Милана.
Диана взяла письмо и посмотрела на Реджину. Что могло быть в этом письме? Стефано Висконти вернулся, обнаружил, что ее нет, и разгромил весь замок? Она сглотнула, боясь посмотреть на печать. А может, на Милан напали флорентийцы?
Реджина кивнула, давая понять, что читать все равно придется, и Диана взглянула на печать:
– Святая Дева Мария! Это печать доктора Москатти! – Она тут же сломала ее и развернула бумагу.
Диана не читала вслух, ее взгляд скользил по буквам, а губы расплывались в улыбке.
– Это невероятно! – воскликнула она. – Доктор пишет, что госпиталь получил еще денег от торговцев. Это большая сумма, Реджина! У нас будет самый лучший госпиталь во всей Ломбардии! Наверно, даже во всей Европе!
Она не дочитала, потому что тут же кинулась к женщине с объятиями.
– Торговцев? – не поверила та и заглянула в письмо. – Как мой Филлипо?
– Доктор пишет, что это сотни золотых скудо! Сотни! Теперь мы можем нанять на работу людей и выплачивать им зарплату. Мы можем тратить деньги на еду и лекарства! Это замечательно!
– Все стали такими щедрыми? – не поверила Реджина. И где-то внутри закралось подозрение: кто виновник такой щедрости? – Давай прочитаем дальше.
Диана кивнула и снова уткнулась в текст, но по мере чтения ее улыбка угасала, а потом она просто смотрела в одну точку, пытаясь отойти от полученной информации.
– И? – напомнила Реджина, что ждет.
Диана сглотнула и вспомнила все колкие слова герцога, которые как стрелы пронизывали ее насквозь. Как он отреагировал на ее предложение снизить налоги, был груб и сказал много лишних слов.
– Герцог издал новый указ, подписал его в тот день, когда уехал в Павию. Этим приказом он обложил данью торговцев, прибывавших из Европы и Венеции, в размере ноля целых пяти десятых процентов, независимо от количества полученной выручки. Этот указ не носит обязательный характер, но кто его будет исполнять регулярно, тот в конце года получит небольшой участок земли для собственных нужд без налогообложения. Все деньги пойдут на поддержание госпиталя в Милане.
Диана перевела шокированный взгляд на Реджину. Ее муж – торговец, который попал под этот приказ, но промолчал об этом. И деньги отдал он ей, а не через казну герцога.
– Но те торговцы принесли деньги нам, – не понимала Реджина. – И Филлипо… Пожалуй, наступило время узнать у него то, что прячут от ушей женщин.
Она возмутилась и была права. Диана тоже мало что понимала, ее мысли были заняты лишь тем, что, несмотря на все грубые слова, Стефано Висконти все же не остался в стороне от своего народа и от своей жены.
– Я поговорю с ним. – Реджина прошла к двери. – А вы идите в сад для встречи с Доменико. Увидимся на балу! – Она открыла дверь и обернулась: – Я узнаю платье, которое перешили модистки, и пойму, что это вы.
Диана кивнула, а когда Реджина ушла, то перечитала письмо снова. Теперь ее губы расползлись в улыбке. Как мило со стороны герцога издавать такие указы! И как прекрасно, что их исполняют! И хотя наверняка торговцам не хотелось платить процент за то, что они торговцы, но это на благо других людей.
Диана спускалась в сад, думая уже не о черном человеке, который спас ее. Она думала о Стефано Висконти. О нем были ее мысли, даже когда Доменико оказался рядом. Диана вспоминала ту ночь, когда ей снился сон, что ее волосы кто-то гладит, что кто-то зажигает огонь в очаге. Возможно, ответ был один – герцогу не спалось, потому что он искал выход. Он герцог! Он не может, не подумав, взимать с людей налоги. Тогда людям нечем будет кормить свои семьи. Все моменты надо учесть, это сложный и ответственный шаг.
– Диана!
Сзади раздался голос Доменико, и она обернулась. Они только встретились, а ей уже хотелось с ним распрощаться и размышлять о том, что ее муж, возможно, сошел с ума. Или Стефано Висконти не такой уж и монстр, каким она привыкла его видеть.
– Да, милорд. – Она кивнула, – Я пригласила вас сюда, потому что переживаю о вчерашнем ужине. Я надеюсь, что вы вернулись к столу и все прошло спокойно.
– Ваша Светлость, – он слегка поклонился, – у меня пропал аппетит, но я вернулся к столу, где поддержал разговоры о торговле и банках. Ваши друзья были там.
– Я знаю, но не стала у них уточнять этот момент, – улыбнулась Диана. – Замечательно, что мой уход не стал поводом для недомолвок между вами и вашим отцом. Я на это очень надеюсь.
– Мой отец впервые имел дело со столь горделивой особой и сказал, что иной герцогини Милану не надо. Вы очень подходите на эту роль.
Доменико улыбнулся и указал рукой на тропинку, ведущую в глубь сада. Диана шла первая, любуясь розами, а он следовал за ней и рассказывал о том, как идут приготовления к балу, сколько людей его посетит, сколько уже приехало. Диана никого не знала, не было смысла рассказывать о всех этих людях. Но, с другой стороны, он знакомит ее хотя бы заочно.
– Некоторых вы видели у себя на свадьбе, – закончил свой рассказ он.
Она мало помнила свою свадьбу, только инцидент в церкви с поцелуем и брачную ночь.
– Они все будут в масках, и я вряд ли узнаю даже вас, – слегка улыбнулась она.
– На балу я могу назвать вам свое имя. Но вы мне скажете, как я смогу узнать вас? Например, родинка на маске или рисунок ангела?
Диана рассматривала Доменико очень пристально, вспоминая вчерашний вечер. Даже подошла ближе, чтобы сравнить свой рост и его. Нет, вчерашним спасителем он точно не был. Даже манера говорить другая – растягивая слова. Ее спаситель явно слова не растягивал, делал все быстро.
– Может быть, ангел, я еще не решила. Но пусть это будет сюрприз, изюминка вечера.
– В двенадцать часов ночи все скинут маски, и я очень надеюсь угадать вас под маской до этого времени.
Диана кивнула, хотя не собиралась оставаться на балу до двенадцати ночи. Достаточно будет уйти без четверти, чтобы насладиться карнавалом Венеции. Остальное ей неинтересно. К тому же не хотелось видеть ни леди Изабеллу, ни самого Джовани Медичи. А утром она сядет в карету и направится в Милан. Там у нее скопилось много работы в госпитале. Наверняка доктору Москатти нужна помощь с выгодным вложением денег, в найме дополнительных помощников и закупке провизии.
– Мне надо идти. – Диана
