— Я столь симпатичен? — заулыбался шире.
— Как и все мужчины Вашего типа.
Я сказала это без задней мысли, а потом только поняла, что все присутствующие мужчины здесь похожи один на другого. Самодовольные ухмылки появились на лице каждого.
— Мы так и будем тут стоять или всё же в наш резерв поедем? — услышала я не очень-то довольный голос шефа.
— Точно. Я жу-у-утко голоден, — протянул Костя, не сводя с меня сверкающего взгляда. — Мы же возьмём твою миленькую секретаршу с собой?
— Если пообещаешь не пускать на неё слюни, то, конечно, — на полном серьёзе ответил Ян.
Я посмотрела в его глаза и поняла очевидное: делать мне там определённо будет нечего. Да и сама я ещё не отошла от только что пережитого кошмара. Нутро всё ещё дрожало и трясло от переизбытка выброшенного в кровь адреналина.
— С Вашего позволения, босс, я бы хотела вернуться на работу. Нужно сделать несколько звонков, чтобы оптимизировать Ваше и своё рабочее время. Да и по плану документы на новую сделку нужно до обеда подготовить.
Прищурился слегка, будто оценивая меня. Но в глубине его синих глаз читался легкий оттенок тревоги.
— Когда будете подготавливать документы, Лина Алексеевна, сделайте, пожалуйста, к комплекту лист приложения о дополнительном соглашении.
Удивил.
— А зачем? Просто скажите, что нужно и я…
— Это уже секретная информация, а у Вас испытательный срок. Я прошу только пару пустых бланков приложения к договору.
— Будет сделано, босс, — кивнула я.
Было чуть-чуть обидно, но я понимала его опасения. Не дай Бог, произойдет утечка. Тогда сделка может сорваться, а это убытки. Так стоит ли доверять той, которую он в первые же дни трудового сотрудничества прикрыл от полиции, а затем и довёз до дома из полицейского участка, в котором меня допрашивали в связи с обвинениями в хищении? Я бы тоже опасалась, если честно.
— В таком случае, разрешите идти?
— Свободен, рядовой Лина Алексеевна! — гаркнул Костя. Да так, что я аж подпрыгнула вместе со своим сердцем, истошно забарабанившим в горло.
Все дружно заржали, а я неожиданно обнаружила себя в объятиях своего босса, к которому прильнула в испуге. Подняла лицо и наткнулась на хмурое выражение. Очень хмурое. Отскочила, как ошпаренная, бросила на причину своего странного поступка злой взгляд, обещающий месть и гордо, по-английски, направилась на выход из аэропорта.
До офиса я добралась на такси, опоздав на обед с Кирой. Самое пекло. Обед. Пробки. Ненавижу этот город.
Глава 22
Несколько дней пролетели практически незаметно. Шефа всё это время не было на месте, поскольку я сильно старалась усложнить ему жизнь и загрузить самыми важными вопросами. Вообще-то, отдавать планирование своего рабочего дня секретарю не самая хорошая идея. Тем более, если он на испытательном сроке. А уж если секретарь всеми фибрами своей души желает выбраться из-под хмурого взгляда своего руководителя, то вообще атас.
Нет, не нужно думать будто я изверг! Самые лучшие и уютные рестораны в обеденный перерыв, о каких только мог рассказать Гугл, самые лучшие места на проверенных вдоль и поперек организованных переговорах, самое оптимальное время его активности. За эти дни я узнала шефа лучше, чем себя. Что нравится, что не нравится, какую марку кофе предпочитает, какой стиль текста на бумаге наиболее ему приятен. Адская это работа, я вам скажу, особенно, если выполняешь её удаленно от непосредственного источника информации.
Ну а когда очень хмурый босс заявлялся всё-таки в офис, секретаря «срочно» сдувало ветром по «очень» важным вопросам, которые «не терпят» отлагательств. Но я всегда на телефоне. Звоните, дорогой, в любое время дня и ночи, я вся ваша! Вы можете возложить на мои хрупкие плечи любое поручение, я всё выдержу, даже если с неба звезду достать… Четное слово, поеду в Челябинск искать осколки упавшего метеорита. Лично!
