в попытках определить свое местоположение Хёд наткнулся на отряд валькирий, которые обратились к нему по имени.
- Кто вы такие и откуда знаете мое имя? - озадаченный, спросил он.
- Мы - женщины, которые решают исход битвы, благословляют и указывают путь некоторым героям и обеспечивают конец других, -ответили они.
Затем валькирии рассказали Хёду, что происходит в душе и разуме Бальдра, и дали ему непробиваемую кольчугу для грядущего сражения. Тем не менее они посоветовали не вызывать Бальдра на бой немедленно, а подождать более подходящего случая. Хёд был ошеломлен и взволнован этими новостями, и женщины исчезли, оставив его в одиночестве в лесу.
Вернувшись в дом Гевара, Хёд рассказал своему покровителю о том, что произошло и что он узнал. Затем он безотлагательно попросил руки Нанны. Гевар печально вздохнул и сказал:
- Хотя я с гораздо большей радостью предпочел бы, чтобы Нанна вышла замуж за тебя, а не за Бальдра, я боюсь того, что Бальдр может сделать со мной, когда об этом узнает.
Тоскливо помолчав минуту, Гевар просветлел лицом и вздрогнул от неожиданного озарения.
- Тем не менее, - продолжил он, - возможно, я смогу помочь тебе избавиться от соперника. Даже если он силен так, как будто его тело сделано из железа, есть одно оружие, которое, возможно, сразит его. Но получить его тебе будет непросто. Далеко в горах, на севере, где холод так безжалостен, что на камнях не растет ничего кроме никуда не годных лишайников, живет великан по имени Миминг. У Миминга есть меч, который всегда поражает того, против кого он направлен, и золотой браслет, который делает того, кто его носит, почти таким же богатым, как Ньёрд. К тому месту, где живет Миминг, не ведут дороги. Только опытный проводник может благополучно пересечь эту замерзшую пустошь, и только у него есть упряжка оленей, чтобы запрячь в колесницу. Когда ты доберешься до пещеры Миминга, разбей лагерь у входа, на дневном свету. Когда ты увидишь, что к твоей палатке приближается тень гиганта, пронзи его своим копьем до того, как у него появится шанс убить или утащить тебя в бесконечную тьму своей пещеры. Затем забери его меч и браслет.
Хёд сделал все, как ему велел Гевар: дошел до входа в пещеру великана, разбил лагерь и стал ждать. Много дней он не спал, на случай если Миминг придет ночью. И однажды ночью, когда Хёд сидел в тревожном ожидании, замерзая и борясь со сном, тень упала на его освещенную луной палатку. Выбрав правильный момент, Хёд сделал копьем выпад в темноту. Пронзительный крик боли пролетел через горы, а Хёд выскочил из палатки, схватил Миминга и связал его. Он угрожал великану самыми страшными пытками, если тот не отдаст молодому богу меч и кольцо. Оказавшись в безвыходном положении, Миминг это сделал. Затем великан исчез в глубине пещеры, чтобы залечить свою рану, а ликующий воин свернул свой лагерь и направился домой.
Вернемся же к тому, что происходило в доме Гевара. Бальдр ухаживал за Нанной. Она отказала ему так вежливо и мудро, как только умела, сказав, что его сила и мощь заставляют ее чувствовать себя недостойной такого великого воина, к тому же она боится того, что он однажды может сделать с ней из-за разницы в их положении.
Когда Хёд вернулся и узнал о том, что делает Бальдр, он пришел в ярость. Решив, что после предупреждения, которое он получил в лесу от валькирий, прошло достаточно времени, Хёд после многочисленных размышлений собрался встретиться с Бальдром в сражении.
Противники сошлись в жестокой морской битве. Один и Тор привели огромную армию богов, сражавшуюся на стороне их возлюбленного Бальдра, а Хёд командовал другим внушительным соединением. Облачившись в подаренную валькириями кольчугу, он прорывался через ряды солдат Бальдра, разрубая любого, кто стоял у него на пути. Но Тор взял свой молот и в неистовстве набросился на воинов Хёда. Никакой щит, никакой шлем, никакая броня не могли противостоять силе Мьёльнира, которым орудовал бог грома. Воины Хёда уже готовы были бросить сражение и бежать, когда Хёд набросился на Тора, выбил из его руки Мьёльнир и отрубил рукоятку, сделав молот бесполезным. Лишенным своего лучшего оружия, Тору, Одину, Бальдру и всем тем, кто выступал на их стороне, ничего не оставалось, кроме как отступить. Победители, желая отметить свой успех, разрубили на части корабли, которые бросили противники. Но они остановились, чтобы почтить силу и храбрость своих врагов, устроив для них пышную и величавую погребальную церемонию.
Хёд вернулся в дом Гевара воином-героем. Когда он снова попросил у Гевара руки его дочери, тот с радостью согласился. Хёд и Нанна наконец-то соединились в союзе, которого они оба желали так страстно и так долго. На их свадьбе шутки о побежденном Бальдре следовали одна за другой.
Проиграв и в войне, и в любви, Бальдр все равно отказывался отдать врагу то, что так желало его сердце. Хёд и Бальдр снова сошлись на поле боя, и на этот раз победил Бальдр. Тем не менее он не смог забрать Нанну у Хёда, и эта потеря так сильно его мучила, что многие дни он не мог больше ни о чем думать, а ночами ему снились сны только об этом. Эта одержимость подточила здоровье бога, пока он не стал так слаб, что утратил способность ходить, и его приходилось носить в паланкине или перевозить на колеснице.
Но это только усилило отчаянную решимость Бальдра. Он снова вызвал своего ненавистного соперника на бой. Как и раньше, Бальдр победил, но не получил награды, за которую боролся.
Как бы то ни было, эти постоянные проигрыши камнем легли на сердце Хёда. Его честь была запятнана. Он больше не решался смотреть кому-либо в глаза и начал испытывать отвращение к окружающим. Однажды он довел себя до того, что объявил своим самым проверенным друзьям, что будет жить в одиночестве в отдаленной дикой местности и не знает, когда вернется к ним, да и вернется ли вообще. Затем Хёд ушел, и долгое время никто не получал от него никакой весточки.
В своем просторном, диком и одиноком убежище Хёд проводил дни на охоте и рыбалке, собирая ягоды и травы и пытаясь забыть свою прошлую жизнь. Однажды, бродя по лесам, он встретился лицом к
лицу с теми же самыми валькириями, которые много лет назад дали ему неуязвимую броню.
- Почему ты здесь? - спросили они.
- Потому что я проиграл слишком
