Я видела их впервые, но отчего-то в груди тоскливо потянуло, будто что-то в моей жизни настолько круто изменилось, что у меня более нет возможности вернуть утраченное.
— Бред, конечно, — тряхнула я головой. — Мне ли не знать, что моментов, которые хотелось бы вернуть у меня нет, за исключением редких минут откровений бабушки.
Просмотрела ещё несколько статей про «КЕнМ», добавила новой информации в копилку своих знаний. Естественно, эти знания были секретными, а потому не для меня, но лучше быть подготовленной.
В обед меня застал звонок мобильного. Глянула на экран смартфона и приняла вызов.
— Как ты смеешь звонить мне после вчерашнего? — возмутилась я.
— Ну, Психотусь, — прогундосил несносный парень. — Ты же знаешь, что я просто так ни за что. Мама позвонила, попросила бросить все дела.
Это была ложь, какую он обычно скармливает своим девчонкам, когда срывается куда-то. Можно сколь угодно долго выведывать его тайну, но он ни за какие коврижки не сознается в чём причина подобных его поступков.
Обычно я не обращала на это внимания, потому что меня это не касалось.
— Какой же ты у меня придурок, Сём, — вздохнула я. — Ты нахрена моему шефу позвонил, зная в каком я состоянии?
И тут случилась короткая пауза. Видимо мой собеседник медленно осознал, чего натворил.
— Ты же не… Вот чёрт! — его голос приобрёл рычащие нотки. — Не говори мне, что он воспользовался… Если так, то я с него три шкуры сдеру!
— Успокойся. До этого мы не дошли.
— А до чего дошли?
— Это не важно, Сём. Важно то, что ты меня бросил в трудную минуту, позабыв обо всём. Что такого могло произойти, что ты так резко исчез, а? Только не надо мне тут отговорок про маму, знаю я все эти твои отмазки!
— Психопаточка, ну прости меня. Я клянусь больше никогда в жизни подобного не повторится. Просто я… — вот теперь его голос стал подавленным. — Влип я, Лин. По ходу основательно.
В сердце кольнуло от страха за Сёмку, и я тут же принялась расспрашивать его обо всём. Думала, что он влип на рецептах, переживала, что у этого всего могут быть серьёзные последствия, а выяснилось…
— Я влюбился, Лин…
Спокойствие, Васильева. Только спокойствие! Нельзя просто так бить людей, и телефон тут тоже не причём. Не сжимай так, сломается.
— Ты сейчас серьёзно? — сквозь зубы спросила я, надеясь, что Сёмка не услышит эмоций.
— Серьёзней некуда, Психопаточка.
— Ну так почему это звучит, как трагедия вселенских масштабов?! — прошипела я. — Это же хорошо. Может остепенишься уже, наконец.
— Ну знаешь, я впервые между прочим так влюбляюсь! — возмутился студент. — Могла бы и поддержать, а то шипит, как кобра перед броском. Не взаимно это, понятно?
Усмехнулась, прикидывая, как ему обидно.
— Может в этом-то всё и дело? Может не любовь это, а…
— Вот давай не будем сейчас разбираться в моих чувствах, а? В конце концов, это я учусь на психолога.
Я только хмыкнула в ответ:
— Как скажешь.
Сёма обещал зайти завтра, поскольку в вечер воскресенья его мать имела на него некие планы, о которых он умалчивал. Что ж, завтра, так завтра. Найду себе занятие на остаток дня, к тому же ничего нового в моём состоянии не появилось.
Вечером, собираясь на прогулку, я поймала себя на мысли о шефе. А именно о том моменте, когда он говорил, что не приемлет отношений на работе. И это было здорово вкупе с его обещанием, что вчерашние поползновения более не повторятся. Но отчего опять это тянущее чувство в груди?
Выйдя из подъезда, я тут же наткнулась на преданный каре-зелёный взгляд чёрной немецкой овчарки, что сидела у крыльца с высунутым языком.
— Твоё поведение кажется мне очень странным, — хмыкнула я, на что мне не ответили, продолжая пристально смотреть.
Осторожно обошла собакена по дуге и направилась в парк. Ну, тут понятно, что одну меня не оставили. Пёс шел на расстоянии пятнадцати шагов, и стоило мне остановится он останавливался тоже.
