На цветном экране я видела, что его глаза были пронзительного синего цвета. И почему-то незнакомец мне кого-то напоминал.
Он, не стесняясь, взял бутылку водки и вытащил рюмки, будто только и ждал Севастьяна. Хотя рюмок было три. А где же третий?
Севастьян вошёл в комнату. Несмотря на то, что выглядел он так, словно готов был броситься в бой, он опустил пистолет, засунув его за пояс сзади.
Удивительно, но второй мужчина не показывал никакого страха. Он ухмыльнулся и что-то агрессивно произнёс.
Разве он не видит, что Севастьян на грани насилия? Оно кипело внутри, готовое прорваться в любой момент.
Новый диалог — они говорили по-русски? — Севастьян вдохнул-выдохнул, словно пытаясь успокоиться.
Мне надо было знать, о чём они говорили! Я сняла туфли, взяв их с собой, и выскользнула из комнаты. Я прокралась вниз по лестнице, остановившись перед кухонной дверью. Теперь я буду подглядывать и подслушивать?
Если бы он со мной разговаривал, я бы до такого не опустилась!
— Отвечай! — вскричал по-русски Севастьян. — Какого дьявола ты здесь делаешь?
Мужчина отвечал тоже на русском:
— И это твой тёплый приём? После той работы, которую я проделал, чтобы помочь твоей невесте, ты даже не позволишь с ней познакомиться?
Невесте? Почему Севастьян сказал, что мы помолвлены? И что именно этот человек для меня делал?
— Ты это делал не из благородных побуждений, Максим. А чтобы просто чем-то занять свой больной мозг.
Я фыркнула.
Максим. Во плоти.
— Постановщик игры на отдыхе опасен, — подтвердил Максим. — Как нам всегда говорил старый ублюдок: "Без авантюр жизнь слишком затягивается". В любом случае, кто бы говорил — именно ты сейчас играешь в опасную игру.
В какую игру? Он говорит о делах синдиката?
— Когда я попросил о помощи, — сказал Севастьян, — я сказал, чтобы ты не рассматривал это, как что-то большее. Ты согласился.
— Полагаешь, нам нужно от тебя что-то большее, Роман? — Роман?? — Не льсти себе. Я просто хочу познакомиться с женщиной, которая, наконец-то, поставила моего старшего брата на колени.
Я прислонилась к стене. Максим — это брат Севастьяна.
Это было заметно. Оба были черноволосыми, высокого роста и мускулистого телосложения. Помимо того, что глаза Максима были пронзительно-синими, а у Севастьяна - золотыми, и нос Севастьяна был сломан — в остальном их черты были схожи. Но не поэтому он казался мне знакомым. Наконец, я вспомнила. Я видела его фото в интернете, когда читала о другой семье Севастьян — о богатых и сплочённых Севастьян.
Это был Максимиллиан Севастьян, политик.
Разве речь в статье шла не о трёх братьях? Я попыталась вспомнить. Кажется, младшего звали Дмитрий, и он возглавлял какую-то компанию. О старшем не было никакой информации, кроме имени — Роман Севастьян.
Это же имя значилось в его фальшивом паспорте. Только вот он не был фальшивым. Его настоящее имя было Роман. И он родился в обеспеченной и уважаемой семье.
Неудивительно, что он обладал утончёнными манерами. Неудивительно, что в седле он держался, как прирождённый наездник.
О чём ещё он мне не сказал? Я уставилась в потолок. Хотя, лучше спросить так: о чём он мне вообще сказал?
Даже те крупицы информации, которые я с таким трудом из него добывала, оказались ложью! Когда я спросила, остался ли кто-то из его семьи в живых — отдельно уточнив про братьев и сестёр — он ответил, что нет. Но у него был даже не один брат, а двое.
Каким-то образом из богатой и уважаемой семьи он попал в трущобы. Если он и жил на улицах, то недолгое время, пока Пахан его не нашёл.
Разве что и это тоже было ложью. Может, он и Пахана одурачил. Кто, чёрт возьми, знает?
Вспомнив о своих талантах, я почувствовала, как на щеках выступает краска. Мои инстинкты с мужчинами неприкосновенны. Я могу с лёгкостью разгадывать мужчин…
— Выметайся отсюда к чёрту, Макс. Я не буду просить дважды.
— На прошлой неделе ты водил её в клуб, а запланировать ужин со мной ты не можешь?
Я зажала ладонью рот.
Брат Севастьяна знал про "Ле Либертин"? Видел меня?
И какого чёрта Севастьян повёл меня в секс-клуб, который посещал его брат? Как… мерзко!
— Не удивляйся, — продолжал Максим. — Я в курсе всего, что ты делаешь. Ты забыл, информация — это мой бизнес. А теперь позови мою невестку, чтобы мы познакомились, иначе я силой поднимусь наверх.
