— Я думаю, тебе тоже стоит их навестить, Кнопа, — продолжает Андре. — Они будут тебе рады.
— Нет, — говорит хриплым голосом. — Они не будут мне рады.
Андре качает головой.
— Ты ошибаешься. Будут очень рады. Съездий к ним как-нибудь. Если переживаешь, можем все вместе съездить, — и он смотрит на меня.
— Мы всю неделю будем в Париже, — отвечаю ему. — Можем съездить. Оставь нам свой телефон.
Я понимаю, что должен взять это дело в свои руки. Мэриэн сейчас снова начнет заниматься самобичиванием, винить себя во всех грехах и страдать. И телефон этого парня мне нужен не только для того, чтобы съездить с ним навестить родителей Флёр, но и чтобы Мэриэн поддерживала с ним отношения в будущем. Ей нужен ее друг, которого она потеряла много лет назад и по которому всегда скучала.
Андре диктует мне свои цифры, я их сохраняю и диктую ему свой телефон и телефон Мэриэн. Даже оба ее номера: российский и французский.
— Жюли тяжело долго стоять на ногах, поэтому мы пойдем присядем. Звони, Кнопа, в любое время, когда захочешь. Я буду рад снова с тобой общаться. И приезжайте к нам с Жюли как-нибудь в гости.
— Конечно, — отвечаю ему. — Обязательно будем общаться.
— Спасибо тебе, Андре, — шепчет ему. — Что поддерживал Флёр, когда она болела.
Он снова ее обнимает и уводит свою жену к скамейкам.
Мы с Мэриэн возвращаемся в наш угол. Она теперь выглядит потерянной и задумчивой. Я обнимаю ее за плечи и тихо говорю:
— Дорогая, не переживай. Ты нашла своего друга, мы будем общаться с ним и с его женой. Съездим к ним в гости, пригласим их к нам в Москву. Ты будешь с ним созваниваться, переписываться… Все будет хорошо.
Она молчит, и я чувствую, как ее спина в моих руках медленно расслабляется.
— Да, ты прав, — говорит через какое-то время. — Теперь все будет по-другому.
Она аккуратно высвобождается из моих объятий и снова берет меня за руку.
К нам продолжают подходить люди, чтобы выразить Мэриэн соболезнования. В какой-то момент я замечаю, что ее это уже тяготит, но ничего не поделать. Уйти нельзя. Я лениво скольжу глазами по толпе людей и встречаюсь взглядом с ним…
Брюнет с фотографии, на которой они вчетвером стоят у лестницы в школе. И если блондином оказался Андре, значит, этот брюнет — Себастиан. Думаю, он заметил нас намного раньше, чем я его. Может, даже еще когда я крепко обнимал Мэриэн.
Он смотрит ровно на меня, и его лицо не выражает ни одной эмоции.
— Мэриэн, — я слегка склоняю к ней голову. — Думаю, тебе еще кое с кем нужно поговорить.
Она вскидывает на меня голову.
— С кем?
— С Себастианом. Он тут. — И я слегка указываю ей глазами в его сторону.
Я замечаю, как Мэриэн тяжело сглатывает. Затем выпускает мою ладонь и медленно поворачивает голову туда, куда я ей указал. Смотрит на него несколько секунд, а затем отрывается и направляется в его сторону.
Глава 45. Ретт и Скарлетт
POV Мэриэн
Он не изменился. Прошло больше четырех лет, а он такой же. Черные, как смоль, волосы, черные, как угли, глаза. Гладко выбритое лицо, широкие плечи, выдающие в нем футболиста в прошлом. Он смотрит немигающим взглядом, как я к нему приближаюсь, и дышит очень ровно.
Я знаю, что, когда Себастиан нервничает, он начинает быстро дышать. Сейчас он спокоен.
— Здравствуй, Себ, — говорю ему тихо, когда подхожу вплотную.
— Здравствуй, Кнопа, — он улыбается мне уголками губ. — Прими мои соболезнования, хоть вы с сестрой всегда и ненавидели друг друга.
— Спасибо. Как твои дела?
Он безразлично пожимает плечами.
— Нормально, в целом. Ты как?
— Я хорошо.
— Вышла замуж? — и он слегка кивает головой в сторону Егора.
— Еще нет, но планирую. Пока только переехала к нему в Россию.
Себ удивленно вскидывает бровь.
— Он русский, — поясняю, — живет в Москве. В июле я к нему переехала.
