и ноги Тристана мгновенно затекли, но он понимал: одно движение — и мантикора кинется на него.
Мантикора повела носом и издала еще один хищный рык. Ее кроваво-красные глаза смотрели прямо на путников. Казалось, она чего-то ждала. Потом снова повела носом. Ядовитые шипы на кончике хвоста зашевелились, а задние лапы согнулись. Вероятно, она готовилась к прыжку. Из мерзкой пасти вновь вырвался рык. Он был похож на отчаянный крик человека. Так кричит жадный торговец на рынке, когда понимает, что недосчитался в конце дня пары медяков. И вдруг мантикора сорвалась с места. Не успели путники опомниться, как она уже скрылась в тумане. Все стихло. Еще минуту друзья стояли не шелохнувшись.
— Уф-ф, — протянул Вирель. — Слава древним песнопевцам, она ушла.
— Надеюсь, — Миста все пыталась унять дрожь, — эта встреча будет худшим из того, что нам придется пережить здесь.
— Да уж, — согласился Тристан, — не хотел бы я наткнуться на гарпий или этих, как их там?
— Зугдулов, — фыркнул Вирель.
Друзья двинулись дальше, но на этот раз шли с превеликой осторожностью, боясь вновь встретить разъяренную мантикору. Черная мгла тем временем сгущалась все больше, так что и тысяче факелов не удалось бы осветить путникам дорогу.
К счастью, до вечера они никого больше не встретили. Путники сделали привал и после долгих споров развели огонь. Затем, наскоро поужинав припасами, которыми снабдили их леопардисты, улеглись спать. Дежурили по очереди. Первым на часах стоял Тристан, среди ночи его сменил Вирель. Засыпая, Тристан видел, как покачивается, исчезая в тумане, фигура его друга.
Утро не принесло им радости. Здесь оно мало чем отличалось от ночи. Туман стал немного светлее, но в Проходе все равно было темно, словно в подземелье.
Насколько мог судить Тристан, Мертвый Проход представлял собой крохотную дорожку, втесавшуюся в череду высоких кряжистых гор, верхушки которых были увенчаны снежными шапками. Вероятно, отсюда, снизу, можно было увидеть эту гряду во всей ее красе. Но мгла, окутавшая Проход, лишала путников возможности наслаждаться местными пейзажами. Единственное, о чем мог думать человек, оказавшийся в этом месте, так это о том, как бы поскорее отсюда убраться.
— Зачем ты потащила нас через этот проклятый Проход?! — ворчал Вирель. — Это верная гибель.
— Это не гибель, а путь к победе, — огрызалась Миста. В ее голосе слышались нотки гнева. — А ты сопливый трус. И как только Рыцарь Бедных мог подобрать себе такого жалкого оруженосца?!
— Дура! — резко ответил Вирель. — Ты-то чем лучше меня?!
— Ты только и делаешь, что языком чешешь, как девчонка! — закричала Миста. — От тебя нет никакой пользы, только прорва бессмысленной информации, которую ты не можешь держать при себе.
— Это ты нас сюда притащила! — заревел Вирель. — Это из-за тебя мы застряли в этом тумане, который кишит всякими монстрами.
Миста вспыхнула:
— Это единственный способ выиграть Турнир! Только болван вроде тебя может этого не понимать. Но ты, видимо, думаешь, что все это просто веселая прогулка! Не ты ли собирался сидеть всю ночь в библиотеке Заболотья и изучать книги о местных монстрах?! Нет? И что ты в итоге сделал? Где ценные сведения, которые ты должен был там почерпнуть?!
— Я почерпнул там много ценных сведений, — зарычал Вирель. — Но не о чудовищах, а о своей спутнице, которая оказалась последней на свете лгуньей.
Вирель и Миста смотрели друг на друга как два хищных зверя. Казалось, еще секунда — и они сцепятся в драке.
— Альдин, — сообразил Тристан, — мы забыли его выпить!
Но было уже поздно. Вирель и Миста завелись не на шутку, и эта ссора совсем не походила на их обычные перебранки. Никакой альдин не смог бы остановить ее.
— Ты назвал меня лгуньей! Сейчас же объяснись!
— Что тебе объяснить? Раньше ты не требовала объяснений! К тому же ты сама отлично знаешь, что лгала нам с первой же нашей встречи!
Тристан даже моргнуть не успел, как Миста вцепилась Вирелю в волосы правой рукой, а левой принялась лупить его по спине. Тот, явно не ожидая такого напора, попытался увернуться и спрятаться от Мисты во мгле. Но девочка оказалась шустрее. Ее короткие и быстрые удары раз за разом достигали цели, а Вирелю оставалось только вскрикивать.
Тристан поспешил на помощь и проворно растащил их.
— Клянусь пальцами Арха, никуда больше с тобой не пойду! — Миста улучила момент, чтобы лягнуть Виреля. — Слабак!
— Мозолями! — со странным ликованием в голосе выпалил Вирель, глядя Мисте прямо в глаза.
Миста замерла:
— Какими мозолями?
— Ремесленники клянутся мозолями Арха, а не его пальцами. Лгунья! Ты никогда не поклонялась этому богу!
— Не смей так меня называть! — угрожающе крикнула Миста.
