Сэр Арно в изумлении уставился на викинга. Гуннар же усмехнулся и вышел из конюшни.
— Никто не должен выходить сегодня из Сомерфорда, Эдвард! — услышала Роза его крик. — Запри ворота и не отпирай, пока я не скажу!
Проводив взглядом викинга, Арно повернулся к своей госпоже. Роза стояла, ухватившись обеими руками за перегородку стойла, и ей казалось, что она вот-вот лишится чувств. Арно же смотрел на нее, не произнося ни олова, и теперь в его взгляде было уже не злорадство, а сожаление.
Наконец, шагнув к Розе, он проговорил:
— Не бойтесь, госпожа. Я не позволю этому наемнику прикоснуться к вам. Ни ему, ни Майлзу де Весси. Вы — моя. И очень скоро вы это поймете!
Розе казалось, что он сейчас подойдет к ней и заключит в объятия. При мысли о том, что Арно прикоснется к ней своими руками, к ее горлу подкатила тошнота. Набрав в грудь побольше воздуха, Роза с силой оттолкнулась от стойла. Не обращая внимания на сэра Арно, словно его вообще рядом не было, она побрела к выходу. Арно не стал ее останавливать. Наверное, понял, что она сейчас не в силах говорить с ним.
«Меня предали…» — мысленно твердила Роза.
Арно, уверявший ее в своей любви, намеревался передать ее лорду Фицмортону. Ах, неужели это действительно произойдет? Нет, только не Фицмортон!
А Гуннар…
Сжав кулаки, Роза ускорила шаг. Она считала себя такой осторожной, такой осмотрительной — этот наемник, оказывается, перехитрил ее. И теперь над ней смеется! Она бросилась к нему за помощью, а он ее предал!
— Не верю! — воскликнула Констанс.
Роза схватила старуху за рукав и затащила к себе в спальню.
— Придется поверить, Констанс. Потому что это правда. Они в сговоре с Фицмортоном и с этим… с его подручным де Весси. Как раз сейчас он направляется в Сомерфорд. Он едет сюда якобы для того, чтобы проследить за осуществлением правосудия. На самом же деле он хочет отобрать у меня Сомерфорд. А потом они втроем решат, кому будет принадлежать мой замок… и я!
Констанс решительно покачала головой:
— Все равно не верю. Гуннар Олафсон не такой!
— Но он сам сказал, что будет служить тому, кто больше заплатит, — прошептала Роза, и слезы вновь заструились по ее щекам. — И он говорил об этом… с таким спокойствием…
Констанс побледнела и, Шагнув к своей госпоже, крепко обняла ее.
— Что ж, если так… Тогда я прокляну его! — гневно воскликнула старуха. — Я прокляну его, госпожа!
Через некоторое время рыдания Розы стихли. Она утерла глаза и попыталась собраться с мыслями. Наверное, ей следует забыть о Гуннаре, выбросить его из головы. Воспоминания об их объятиях не принесут ей ничего хорошего…
Любил ли он ее?
Конечно, нет. Гуннар Олафсон даже не знает, что это такое! Для него существует только вожделение. Господи, ну как она могла так в нем ошибаться? Она считала его тем, кем он никогда не являлся. И теперь испытывала ужасную боль — как ее мать когда-то. Ее предали, обманули… Но никогда, никогда больше она не позволит мужчине получить над ней такую власть. С самого детства он знала, что бывает в подобных случаях, и все равно не смогла себя защитить. Но теперь-то она твердо усвоила урок.
— Вот что, Констанс… — Роза взглянула на старуху. — Отправляйся на кухню и скажи Эрте, чтобы шла к Гарольду. Его необходимо вывести из замка. Пусть возьмет ключи. А Эдвард поможет им незаметно выбраться за ворота.
Констанс тут же поспешила к двери. Потом обернулась и спросила:
— С вами все будет в порядке, госпожа? Роза кивнула:
— Со мной уже все в порядке. — Вскинув подбородок, она добавила: — Это еще не поражение, Констанс. До прибытия Майлза де Весси я еще успею многое сделать.
