головы.
– Они проворней рыцарей в доспехах, – понизил голос кондотьер. По его задумчивому виду можно было сказать, что он имел с ними дело, и не раз. Но Диана не стала развивать эту тему.
– Так где же Его Светлость Стефано Висконти? – перебила разговор о разбойниках леди Изабелла и ехидно улыбнулась, поднося к губам кусочек мяса на кончике вилки. Здесь все хорошо владели этим прибором. Кроме Франческо Сфорца, который ел мясо руками. – Можно ли думать, что он устал от нового статуса женатого мужчины?
– Изабелла! – одернул ее Доменико, который перевел взгляд на мужа Изабеллы, а потом на отца. Он хотел ответить сам на этот вопрос, но его опередила Диана. Она взглянула на маленького человека с лицом придворного шута – на Медичи, который ел, при этом усмехаясь, и гордо произнесла:
– Когда зачинщик войн спокойно трапезничает, настоящие воины остаются верны своим землям и выполняют долг перед людьми. Им приходится оставаться на страже, потому что руки у сытого врага, наверно, растут быстрее.
Диана встала из-за стола и отодвинула стул:
– Я прошу прощения, но поняла, что не голодна. Наверно, укачало.
Она направилась к двери с гордо поднятой головой, оставляя всех этих людей давиться собственным ядом.
Глава 24
Быстрым шагом Диана направлялась к своим покоям, надеясь, что Реджина и Филлипо не последуют за ней. Они обычные люди, а она… А она не готова сидеть за одним столом с тем, кто развязывает кровавые бойни.
– Диана!
Таким же быстрым шагом ее преследовал Доменико, который против всех правил этикета вышел из-за стола следом.
Она остановилась уже почти у двери, когда он обогнал ее:
– Я прошу прощения за Изабеллу. Она глупа с самого рождения и часто говорит не то, что думает.
– Она как раз думала, что говорит. – Диана перевела взгляд на свою руку, ощущая теплоту ладони Доменико. Он держал ее пальцы, а сам смотрел в глаза.
– Я прикажу ее выпороть, – высказался он, и теперь Диана посмотрела на него. – Отец слишком нежен с ней, а муж не хочет замечать реальность. В этом браке нет любви, Изабелла несчастна.
– Дело не в ней. – Диана убрала ладонь из его руки. – Она лишь озвучила то, что было у всех в мыслях.
– Гордость вам к лицу, – произнес он, – к черту их всех! Вы не лживы и не умеете льстить. Именно поэтому, Диана, вы живая. И отличаетесь от всех этих людей.
– По-вашему, я поступила правильно? Но завтра меня могут выгнать из вашего дворца. Я оскорбила самого Медичи!
– Это не его дворец. Отсюда вы уйдете только по собственной воле. И я по-прежнему вас спрашиваю: Диана, мы идем вечером на открытие маскарада в город?
Диана задумалась, но лишь на пару секунд. Ей нравился Доменико, он делал все, чтобы ей было комфортно. Она благодарна ему за многое. Но…
– Меня действительно укачало, лучше лягу спать, чтобы завтра на празднике я смогла веселиться, не обращая внимания на окружение.
Доменико поник:
– Вы правы, вам нужен отдых. А прогулка может подождать. Спокойной ночи, Диана.
– Спокойной ночи, Доменико.
Он шагнул назад, а она открыла дверь и проскочила внутрь своих покоев, где ее ждала Мария, примеряя платье.
– Ваша Светлость, вы успели поужинать?
– Я даже успела съесть ложку риса. – Диана начала ходить взад-вперед, растирая ладони. Она была возмущена и ни капли не ощущала угрызений совести. Если надо будет, то завтра она тоже будет стоять за свой народ и своего мужа, имя которого здесь произносилось с издевкой.
Хотелось ли ей, чтобы он был здесь?
Да! Чтобы утереть всем нос и с победой посмотреть в глаза всем присутствующим. Она молилась, чтобы в Форли все наконец утихло. Ведь мятеж, который организовал подданный Медичи, подавлен.
– Вы взволнованы?
– Я в бешенстве. Но не будем о грустном. – Диана выдохнула. – Наши планы остаются прежними, мы идем на открытие маскарада. Ты принесла платье горожанки?
Мария кивнула и тут же схватила серую льняную ткань – слишком простой наряд, бедный. Но раз Ее Светлость так хочет, то Мария с радостью станет герцогиней и вкусит богатую жизнь. А может, найдет себе мужчину мечты.
Переодев хозяйку в невзрачный наряд, Мария отошла на шаг назад, чтобы полюбоваться. Но любоваться было нечем – герцогиня выглядела даже хуже, чем когда-то в Девоншире.
– Может, все же передумаете?
– Нет.
А Диане нравилось отражение в зеркале – ее все устраивало. Обычная простолюдинка. Никто не обратит на нее внимания. Ее никто не заметит. И выйдет она через черный ход для прислуги. Надо только накинуть темный плащ и надеть маску.
Белая маска с замысловатыми черно-золотистыми узорами возле глаз полностью скрыла лицо хозяйки. Эти тонкие узоры придавали изюминку, один заканчивался в виде красного сердечка на щеке. Волосы Диана убрала под парик, который где-то достала Мария. Это была далеко не та прическа, с которой Диана будет присутствовать завтра на балу. Здесь темные волосы не были убраны в высокую прическу, а спускались к плечам, едва касаясь их. На голову она накинула капюшон, и теперь точно никто не мог узнать в ней герцогиню. Даже если сам герцог предстанет перед ней, он никогда не признает в этой простолюдинке свою жену. Но встречать Стефано Висконти она не планировала, а вот кого-то из дворца – возможно. Кто знает, как велик этот город?
С Марией было все куда сложнее, пришлось наряжать ее буквально у черного входа. Но она была так рада, что надела платье, и совсем забыла про остальные атрибуты. Диана успела нацепить на нее парик и закрыть маской вольто лицо. Все! Все готовы проскользнуть через сад и наконец вкусить свободу. Даже Томмасо нет рядом! И хоть Диана его очень любила, но хотела побродить по улочкам Венеции в полном одиночестве.
– Мы разойдемся, как только выйдем отсюда.
– Хорошо, Ваша Светлость.
После этих слов Диана засмеялась и Мария подхватила ее смех. «Ее Светлость» сейчас далеко не та девушка в наряде нищенки. Мария сегодня герцогиня.
– Ваша Светлость, – поклонилась Диана и направилась в другую сторону.
Мария ей махнула на прощанье:
– Будь аккуратна, дворовая девка, здесь много плебеев!
Никто не видел, что Диана улыбнулась. Маска скрывала все, чем очень сильно нравилась герцогине.
Когда Мария осталась позади, наступило время прогулки в одиночестве и осмотра города. Диана шла вдоль канала, пытаясь понять,