Всё равно в офисе делать нечего. Кира ходит надутая, как рыба-ёж. Делает точно такую же умилительную мордаху с пухлыми губами и вечно смотрит сквозь меня. Всё поголовье рыжего народа откровенно насмехается при виде моей тощей тушки с «неправильным» цветом волос и без боевого раскраска африканцев племени Мурси. Не то, чтобы мне было пофиг… Нет! Мне было откровенно досадно, ведь я повёрнутая. Терпеть не могу, когда мне уделяют столько внимания. Чувствую себя неполноценным куском… Впрочем, не будем ударятся в крайности. Всё равно из кабинета я выходила редко.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но потом случилось нечто весьма странное. Ближе к обеду четверга позвонил шеф и попросил освободить ему окно для важной встречи. Освободить! А там, между прочим, не абы кто был, а генеральный директор очень солидной фирмы. Я бы даже сказала, «гендир» жирного пирога, который не так-то просто было раскрутить, потому что у него тоже было весьма плотное расписание. Мало того, что он согласился не сразу, хотя договорённости были у наших компаний запланированы за несколько месяцев, так этот «гендир» ещё и решительно отказался менять расписание ради встречи. Даже несмотря на то, что я перед ним лебезила своим «сексуальным» голосом! Хотя, вот пригласить меня на встречу ему труда не составило. Правда вечером и вне формальной обстановки. Но я же не секретутка, а поэтому вежливо послала козла в определённом направлении. Вот и сидели мы с его секретарём, выгадывая время, будто подбирали пазы в замочной скважине. Вы представляете моё лицо, когда я услышала это его «Освободи»? Картина Мунка «Крик» мне бы позавидовала чёрной завистью, потому что изобразить весь ужас и отчаяние у меня вышло куда правдоподобнее. Мне совершенно не хотелось проделать весь этот путь повторно! Но отчаянный возглас: «Шеф, давайте я подберу для Вас другое время!» был нагло проигнорирован, а установка «Освободи» повторена глухим голосом.
— Освободила, — отчиталась я ровно.
— Собирайся. Жду у выхода из офиса.
Мне понадобилась одна секунда, чтобы сориентироваться.
— У меня сейчас важный звонок. Поставщик из Египта хочет…
— Со-би-рай-ся, — повторил непреклонным тоном, от которого по телу поползли мурашки.
— А можно поинтересоваться, куда?
— В машине объясню.
На этом связь была оборвана, а я сидела с телефоном в руках и чувствовала себя паршиво. Почему мне казалось, что его голос ничего хорошего мне не сулил?
Естественно, собиралась я, как на казнь. Голова пухла от предположений до самого победного момента, когда дверца машины передо мной распахнулась, а из её нутра на меня взирали холодные синие глаза.
— Присаживайся.
Внутри что-то воспротивилось подобному действию. Мне хотелось удрать от этой машины куда подальше, но, как говорится, долг зовёт.
Воспоминание о том, что происходило в этом самом авто колыхались перед глазами. Низ живота стягивало в тугой комок, но я всё же старалась держать лицо безразличным. Только колени сильно свела, чтобы унять это дурацкое ощущение жара, и отодвинулась подальше от шефа.
— Так куда мы едем?
— Мне нужна твоя помощь, как женщины, — не удержалась. Посмотрела удивленно на профиль серьезного шефа. — Среди моих знакомых мало тех, кто отнесется к ситуации беспристрастно, а учитывая твою исполнительность, в этом вопросе я могу на тебя положиться.
— Это, конечно, здорово, что Вы считаете меня подходящей кандидатурой, но можно поподробнее?
Ян повернулся, глянул в мои глаза и между его бровей залегла едва заметная складка.
— Моя спутница в театре. Помните?
Кивнула неуверенно, вспомнив роскошную рыжую особу в винном платье.
— Алиса моя невеста. Она неуверенная, не общительная и не имеет подруг. Ей нужно помочь справится с одним очень важным для неё делом, а обратится не к кому.
На моём лице расплылась улыбка, которая совершенно не отражала внутреннего мира. Там сейчас царил хаос, снося все установки. Растекался из углов мрак, пожирающий капли драгоценного спокойствия. Толкалось в груди сердце, умоляя отказаться от этой работы.