— Ого, Кнопа. Вот это да! Дай угадаю. Ты сейчас учишь русский язык, чтобы прочитать в оригинале всю русскую литературу. Я прав?
Я не могу сдержать улыбки. Себас знает меня, как никто другой.
— Да, ты абсолютно прав. Ну а как твои дела, Себ? Планируешь жениться?
— У меня все нормально. Работаю адвокатом в семейной фирме. Встречаюсь полтора года с девушкой. Пока все хорошо, а дальше видно будет.
— Я рада за тебя. Надеюсь, у вас все сложится.
Он ухмыляется. Медлит пару мгновений. Он всегда так делает, когда собирается с мыслями, чтобы сказать что-то важное.
— Знаешь, я сейчас уже отошел от нашего разрыва и поэтому могу мыслить и анализировать ситуацию трезво. У нас не было шансов изначально. Не Элайза, — он машет головой в сторону гроба, — была твоей сестрой, а Флёр. Я не понимал этого. Наш с тобой союз был обречен ровно с того момента, как я первый раз поцеловал Селесту. Если бы я еще тогда в 14 лет разобрался в своих чувствах и понял, что на самом деле мне нужна ты, то у нас бы все было по-другому. Но все случилось так, как случилось. Значит, не судьба. Я надеюсь, ты будешь счастлива, Кнопа.
Он говорит это так искренне, что у меня невольно выступают слезы. Я смотрю в лицо человека, которого когда-то очень сильно любила, и совершенно ничего к нему не чувствую, кроме уважения и благодарности за когда-то подаренное счастье. Да, мы были счастливы, но просто не судьба.
— Себ, спасибо тебе за все. И прости меня, что так поступила с тобой.
— Тебе не за что извиняться. Просто мы с тобой не созданы друг для друга.
— Наверное… Знаешь, я так иногда скучаю по нашей школьной дружбе. Жаль, что все так между нами обернулось. Тут, кстати, Андре. Ты видел его?
— Да, только что с ним поговорил, обменялся телефонами. Никогда не поздно возобновить общение с людьми, которые были тебе дороги.
— Думаю, ты прав…
Мы крепко обнимаем друг друга на прощанье. Вряд ли мы с ним еще когда-нибудь увидимся. Я безумно скучаю по нашей школьной дружбе, но сейчас ее между мной и Себом быть не может. Наши пути разошлись навсегда. Егор прав. Бывает первая любовь, а бывает настоящая.
— Не вини себя в том, что случилось с Флёр, — говорит мне на ухо. — Ты ни в чем не виновата. Никто из нас не виноват.
— Я знаю, Себ.
Я прощаюсь с ним и иду к своему самому любимому мужчине.
— Все хорошо? — спрашивает меня Егор, когда я подхожу к нему.
— Да, все в порядке. Мы попрощались друг с другом. Не думаю, что мы с ним еще когда-то увидимся.
— Ты можешь общаться с ним, если хочешь… — осторожно говорит. — Он был твоим другом. Я знаю, как это важно для тебя…
Я качаю головой.
— Нет, Егор. Это лишнее. Давай выйдем подышать воздухом? Тут стало очень душно.
— Да, конечно.
Мы беремся за руки и идем на выход из церкви. Отходим от нее метров на 50 и останавливаемся под деревом. Конец ноября, а сегодня выдался солнечный день. Я прикрываю глаза и вдыхаю осенний воздух полной грудью. Почему-то теперь я чувствую невероятное облегчение. Я попрощалась с Себом и я нашла Андре.
Егор привлекает меня к себе в объятия. Я обвиваю его спину руками и поудобнее устраиваю голову у него на груди. Как же я люблю этого мужчину! Да я за ним не только в Россию поеду, но и на северный полюс, если потребуется. Он мой помощник, мой друг, мой любовник, мой защитник… Он — моё всё.
— Мэриэн, выходи за меня замуж? — тихо говорит мне на ухо.
Я сначала цепенею, а потом в ужасе смотрю на него.
— Егор, ты хоть понимаешь, что делаешь мне предложение на похоронах моей сестры???
Он резко осекается и бьет себя по голове.
— Черт, вот я придурок. Прости, любимая, — смотрит на меня с мольбой в глазах.
— Егор, ты совершенно не умеешь делать девушкам предложения! — у меня вырывается смешок.
— Давай сделаем вид, что я тебе этого не говорил? И я сделаю тебе предложение в другой день и красиво? Давай поедем завтра на Монмартр, и я сделаю тебе предложение там? На закате.
