– Отец избаловал Дженни, она никогда не исправится, – заметила Феба.
Мать бросила на нее строгий взгляд. Ей не нравилось, когда ее дочери сплетничали. Леди Федра, стараясь предупредить конфликт, тут же снова заговорила о погоде.
Вскоре чаепитие подошло к концу.
– О Боже! – воскликнула леди Нэш, вставая из-за стола. – Я совсем забыла сказать повару, чтобы он подал сегодня к обеду спаржу, а не брюссельскую капусту. – Она театрально прижала ладонь ко лбу. – Нэш ненавидит брюссельскую капусту. Он никогда не простит мне, если ее подадут на стол.
– О Господи, он же вышвырнет нас всех за подобный промах на улицу, – с наигранным ужасом проговорила Феба. – Федра, надень свое цыганское платье и возьми тамбурин. Нам придется бродить по деревням и зарабатывать себе на хлеб пением и плясками.
Федра положила руку на плечо матери:
– Не расстраивайся, мама. Сходи на кухню и скажи повару, чтобы он отложил брюссельскую капусту до субботы. Она прекрасно хранится. А во время праздничного ужина на столе будет столько блюд, что Нэш сможет выбрать себе что-нибудь по вкусу.
Леди Нэш энергично закивала:
– Да, ты права. Именно так я и поступлю. Прошу меня извинить, моя дорогая мисс Невилл. Федра проводит вас в вашу комнату, а мне нужно сходить на кухню.
– Можно, я задам вам один вопрос, леди Федра? – спросила Ксантия, поднимаясь вместе со старшей дочерью леди Нэш по лестнице.
– Конечно, – ответила девушка.
– Какого цвета розы сорта «Сельсиана»?
Федра усмехнулась.
– Ах, вы об этом? Мне не хотелось бы ставить под сомнение осведомленность вашего брата в области цветоводства, но должна сообщить вам, что эти розы бывают только одного цвета – бледно-розового.
Ксантия засмеялась и взяла леди Федру под руку.
– Вы слишком жестоки, моя дорогая. Вы, как и ваш брат, любите подтрунивать над людьми.
– Но вы же знаете, что остроумие – самое грозное оружие.
Смеясь и болтая, как старые добрые подруги, они подошли к комнатам, отведенным Ксантии и ее брату. Федра распахнула дверь, ведущую в спальню Ксантии, и тут же поморщилась:
– Фу! Этот отвратительный запах сведет вас с ума! – Девушка подошла к шкафу и начала его обыскивать. – Ага, вот! – воскликнула она с торжествующим видом.
Приблизившись к Федре, Ксантия увидела, что та держит в руках розовую ленточку, к которой был привязан круглый футлярчик с дырочками.
– Что это? – спросила Ксантия. – Ароматический шарик?
– Да, у Дженни много таких. Она привозит их из Парижа и раскладывает по всему дому. Но я их терпеть не могу. И теперь, когда Дженни уехала, я могу со спокойной душой убрать эту гадость.
Федра снова поморщилась и чихнула.
– О Боже, – пробормотала Ксантия, – неужели я заняла комнату миссис Хейден-Уэрт?
Федра немного растерялась.
– Нет-нет, – ответила она. – У Дженни и Тони есть своя комната с большой кроватью, она примыкает к кабинету и находится в восточном крыле дома. Но Дженни часто занимает эту спальню. Она говорит, что ей нравится, вид из окон.
– А может, мне перебраться в другую комнату? – спросила Ксантия.
– Вам не следует этого делать, – сказала девушка, нахмурившись. – Если Дженни не желает спать с мужем, то это не ваши проблемы.
– Я думаю, вы правы, – в смущении пробормотала Ксантия.
– Кроме того, Дженни будет в отъезде по крайней мере неделю, – продолжала Федра. – Она считает друзей мамы очень скучными. А что касается Нэша… Скажем так: они с Дженни – очень сильные личности. Поэтому я не удивлена, что Дженни захотела покинуть Брайервуд накануне его приезда.
Слова Федры только подтвердили то впечатление, которое миссис Хейден-Уэрт произвела на Ксантию. Однако Ксантия предпочла не развивать эту тему и перевела разговор в другое русло.
– Я хочу воспользоваться тем, что вы открыли шкаф, и попросить вас, леди Федра, взглянуть на мой любимый наряд. Никак не могу решить, можно ли надеть его в субботу.
На губах Федры заиграла улыбка.
– О, это просто невероятно! Никто никогда не спрашивал моего мнения по поводу одежды!
В этот момент они услышали стук копыт за окном и звяканье сбруи. Лицо Федры просияло.
– Это Нэш! – воскликнула она радостно. – Давайте спустимся в холл, мисс Невилл!
Ксантия в панике бросилась к туалетному столику, что бы взглянуть на себя в зеркало. Пряди ее пышных непокорных волос, как всегда, выбились из прически, а лицо раскраснелось.
– Пойдемте скорее, – поторопила ее Федра. – Вы прекрасно выглядите. Нэш никогда не пригласил бы вас в свое поместье, если бы это было не так.
Ксантия с упреком посмотрела на девушку:
– Не надо придавать слишком большое значение тому, что маркиз пригласил меня сюда.
.– Я придаю этому факту такое значение, какое он заслуживает.
– Боюсь, я вас не понимаю.
Федра взглянула на гостью так, словно начинала сомневаться в ее умственных способностях.
– Мисс Невилл, вы – единственная незамужняя женщина, которую мой брат пригласил в Брайервуд. А Нэш, как известно, является знатоком женщин.
– О, леди Федра, боюсь, что у вас сложилось ошибочное мнение по поводу этой ситуации. Мы с Нэшем – добрые друзья, вот и все.
Федра усмехнулась:
– Да, конечно. А я – царица Египта. Пойдемте, леди Невилл. Вы же наверняка хотите поздороваться с вашим «добрым другом».
Глава 13
Искушение в саду земных радостей
На следующий день Ксантия не поехала кататься верхом, хотя это и было запланировано накануне. Вместо нее на верховую прогулку отправился Киран. Его сопровождали жизнерадостный мистер Хейден-Уэрт и леди Феба. Они заехали в деревню, чтобы осмотреть местную церковь. Кроме того, мистеру Хейден-Уэрту нужно было срочно отправить письмо. Он выразил свое сожаление по поводу того, что Ксантия не смогла поехать с ними. Судя по всему, Тони был не очень-то расстроен отсутствием жены.
Ксантия сразу прониклась симпатией к сводному брату Нэша, хотя она и признавала, что этот милый, обаятельный человек был политиком до мозга костей. У Тони были добрые глаза, и он безумно любил свою мать, что, по мнению Ксантии, с самой лучшей стороны характеризовало мужчину. Ксантия отклонила предложение покататься верхом, поскольку Нэш пригласил ее на прогулку по саду. Она предпочла общество маркиза.
Нэш поступил очень мудро. Большая часть сада прекрасно просматривалась со всех сторон, и поэтому парочка, как предполагалось, должна была постоянно находиться на глазах у мачехи Нэша. Но с другой стороны, территория садов была столь обширна, что маркиз с Ксантией могли чувствовать себя свободно и время от времени ускользать от назойливого внимания посторонних.