Невестку! Этому безумию пора положить конец. Я обулась, пригладила волосы и вошла в кухню.
Севастьян ринулся вперёд, встав между Максимом и мной.
— Натали, поднимайся наверх. Немедленно.
Мои ноги словно приросли к полу.
— Ты сказал, что никого из семьи у тебя не осталось. Ни братьев, ни сестёр.
Максим поцокал языком, бочком огибая Севастьяна.
— У Романа двое братьев. Я Максим — самый симпатичный. А ты, Натали Портер, даже прекраснее, чем я думал. Определённо мне стоит запланировать поездку в Небраску. — Он протянул руку, так что я ответила на рукопожатие. Максим развернул мою ладонь, чтобы запечатлеть поцелуй на запястье, одновременно сверля меня своим пронизывающим синим взглядом. — Рад познакомиться.
Севастьяну это совсем не понравилось. Значит, посмеёмся. Я улыбнулась Максиму в ответ.
— Очень рада встрече.
Стиснув мою руку, Севастьян потянул меня назад.
— Жди меня в нашей комнате.
Избавляется от меня? Он даже не собирался изображать, что ему стыдно за своё враньё.
— Нет, Натали останется, чтобы выпить, — сказал Максим, наполняя рюмки. Видимо, у него не было таких проблем с алкоголем, как у брата. — Мы закажем доставку еды.
Он был таким же властным, как и Севастьян!
— Отказываюсь уходить, не узнав поближе свою невестку.
— Замуж за Севастьяна я не выходила.
- Это мелочи. Скоро выйдешь. Роман считает, что вы помолвлены.
— Ты имеешь в виду, мы будем связаны обязательствами?
— О, нет, я имею в виду настоящую официальную свадьбу.
И Севастьян был уверен, что я вот так соглашусь? Этот козёл даже не сделал мне предложения! Я чувствовала, как ладони у меня сворачиваются в кулаки.
Я спрашивала, когда он расскажет мне о делах. Он считал нас помолвленными, но не удостоил меня доверия?
Могут ли наши "отношения" стать ещё абсурднее?
— На свадьбу я бы держать пари не стала.
Севастьян так стиснул зубы, что мышцы челюсти дрогнули.
Я повернулась к Максиму.
— Я слышала, что ты мне оказывал помощь. Какую?
— В России я политик. Один из самых влиятельных. — Он улыбнулся, обаятельно полируя свои ногти. И всё равно я чувствовала внутри него боль. Может, очарование он использовал для камуфляжа, как маску? — В настоящее время некоторые из политиков пользуются теми же ресурсами, что и бандиты и воровские авторитеты — это же касается и тактики. Роман знал, что у меня есть люди, способные обеспечить тебе безопасность в Берёзке.
— Ну, тогда spasibo.
Низким голосом он пробормотал:
— Vsegda pozhaluista. — Харизма этого мужчины била все мыслимые пределы. Он одарил меня новой улыбкой, открывшей ряд белых зубов. Я вспомнила, что однажды увидела у Севастьяна настоящую улыбку, и поняла, что эти двое похожи куда сильнее, чем мне казалось. — Ты всё ещё зовёшь моего брата по фамилии?
— Так он сказал его называть.
Максим к нему повернулся.
— Ты больше не рядовой боевик. Твоя невеста должна называть тебя как-то более интимно.
— Я не его… — О, забудем.
Ни один из них меня не слушал.
Эти двое сверлили друг друга взглядом, причём Роман находился уже на грани насилия. И пока в вентилятор не попало дерьмо, я должна была у одного из Севастьянов получить ответы.
— Зачем вы всю неделю встречались? — спросила я Максима.
- С моей помощью он отделял тебя от мафии — продавая активы синдиката, чтобы купить легальные равной стоимости. Как игра в "Монополию" на миллионы долларов. У него были все доверенности, а у меня — причины, чтобы провернуть всё тихо и быстро. Что я и проделал — должен заметить, не услышав ни единого "спасибо". — Максим многозначительно посмотрел на брата, однако во взгляде, казалось, сквозило веселье, словно бы вся эта ситуация его забавляла.
Я развернулась к Севастьяну.
— Ты бы мог и меня брать на эти переговоры или, по крайней мере, рассказать мне о них. Речь шла о моём наследстве!
— Ты не проявляла к деньгам никакого интереса…
— Уж кто бы говорил, братишка, — встрял Максим. Он объяснил мне, — Роман на этой неделе мог бы сделаться миллиардером. Но по непонятным мне причинам он не стал тебя обирать, как и отказался нарушить слово, данное твоему отцу. От твоего имени он работал, чтобы разорвать связи наследства Ковалева с организованной преступностью. И как только процесс завершится, Роман станет местным авторитетом.
