поблагодарить вас за медальон, созданный вами. Удивительная вещь!
Я осторожно покосился на сферу, но она осталась прозрачной. Уже хорошо, магов здесь нет.
— Начальник особого отдела? — раздался позади несмелый вопрос.
Все зашептались и начали бросать на меня настороженные взгляды. Точнее не только на меня, но и по сторонам.
Через секунду я понял, в чем причина. Вокруг нас одной за другой начали вспыхивать золотым сиянием сферы.
— Что это такое? — ошеломленно спросил Лука Кузьмич и обернулся. — Ваше высочество⁈ Вы⁈
Я пожал плечами. Что поделать, мои способности в таком отделе не скрыть.
— Так как же это? — снова прилетел чей-то вопрос. — Все из-за вас?
— Что из-за меня? — переспросил я.
Люди смотрели теперь только на меня. Напряженные лица, сжатые кулаки. А они не любят магов.
К нам шагнул худой темноволосый мужчина.
— Теперь вы хотите сделать их, — выплюнул он последнее слово, — хорошими? Ради себя?
— А чем плохи маги? Наводнения устраняют, лесные пожары тушат.
— Они не отозвались на просьбу моей деревни, когда была засуха! — выкрикнул он и сложил руки на груди.
— И поэтому мы набираем собственных магов, которые будут служить государству. Помощи станет больше.
— Это не так! Все знают, что это очередная элита, на которую будут тратить все средства! А ситуация не изменится! Мы работаем, изучаем и делаем сферы лучше, чтобы уничтожить магов! А вы, — он ткнул в меня костлявым пальцем, — хотите, чтобы мы их вдруг полюбили⁈ Не будет такого!
Все одобрительно зашумели.
— А ну, разойтись! — властно крикнул Лука Кузьмич. — Кто у вас, дурней, главный⁈
Я глянул на него, и сразу же вспомнил сон. Все один в один!
На всякий случай я стал напитывать медальон силой.
— Так-так, — продолжил глава исследовательского центра. — Бунт в моем ведомстве⁈ Самарский! Неужели ты⁈
Вперед вышел крепкий молодой человек с ярко-зелеными глазами, сверкающими гнева. Он одернул рабочую форму и тряхнул каштановой головой.
— Я! А кто еще встанет на защиту нашей страны⁈ — гордо ответил Самарский. — До чего вы довели весь этот абсурд⁈ Для чего все эти изучения, легенды и мистификации? Маги — истинное зло! И мы смогли это доказать!
— Ах, доказать! За моей спиной? — Лука Кузьмич грубо выругался и повернулся ко мне. — Вот, Ваше высочество, полюбуйтесь, до чего людей доводит отсутствие дисциплины. В армии такого бы не было.
— Нам не нужна армия! — крикнул зеленоглазый. — Мы можем своими силами!
Он вытащил короткую палку с хрустальным наконечником, окутанным маревом. Но как⁈ Он же не маг!
Я влил еще силы в медальон и внимательно оглядел собравшихся. Нет, как и раньше, он ничего не показал. Все как один, люди без способностей.
— И что ты этой штукой хочешь сделать? Швырнуть в меня молнией? — захохотал Лука Кузьмич. — Да я тебя в бараний рог сверну!
Зеленоглазый побледнел, но лишь крепче сжал свое оружие.
— А еще называетесь главой центра! — язвительно проговорил он. — Даже не знаете, что это!
Я дернул Луку Кузьмича за руку и тихо сказал, что наконечник заряжен боевым заклинанием. Глава центра раздраженно дернул плечом и ничего не ответил.
Но я заметил у него на запястье тусклое свечение — его браслет тоже был напитан магией. Вот так раз!
— Вы ничего не понимаете! — закричал зеленоглазый. — Вы на их стороне! А этот, — он недобро глянул на меня, — работает на власть и защищает магов! Ату его, ребята!
Группа молодых людей ощетинилась одинаковыми палками с хрустальными наконечниками.
— Используете магию против магов? — в моих руках блеснул медальон, пульсирующий золотыми искрами.
В ту же секунду воздух наполнился вспышками света.
Глава 25
Степан Николаевич Соколов одернул темно-зеленый пиджак и, нацепив самое доброжелательное лицо, зашел в приемную к управляющему в имперском банке.
— Олег Валентинович! — с улыбкой поприветствовал его Степан. — Как поживаете? Как супруга? Дети?
Управляющий удивленно вздрогнул и поднял глаза на гостя. Он никак не мог вспомнить этого молодого человека. Смутно знакомое лицо, вызывало лишь непонятное желание засмеяться.
Вошедший подошел ближе и заглянул Олегу Валентиновичу в глаза. Голова управляющего налилась свинцом, но через секунду возникла приятная легкость.
— Степан Николаевич! — управляющий просветлел лицом. — Рад вас видеть! Все хорошо, спасибо. Вы как? Вам бы отдохнуть, а то что-то вы бледный.
— Да-да, благодарствую, все хорошо, — Степан вольготно устроился в огромном кресле.
— Вы по поводу договора? Все готово, как вы и хотели.
— Да, все правильно, по поводу договора. Собственно, пора уже мне воспользоваться услугами столь величественного банка.
— Прекрасно! Я все лично проверил. Каждый пункт! — Олег Валентинович засуетился, вытаскивая из стола папку с документами. — Открытие счета на ваше имя, никаких налогов и вычетов за услуги банка, а также ежемесячный бонус за то, что вы наш клиент. Это весьма необычно для нас, но раз вы попросили, мы с радостью пойдем вам навстречу.
— Чудесно. Я все же хотел бы еще раз просмотреть все и, надеюсь, сразу же мы с вами этот договор подпишем.
— Понимаю. Это очень полезно, читать все, что написано в договоре.
Он протянул документы и хихикнул.
Степан Николаевич слегка поморщился и углубился в чтение. Впрочем, ему не нужно было этого делать — каждая строчка давно уже выверена в предыдущие визиты. Жаль, что каждый раз приходилось тратить силы и время на это.
Соколов не очень любил бюрократию, но сейчас по-другому было нельзя. В мире людей слишком большое значение уделяли бумагам.
От обилия мелких букв в глазах стало рябить. Степан Николаевич поднял усталый взгляд на управляющего.
— Принести вам отвар? — с улыбкой спросил тот. — У меня есть укрепляющий здоровье с заграничными фруктами! Очень вкусно и полезно.
— Спасибо, не откажусь, — снова погрузившись в чтение, ответил Степан Николаевич.
Олег Валентинович поднялся и лично отправился заваривать чайник. Через минуту в кабинете приятно запахло апельсином и корицей.
Дочитав последние строчки, Соколов глубоко вздохнул и взял в руки чашку. Она тихо звякнула о блюдце.
— Действительно, очень вкусно. Не поделитесь? — спросил он, напряженно глядя на управляющего.
— С радостью! — на стол лег небольшой холщовый мешочек. — Это все мои запасы. Руководитель из командировки привез. Что-нибудь еще желаете?