— Ты меня пугаешь, пёс.
Пёс молчал.
В такой компании я прогулялась по парку, съела мороженное у фонтана, исподтишка понаблюдала за парочкой, что самозабвенно целовалась. Отчего-то в этот момент вспомнился поцелуй шефа, и нутро словно стрелой пронзило. Вскочила, как ошпаренная, и всё в том же сопровождении отправилась домой. Правда, на этот раз, собакен не пожелал от меня уходить. На приглашение отреагировал вилянием хвоста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В квартиру зашел осторожно принюхиваясь, проверил всю квартиру и только после этого сел на кухне, выжидательно глядя на меня.
— Неужто останешься? — удивлённо спросила пса, на что тот завилял хвостом.
Всегда хотела завести собаку. Вот такую же преданную и спокойную. Но, живя одна, понимала, что большую часть времени питомец будет дома один, а значит скучать.
В этот вечер мне было не так одиноко, всё-таки нашлись хлопоты. Пса я благополучно искупала, а заодно обнаружила медальон на ошейнике, на котором была гравировка с именем.
«Райарез».
— Рай… — повторила я коротко.
Что-то внутри меня отозвалось на это имя. Толкнуло в грудь барабанным басом, но довольно быстро утихло.
Сегодня я как-то странно себя чувствую. То эти парни на фото, а теперь и кличка пса.
Спать я ложилась в смятении, потому как мой новый сосед не желал занимать место на приготовленном покрывале у открытого балкона, он просто-таки выл, пытаясь забраться ко мне на постель. Немного повозмущавшись, я все же пустила высохшее животное к себе. Он нагло устроил свою морду на моём животе и больше не шевелился.
Это было странно. Очень. Но, пожалуй, этой ночью я впервые спала без сновидений вообще, и я выспалась!
Глава 21
Проснулась я от того, что что-то влажное скользило по щеке. Открыла глаза и чуть не рухнула на пол, увидев радостную морду, которую приютила вчера. Надо признать, ощущения от такого пробуждения были самыми противоречивыми. С одной стороны, всё же покрытое слюной лицо — это мало приятного, но меня нетерпеливо будили, словно говоря: «Ну вставай же, ну скорее! Новый день начался, а без тебя в нём скучно!»
Пожалуй, впервые я вставала со слабой улыбкой на лице. Потрепала пса за ушами, выпила заготовленную с вечера таблетку и отправилась в душ.
Выгул питомца не удался. Пёс, вырвавшись на улицу, облизал руки и исчез в неизвестном направлении. Полчаса я потратила на его поиски, не увенчавшиеся успехом. Домой вернулась уже не в таком хорошем настроении, как было до того, но, если подумать, то остается надежда на то, что он придёт снова. Как приходил уже не в первый раз.
На работу собралась быстро, благо, что шеф против макияжа. Не пришлось тратить много времени.
Маршрутка мне попалась всё та же, но я уже не капризничала, а спокойно дождалась, когда громоздкая махина подъедет на остановку. К моему удивлению, водитель с внешностью гостя ближнего зарубежья, лучезарно улыбаясь, распахнул переднюю дверь и махнул рукой, чтобы садилась.
— Там народ полно, — не без акцента выдал он.
Садилась с опаской, но к моему счастью, водитель молчал, лишь изредка одаривая меня усатой улыбкой.
Доехала я, в общем-то, с комфортом, ни разу даже не подумав о том, чтобы проклясть водителя. Ещё бы несколько дней и я отбила бы себе весь зад.
Здание офиса встретило всё так же шумно, охранник на посту имел самый угрюмый вид, какой только мог, пока по холлу сновали офисные планктоны. Было видно, что работа ему не в радость.
Кира, как обычно, находилась на ресепшене, и если ранее она сразу замечала моё присутствие, то сегодня это было невозможным, потому что директорские каникулы закончились!
Сколько же рыжих девушек тут было! Просто не перечесть. С другой стороны, теперь я сильно выделялась на их фоне. Как белая ворона, вот честно.
Тут и говорить не надо, что на меня сразу же стали обращать внимание. А уж когда я направилась в сторону кабинета и вовсе провожали удивлёнными взглядами, будто это я выкрасила волосы в ярко-оранжевый, а не всё поголовье обители бабских надежд.