Констанс пожала плечами и скрылась за дверью. Вернулась она довольно быстро — с расширившимися глазами и дрожащими руками.
— Его там нет! Гарольда нет в подвале! Миллисент с Уиллом тоже исчезли! Я не понимаю… — Констанс вздохнула и принялась нервно расхаживать по комнате.
Схватив служанку за руки, Роза силой усадила ее на скамью.
— Констанс, но они ведь не… — Она умолкла, заподозрив самое худшее.
Служанка энергично помотала головой:
— Нет-нет, они не убиты, госпожа! Эрта сказала, что Альфред… Ну, тот наемник с изуродованным лицом… Так вот, он пришел недавно за Миллисент и Уиллом. А потом они исчезли. Я отправилась к Эдварду, но его у ворот не оказалось. Зато я нашла там одного из наемников — датчанина. Но он ничего мне не сказал, даже когда я начала ругаться. Он… он рассмеялся! Правда, намекнул, что они сейчас в безопасности. Но я смотрела везде и нигде их не нашла.
Констанс в отчаянии заломила руки, и Роза попыталась ее успокоить. Теперь-то она все поняла. Это сделал Гуннар Олафсон. Он знал, что она собиралась предпринять, и решил ее опередить. Выходит, он читал ее мысли! Но как? Каким образом? Впрочем, сейчас не об этом надо думать. Следовало поторопиться. Ведь Гарольд и его дети ушли с Альфредом, и теперь… Роза боялась даже представить, какая судьба их ожидает.
— Где он? — прошептала она. — Я должна с ним поговорить.
— Кто? Альфред? — Констанс с удивлением посмотрела на свою госпожу. — Ведь я же сказала, что он куда-то ушел и увел с собой…
— Нет-нет, — перебила Роза. — Я говорю не про Гуннара Олафсоном. Именно по его приказу увели Гарольда и его детей. И только он сможет их вернуть. Возможно, мне как-нибудь удастся уговорить его…
Констанс отчаянно моргала, как если бы ее глаза запорошило пылью.
— Нет, госпожа, — заявила старуха. — Не нужно снова отдавать себя в руки этого человека! Я ошибалась. О, как я ошибалась! Я думала… Не стоит приносить себя в жертву такому негодяю.
Роза грустно улыбнулась:
— Ты забываешь, что я уже принесла себя в жертву… несколько раз. Хуже уже не будет, и если это поможет моим людям, то я должна попытаться.
Леди Роза была настроена весьма решительно, и Констанс вскоре поняла, что ей не удастся ее переубедить. Сокрушенно покачав головой, старуха сказала:
— Хорошо, госпожа. Я пойду его поищу. — С этими словами она вышла из комнаты.
Роза же со вздохом опустилась на скамью, стоявшую у окна. Она была потрясена и оскорблена, но все же не отказалась от борьбы. Таким людям, как Фицмортон, Майлз де Весси и Арно д'Алан, не сломить ее! Они бессердечны и жестоки, поэтому и не понимают, насколько сильной может быгь женщина. Но она, Роза, покажет им, на что способна. А как же Гуннар Олафсон?
При мысли о нем Роза содрогнулась. Грудь и горло сдавило так, что хотелось громко закричать: «Я могу отдать вам свое тело, но свое сердце я не отдам никому!»
Да, не отдаст. Потому что у него нет сердца! Он вырублен из холодного северного льда. Теперь Роза вспомнила: Гуннар Олафсон говорил о смерти, убийствах и деньгах с таким выражением на лице, словно лишь последнее имело для него значение. Его меч называется Фенрир. И он постоянно требует крови. Так сказал Гуннар. Но как же она могла об этом забыть? Увы, оказываясь в его объятиях, она забывала обо всем на свете. Но теперь ей снова вспомнились эти ужасные слова.
