как рука Ян уже была рядом, а его кулак неумолимо нёсся прямо к сердцу. На костяшках блестело золото и метило в грудь. Сила тонкого мира сгустилась на коже Яна Масла. Да, такого удара сердце точно не выдержит. Да что там сердце! Все органы превратятся в лепёшку!
Джесс задержал дыхание и сосредоточился на тех крохах силы, что ещё остались в его теле. Если бы не Кария, высосал бы всё золотое сечение до последней капельки! Но внутри что-то ещё осталось, Джесс это чувствовал. Красная кофта блеснула искрами, и кулак заехал Джессу в живот. Удалось отвести удар.
— Хо! — откашлялся Джесс.
— Что? Почему? — Ян уставился на свою руку, а затем на Джесса.
— Это моя способность. Родная. Моя. Я чувствую её в своих жилах и в твоих жилах и Кария её тоже чувствует. Правда же? — Джесс перевёл взгляд на друга. — Кария, давай!
Кария глупо уставился на него. Алекс выгнул бровь, подойдя к Карии и Владе в угол.
— Ну чего ты ждёшь?! — не выдержал Джесс.
— Я не могу. — помотал головой Кария.
— Что не можешь? — не понял Алекс.
— Нет, ты можешь. Я знаю, что ты справишься. И я знаю, что ты чувствуешь. Так что не ломай комедию, северный, сделай, что должен!
Ян маниакально схватил Джесса за горло и начал душить.
— Глупые фокусы. Ты всё равно умрёшь!
— Мы в одной лодке, наставничек. — проговорил Джесс, смело глядя в ненавидящие глаза. Ян посильнее сжал шею и вдавил пальцы в горло.
— Ты умрёшь раньше, чем думаешь. От моих рук! — с радостью сказал Ян, словно исполнялось его заветное желание.
— Не умрёт. — сказал Кария.
— Кария, давай! — из последних сил прошептал Джесс.
— Теперь ты мой. — нависал над Джессом Ян с неудержимым смехом. Его лихорадило. И он продолжал смеяться, как ненормальный. — Теперь ты мой. Ха-ха! Вы все мои! Весь мир в моих руках!
— Кария, давай! — сипло, одними губами, произнёс Джесс.
— Та что ему от тебя нужно?! — не выдержал Алекс и вперил взгляд в Карию.
Кария шумно выдохнул и индиго зародилось в его глазах. Зал застыл во времени, точно во льду. Похолодало. Воздух окрасился в синий цвет. Кария вдыхал и вдыхал, словно пролежал под землёй не одну сотню лет, а после решил наполнить грудь воздухом за все потерянные года. А вместе с кислородом из других тел разноцветными ручьями лились их силы и растворялись в лёгких волка, медленно переходя в сердце льда.
Тонкие кричали во всё горло «Нееет!», а звук тянулся в пространстве, как в замедленной съёмке. Высшие чины рвались к Карии, желая разорвать его на куски, лишь бы сохранить свои способности! Но силы покидали их тонкие тела. Они слабели и… исчезали. А в стороне, замороженные силой проводника, стояли Влада с Алексом.
Кария быстро оказался рядом с Джессом и, протянув к нему ладонь, высвободил всю собранную силу тонких. Тела полились рекой. Джесс впитал разноцветье кожей и даже не заметил этого. А после мир пришёл в движение. В зале воцарилась тишина, но ненадолго. Высшие чины проснулись и стали глазеть по сторонам, пытаясь понять, что произошло.
— Теперь у вас лишь одно тело. Навсегда. — сказал Кария и это прозвучало как приговор.
Тонкие в ужасе уставились на руки, приглядываясь к цвету кожи. Алекс, не двигаясь с места, испуганными глазами взирал на ледяного волка то открывая, то закрывая рот. Собирался что-то сказать, но слова застревали в горле. Кария это заметил.
— Это правда… Я… я не могу отрешиться от тела! — ужаснулась дамочка.
Зал зазвучал пуще прежнего. Посыпались просьбы, угрозы, ругательства, мольбы.
— Что ты наделал, проклятый мальчишка!
— Верни нам наши силы!
— Как ты посмел?!
— Что же нам теперь делать?
— Стой! Не уходи! Верни всё как было!
— Обрати время вспять, молю тебя!
Кария кинул взгляд на Джесса, но того и след простыл. У его ног лежало лишь физическое тело Яна.
— Вы это заслужили. — сказал Кария и с камнем на сердце распахнул двери настежь. — А теперь не отцепитесь. Есть ещё одно дело, с которым я должен разобраться.
«Неужели я забрал остатки сил Джесса?» — со страхом подумал Кария.
Толчок! Стены вздрогнули, а двери слетели с петель. Внутрь ворвалась стая и рванула в помещение, пробежав мимо Карии.
Кария дунул на пол, заковав лапы волков во льду. Его глаза запылали синевой пуще прежнего, а вокруг распространилось холодное дыхание, замораживающее всё на своём пути. Волки оскалились и в миг разбили оковы. Осколки льда взлетели до потолка. Однако северяне остались на месте. Чего-то выжидали… Или кого-то?
Величавой походкой она стряхнула с лап лёд и вышла вперёд. Синешёрстная. Гордая и властная. Этна. Она выделялась на фоне остальных задранной вверх головой. И как она ещё не закружилась от такой огромной власти?
— Значит Ричард не справился. — сказала Этна.
— Прекрати рушить город. Я вызываю тебя на бой, тётушка! — прорычал Кария, опасно оскалившись.
— Да как ты посмел! — яростно взревела волчица, но лишь на шаг сдвинулась с места. Глаза впились в белые волосы парня. Поняла, что сила в нём пробудилась.
— Ты прекрасно знаешь, на что я способен теперь и кто я по своей сути. Давай договоримся: если выиграешь ты — город твой, но если победа будет за мной, ты больше никогда не сунешься в Драгор! Выбирай. Либо ты выйдешь сражаться, либо я всё равно настигну тебя. Во всяком случае, это должно было случиться. Лучше поздно, чем никогда.
Кария мысленно выругался, подметив, что говорит как Ян Масл. Многие годы вместе не прошли бесследно.
Волчица задумалась. Её ноздри гневно раздувались. Она хитро улыбнулась. Но в этом оскале показалась вся её подноготная: хочет выйти сухой из воды.
— Ты же мой племянник, я не могу идти против семьи. И ты не можешь. Склонись и я, так уж и быть, пощажу тебя. Ты слишком долго пробыл в мире людей, в этом вся проблема. Нужно уважать законы стаи. Своей настоящей стаи.
— Ах ты ж, подлая… — прошипел Кария, показав острые клыки. — Это из-за тебя мы голодали! Из-за тебя ушли в лес и моя мать мёрзла по твоей вине… Ты специально нагоняла на неё метель! Я видел как сверкали твои глаза, жаждущие больше холода! Поэтому я не стану медлить. Ты ответишь за всё. Особенно за то, что у меня больше нет семьи!
— Я твоя семья, Кария. — горделиво сказала Этна.
Кария напряг челюсти от предвкушения битвы.
— Месть — это блюдо, которое подают холодным. — прорычал он.
— У тебя что, скулу свело? — хихикнул кто-то за спиной волчицы.
— Да, свело
