отягощённый старыми ранениями, уже успел унестись далеко вперёд. Новиков, стараясь не сбить дыхание, бежал следом. Ноги вязли во влажном песке, и Новиков старался держаться окраины карьера.
Впереди засвистело так, что за ушами скрипнуло и свело зубы. А там ведь одна Света. Хорошо бы она догадалась не вылезать из машины. Наконец Новиков взобрался на пригорок и съехал с него на пятой точке. Зато быстро вскочил и побежал по обочине размякающей грунтовки. Странно, ни одного рабочего по пути не встретилось.
Ещё пригорок – и Новиков увидел, как Антон всем весом сбил кого-то с ног. Это нечто плюхнулось на землю, распласталось, потом подобралось, как наполненный жидкостью шарик, и навалилось на Антона. Ручищи вервача уже подбирались к горлу Антона, а Новикову оставалось пробежать ещё метров пятьдесят.
Но в этот момент Света изнутри машины резко открыла дверь, так что та наполовину снесла спину упыря. Но он быстро восстановил форму и полез к окну. Но тут уже подоспел Новиков и с разбега воткнул кол в бок чудовищу. Хлынул алый фонтан, но вервач вывернулся и двинул Новикову в челюсть, так что мир вспыхнул множеством разноцветных искр.
Новикова прижало к земле, а потом рядом что-то гулко рухнуло. Кое-как приоткрыв глаз, Новиков увидел очки Антона. Ясно, их двумя руками припечатал к грунтовке упырь. Интересно, Ядвига Мстиславовна умеет летать? А то пешком ей ещё долго ковылять, не поспеет.
Но вдруг раздался визг, и хватка, сжимавшая грудь Новикова, ослабла. Он задёргал ногами и сбросил тушу на бок. Перевернулся сам, открытым ртом хватая воздух. Положил голову на землю, чтобы мир не так уж шатался. Рядом с ним сдувалась упыриная туша, из неё струёй вытекала тёмная кровь, образовавшая глянцевую багровую лужу.
Новиков перевернулся лицом вниз и подтянулся на локтях. Сел, подержал глаза закрытыми. В голове будто чугунный шар перекатывался. Наконец Новиков смог открыть глаза и не упасть. Упырь уже сдулся до состояния старого резинового мяча. А рядом кто-то скулил.
Придерживая голову, Новиков повернулся и увидел, как Антон, сидя на земле, крепко сжимал в объятиях бившуюся в истерике Свету. Ясно, это она ткнула вервача чем-то, так что тот пришёл в негодность. Теперь почтальонша переживает, что человека убила. Ладно, успокоить её можно будет потом.
Но ведь если Света смогла его укокошить, значит, это её родственничек. Как там его. Савельев. А где тогда Расстрига?!
Мир мигом обрёл ясность. Новиков подполз к паре и вытащил из руки Светы свой кол.
– Не хнычь, – прохрипел Новиков. – Это был не человек, а то, то от него осталось. А сам он давно умер.
– И сейчас мы это утилизируем.
Новиков обернулся на голос и увидел, как Ядвига Мстиславовна вытряхивала на сдувшуюся тушу остатки бензина. Потом чирк – и у машины горит костёр.
– Ещё одним меньше, – отряхнула руки Ядвига Мстиславовна.
– А где же этот четвёртый? – спросил Новиков, кое-как поднимаясь на ноги.
Он смотрел в глаза Ядвиги Мстиславовны. Один зелёный, второй – карий. И оба, не мигая, таращатся на него. Над головой раскатисто громыхнуло, будто по небу низко-низко вертолёт пролетел. Опять начиналась гроза. А им как можно быстрее надо оказаться в Покрышкино. Потому что четвёртый монстр, самый старый и умный, не стал бегать по полям в ожидании осинового кола. Он отправился за новыми жертвами. Но сначала попытается устранить тех, кто уже полторы недели мешает ему тянуть жизнь из людей. И понятно, с кого именно начнёт.
– В машину! – скомандовал Новиков, открывая водительскую дверь.
Ядвига Мстиславовна вытряхивала в догоравший костёр соль из пластиковой банки и затаптывала его ногами. Антон поднялся на ноги, подхватил заплаканную Свету и запихнул её в машину, потом залез сам.
Когда рядом устроилась Ядвига Мстиславовна, Новиков завёл мотор и стал разворачиваться. Кругом гремело, в воздухе кружил снежный вихрь.
– Давай, сынок, гони, – похлопала Новикова по руке Ядвига Мстиславовна. – У этого упыря родственников-то нет, вся надежда только на молитвы из тетрадки.
Новиков проглотил реплику о том, что как раз сегодня молитвы-то почти бесполезны. Ну, это если верить местным преданиям. А почему бы им и не верить? Вон они, шатаются по округе, жилы из людей тянут.
Видимость свелась метрам к десяти, метель выла по полям, напрочь заметая дорогу. Трясло так, что Новиков побаивался вывалиться из машины. Хотя и пристегнулся. То и дело вскрикивала Света, а Антон явно ударялся макушкой о потолок.
Когда они подкатили к посёлку, по крыше машины крупной дробью лупил град.
– Куда? – спросил Новиков, сбавляя скорость и в душе гордясь отечественным автопромом вообще и своей машиной в частности.
– К отцу Павлу, – решительно кивнула Ядвига Мстиславовна. – Там всё началось, там и закончится.
Они доехали до домика священника, выскочили на улицу и, прикрывая головы, добежали до избы. Ввалились в сени. Вскрикнула Зоя, что-то упало на пол и рассыпалось.
– Ну вот, теперь собирать, – недовольно пробурчал Гаврил, садясь на корточки.
Новиков стоял и тупо смотрел, как подростки собирали с пола какие-то разноцветные шарики. То ли конфеты, то ли…
Дом содрогнулся так, что разом скрипнули все стены, двери пооткрывались, а стёкла в окнах звякнули.
– Это что? – шёпотом спросил замерший на корточках Гаврил.
– Это смерть за тобой пришла, – прошелестел пронёсшийся по сеням ветерок.
– Так ты ещё и
