Я думаю, ты имеешь право быть с другим мужчиной, который будет тебя любить и примет меня такую, какая я есть, с моими особенностями здоровья.
Кира широко улыбнулась и долгожданная свобода от прошлого вырвалась из глубины её души. Она словно пленённая птица выпорхнула из золотой клетки, без лишних ненужных слов, без сложных объяснений и путаных понятий.
— Ты у меня такая мудрая. — Погружаясь в приятные раздумья, произнесла Кира.
Новый день разбудил Фашу, лаская ярким солнечным лучом тонкую бледную кожу и настойчиво заглядывая в глаза через ряд пушистых ресниц. В доме было непривычно тихо.
— Ма-ам! — Протяжно крикнула девочка.
Но вместо ответа щёлкнул дверной замок и, приглашая в дом новые звуки, на пороге появилась мама. Снимая обувь, она с кем-то говорила и что-то объясняла.
— Я за сыром ходила. — Громко произнесла мамина голова, показавшись в дверном проёме. — Смотри, кто со мной пришёл!
И тут в комнату, стесняясь и принюхиваясь к новым запахам, вошёл Кайсин. Как только его добрые глаза поймали в поле зрения Фашу, хвост закрутился в разные стороны, показывая своё признание.
— Смотри-ка, вспомнил! — Сияя, удивилась Кира.
— Кайсин, друг! — Трепая собаку по голове и крепко обнимая за шею, радовалась Фаша.
— Я встретила их по дороге из магазина, — рассказывала мама, уходя на кухню и приступая к приготовлению завтрака.
— Мам, а можно, я тебе помогу? — Выглядывая из-за косяка двери поинтересовалась девочка.
Кира не понимала, как такое возможно, но счастье огромным потоком разливалось внутри её души.
Вечер наступил незаметно. Погружая уставший день в томные дрёмы, город гудел обычной вечерней жизнью и готовился к ночному отдыху. Отдыху от суеты, от шумного гула машин, от людей, беспрерывно бросающих в пространство тысячи слов. Слов, которые могли обрадовать или обидеть, которые могли решить судьбу, лишь только смело выпорхнув из уст говорившего.
Отдых. Долгожданный отдых от нелепых разлук, от недосказанности, от разочарований и потерь.
Кира нежно касалась кончиков волос дочери, стоя за её спиной. Фаша сидела за столом, почему-то накрытым на четыре персоны.
— Ой! — Громко захохотала девочка, когда увидела, что поставила на один прибор больше, чем нужно. — Это ж надо так просчитаться. А мы в гости никого не ждём? — На всякий случай уточнила Фаша.
— Никого. — Задумчиво ответила Кира. — Бабушка Зина просила оставить Кайсин на ночь. Она сегодня в гости ушла… будет поздно.
Фаша дружески погладила Кайсин по голове и угостила его небольшим кусочком лакомства со стола. Напротив Фаши сидел Тусси. Он обнимал свою кружку с чаем длинными пушистыми лапками и неуклюже макал свои короткие усики в янтарный липовый мёд. Но мама совсем не ругалась на него за это баловство. Теперь мама знала, чья душа жила в теле этого зайки и так же, как Фаша, сильно полюбила его до последней нитки.
— Если бы стволы
Берёз соседней рощи
Имели сердце,
То и они бы ждали
Звук твоего голоса. — Прошептали губы Киры прямо на ушко Фаше.
— Ты красиво сочиняешь, мамочка. — Ответила девочка и поцеловала мамино тонкое запястье.
Неожиданный звонок в дверь заставил Киру вздрогнуть.
— Наверное, бабушка Зина всё же решила Кайсин забрать. — Предположила Кира. — Вот и пригласим её чай пить с нами! — С улыбкой заключила женщина и ушла открывать дверь.
Фаша заботливо налила чай в дополнительную кружку и стала ждать. Она осторожно взяла небольшой кусочек сыра, ожидающий начала чаепития на тонком японском фарфоре с изображением сакуры, и положила его в рот. Кусочек растаял, оставляя сладко-солёное послевкусие на счастливых губах девочки. Фаша зажмурилась от наслаждения и взяла ещё один небольшой ломтик. Мама задерживалась. Кайсин периодически буркал себе под нос, давая понять, что в дом пришёл чужой незнакомый человек. Фаша успокаивающе погладила друга по голове и поспешила на помощь к маме.
Кира быстро открыла дверь и замерла. Цветы, документы, нескрываемая обаятельная улыбка сбивали с толку, смущали и вгоняли в краску. Сердце бешено колотилось и кристаллики счастливых слёз начинали блестеть в уголках больших красивых глаз.
— Сегодня утром состоялся консилиум по поводу состояния здоровья Вашей дочери. — Начал доктор. — Я был в составе комиссии, поэтому вызвался лично сообщить Вам результат.
Доктор лукаво поднял глаза на Киру и многозначительно замолчал. Кира вся пылала и томительное ожидание пробежало по всему её телу. Женщина не понимала почему, но она не чувствовала страха перед приговором, который ей должны огласить. Она смело смотрела в глаза доктору и видела, как его сильные руки крепко сжимают её стройное тело и влажные страстные поцелуи покрывают её длинную шею, плечи, грудь.
Голова Фаши тихонечко показалась из-за угла и пытливые глаза с интересом стали изучать интересного мужчину с цветами, влюбленно смотрящего на маму Киру. Девочка загадочно улыбнулась и счастливый прищур растянул её милые глазки.
— Сердце Фаши… — в голове Киры зазвенело и она уже не слышала окончания фразы.
Лёгкое головокружение ненадолго помутило рассудок, но Кира собралась с духом и постаралась сосредоточиться на сказанных словах.
— Вот протокол. — И доктор протянул бумаги с синими печатями и размашистыми подписями членов комиссии.
Кира медленно взяла заключение.
— Это всё? — С какой-то обречённостью спросила она дрожащим голосом.
Доктор молчал. Фаша тихо наблюдала за ситуацией из-за угла. Кайсин тоже присоединился к людям: он крадучись вышел из кухни и лёг в угол, внимательно наблюдая за происходящим. Он чувствовал всеми своими рецепторами, как бешено бежит по венам кровь Киры, как волшебная химия происходит внутри сильного молодого мужчины, как напряглись его жилы, сдерживая внутри непреодолимое желание заключить в свои страстные объятия эту ранимую тонкую душу Киры.
— Выходи за меня! — Разрезая неловкое молчание, сказал Эл.
Глаза Киры блеснули бисером.
— Что? — Словно в тумане переспросила ошарашенная женщина.
— Кира, — протягивая цветы, повторил Эл, — будь моей женой!
Руки женщины бессознательно взяли букет, уронив на пол бумаги с решением, принятым на консилиуме этим солнечным утром. Фаша от неожиданности почти вывалилась из своего укрытия, чем привлекла внимание смущённой мамы и нового гостя. Кира вопросительно посмотрела на дочь.
— Соглашайся, мама! — Не стесняясь своего
