Королева неторопливо поднялась на крышу донжона и оглядела окрестности. Зрелище ужасающее: сотни неубранных трупов, стаи птиц-падальщиков, сломанное оружие, брошенные фашины и лестницы, обломки рухнувших штурмовых башен. В воздухе витал отвратительный запах смерти. Тела быстро разлагались, а вода во рвах давно превратилась в ядовитое болото.
Сколько жизней отняла эта безжалостная, бессмысленная война! Иногда Селена хотела покончить с собой, отдать Фессалию Ксатлину и, тем самым прекратить кровавую бойню. Но женщина прекрасно знала, что подобное решение лишь приблизит страну к окончательной гибели. Магинцы превратят подданных Фессалии в рабов, а затем истребят всех до единого. Волар ненасытен и постоянно требует человеческих жертвоприношений. Правитель Данвила – игрушка в руках могущественного бога.
Волшебница с ненавистью посмотрела на лагерь противника. Тысячи солдат, сотни шатров, блестят доспехи и оружие. И все-таки армия Ксатлина за столь долгий срок не смогла взять замок!
На устах Селены появилась презрительная усмешка. Она знала, как будет действовать в самый отчаянный момент – с помощью магии она обрушит донжон замка. Да, Селена погибнет, но и унесет с собой сотни вражеских жизней…
* * *
Пришло время осуществить намеченный план. Во дворец Аериса отправились Конан, Ивон, Эльгран, Медес и Блис. Остальные должны пробраться к верховьям Дасны и бросить в ее воды несколько волшебных цветов. Вскоре начнется пробуждение торгрийцев. Город будет охвачен паникой и хаосом. Узнав о случившемся, Ускана занервничает и наверняка решит, что это происки Альфрака.
Воины старались держаться подальше от главных улиц и площадей. На перекрестках постоянно находилось несколько солдат-охранников. Торгрийцы с ужасом смотрели на своих сородичей, отлично осознавая, что и сами недавно находились в подобном состоянии. Прижавшись к стене, Медес поправил шлем и едва слышно произнес:
– Какая зловещая тишина… Солад был веселым и шумным городом…
– Теперь в нем не осталось обычных гномов, – заметил Конан. – Мужчин Ускана отправила на войну, женщин и детей – в шахты. Здесь нет и четверти жителей. На наше счастье улицы пустынны.
– Но столица всегда славилась кузнецами и оружейниками, – вставил Блис. – Куда делись наши мастера? Я не слышал ни одного удара молотом!
– Кузнецы остались там, где добывают руду, – вымолвил киммериец. – Зачем перетаскивать железо с места на место? «Потерявшие душу» не нуждаются в домах, предметах роскоши, удовольствиях и развлечениях… Уверен, что за последние годы в Соладе не родился ни один ребенок. Немного еды, вода, отдых – вот все, что требуется подданным Усканы. А если и умрет сотня-другая рабов, то невелика потеря.
– Я лично убью эту тварь, – прошипел низкорослый коренастый торгриец.
– Даже не думай! – мгновенно отреагировал северянин. – С головы ведьмы не должен упасть ни один волос. Яберы слов на ветер не бросают. Альфрак превратит Торгрию и Валвил в выжженную пустыню.
Гномы отлично знали город и вели отряд по маленьким, петляющим улочкам, стараясь не попадаться на глаза наблюдателей, стоявших на башнях дворца. Меры предосторожности, предпринятые колдуньей, Конана удивляли. Проникнуть самостоятельно в подземный мир чужак не в силах, но даже если ему это удастся, он неминуемо заблудится в тоннелях и наткнется на стражу или чудовищ, подчиняющихся Ускане. Зачем держать столько солдат в Соладе? Альфрака, представляющего для колдуньи главную угрозу, не остановит и стотысячная армия.
Размеры грота и столицы Торгрии потрясали. Город оказался даже больше, чем предполагал северянин. Плутая по кварталам, воины преодолели не меньше трех лиг. Наконец, отряд оказался возле стен дворца и притаился в одном из брошенных владельцами домиков. Не могло идти и речи том, чтобы преодолеть защитные укрепления или перебраться через стену – чужаков немедленно обнаружат. Сейчас необходимо дождаться начала действия Цветов Возрождения, начнется сумятица и паника, тогда и можно будет попытаться прорваться во дворец.
Варвар устроился прямо на полу. Скамьи и кресла гномов не вызывали у него доверия. Судя по обстановке и совершенно нетронутым вещам, беда застала хозяев дома врасплох. Посуда осталась на полках, сундуки закрыты, мебель расставлена вдоль стен, на полу большой домотканый коврик. Огромный слой пыли говорил о том, что нечастные торгрийцы давно покинули свое жилище.
– Кажется, началось… – прошептал Ивон.
– Точно, – согласился варвар.
Тишину заколдованного города нарушил гул многих сотен голосов. Солдаты, женщины, подростки, старики бежали в сторону королевского замка и сразу наткнулись на стражу из «потерявших душу». На мгновение торгрийцы замерли, пытаясь вразумить охранников, но все их попытки были безуспешны. «Потерявшие душу» были глухи к мольбам и просьбам. Мужчины протиснулись в первые ряды и дружно атаковали стражников. Камни улицы обильно окрасились кровью. Смяв стражников, толпа растеклась по городу.
Стычки следовали одна за другой. Ускана явно была не готова к такому развитию событий, но рано или поздно колдунья придет в себя, подтянет верные войска и подавит мятеж. Сейчас колдунья пребывала в растерянности и явно не понимала, что именно произошло. Это как раз тот шанс, которым собирался воспользоваться Конан.
– Пора! – скомандовал киммериец, направляясь к выходу из дома.
Отряд оказался на улице и сразу растворился в огромной толпе местных жителей. Освобожденные от заклятья гномы удивленно оглядывались по сторонам и не узнавали собственный город.
Торгрийцы бурно обсуждали случившееся, кричали, размахивали руками. Теперь северянин понял, почему так удивлялись альвы, увидев молчавших рудокопов – гномы любил поговорить.
С огромным трудом, путешественникам удалось пробраться к воротам. На камнях лежало несколько окровавленных трупов. Та же картина ждала воинов и у дворца. Во внутреннем дворике, у стены, на лестницах валялись десятки мертвых тел – пробуждение соладцев застигло охрану врасплох. Благодаря значительному численному превосходству, освободившиеся гномы перебили стражников и вырвались из цепких когтей ведьмы. Но что делать дальше? Этого местные жители пока не знали.
Двустворчатые железные двери дворца казались заперты. Ускана не хотела рисковать и укрылась за толстыми надежными стенами здания. Скоро подойдет армия и расправится с бунтовщиками. Надо лишь подождать…
Проведя рукой по холодному металлу, варвар с нескрываемой злостью сказал:
– Такие двери нам не сломать и за целую луну. Яберка очень предусмотрительна. Боюсь, мы не сумеем войти во дворец.
