Чёрной крепости, стала её кровеносной системой.
Я встал пораньше и бродил по двору, наблюдая, как моя армия изгоев начинает новый день. Каждый человек и не-человек на своём месте, каждый занят делом. Система работала.
Ко мне прибежал и отдал воинское приветствие молодой легконогий гоблин из роты Зойда, из тех, кто охранял ворота Чёрной крепости:
— Командор, всадник у ворот. Один. Говорит, что он королевский гонец. Ворота пока заперты. Что прикажете делать?
— Впускай его и проводи в мой кабинет. Посмотрим, что там за гонец.
Всадник въехал во двор на уставшей серой кобыле. Он был закутан в неприметный плащ путешествующего мага, а его лицо скрывал глубокий капюшон.
Два орка из комендантской роты шагали рядом, с готовностью исполняя приказ по конвоированию чужака к моих покоям.
И когда дверь за орками закрылась, и мы остались одни, в полумраке моего кабинета посетитель откинул капюшон.
Передо мной стоял Эрик.
Чуть постаревший, чуть более заросший, с глубокими морщинами у глаз и серебряными нитями в волосах. Пророчество нашего ротного предсказателя исполнилось вот в такой форме. От короля прибыл не просто какой-нибудь хлыщ, а начальник королевской секретной службы сэр Эрик Гордон Мэнсфилд.
— Эрик, — выдохнул я.
Он криво усмехнулся. Но улыбка не коснулась его усталых глаз, они остались серьёзными и донельзя внимательными. Я некстати вспомнил, что у него тоже есть свой козырный навык, он видит скрытое, видит обман и то, что хотят спрятать.
— Узнал. Хорошо. Значит, память тебя ещё не подводит, сэр Рос.
Он выглядел измотанным, словно проделал весь путь от столицы без сна и отдыха. Его дорогой камзол под плащом был покрыт дорожной пылью.
— Нужно было добраться незаметно. Официальный визит главы разведки в лагерь нашего секретного генерала в сердце Мизатерри вызвал бы слишком много вопросов.
Я указал ему на кресло у камина. Камин уже потух, но я принялся добавлять дрова и раздувать огонь, чтобы дать теплу отогнать зимний холод.
— Присаживайся. Ты выглядишь так, будто за тобой гналась вся королевская гвардия.
Я плеснул в два кубка вина и протянул один ему. Он взял его, но к губам не поднёс. Его пальцы сжимали фужер с такой силой, что костяшки побелели.
— Почти угадал, — глухо сказал он. — Только гнались не за мной, а скорее за тобой.
Он положил на стол небольшой кожаный тубус с королевской печатью. Печать была на месте, я не спешил её ломать.
— Ты даже не представляешь, Рос, сколько врагов ты нажил за полгода жизни в королевстве.
— Добро пожаловать в клуб. А конфликтовать со мной вредно для здоровья. Не веришь? Спроси Крица, личного слугу магистра Торвальда.
— Значит, слухи о том, что ты убил его — правда?
— Ну, если в слухах есть упоминание о том, что он пытался завалить меня, как последнего оленя, а заодно всю моя армию на болотах…
— Королевскую армию, — поправил меня он.
— Да как скажешь. Короче, да, я его убил, чем не горжусь, но и не жалею. А послал его магистр Торвальд, который хотел всё обставить, как спонтанное нападение скелетов. К тому же они хотели ограбить меня.
— Хочешь выдвинуть обвинение?
— Да не особо. Время всё расставит по местам. Что там в тубусе? — спросил я, зная ответ.
Я знал, и он тоже явно знал, хотя послание запечатано.
— Я привёз тебе приказ, — продолжил Эрик, глядя на огонь в камине. — И предупреждение.
— Наверняка ты знаком с текстом. Рассказывай.
— Король Назир устал ждать. Война начинается. И он нашёл для Первой добровольческой армии идеальное применение.
Эрик сделал паузу, придавая своим словам вес.
— Он отправляет тебя и Первую Добровольческую армию Маэна пересечь границу и взять штурмом город Эркфурт в сердце Бруосакского королевства.
Имя города повисло в воздухе, плотное и тяжёлое, как могильная плита. Эркфурт был и городом, и торговлей, и рынком, и чёрт возьми — крепостью. Специфический город, построенный на скалах среди торговых путей, о стены которого разбилась не одна армия.
Дрова трещали, мы оба хранили молчание.
Эрик смотрел на меня, не отводя взгляда. Его лицо превратилось в маску профессионального чиновника, но в глубине глаз плескалась непреклонная воля. Он приехал не как друг, а как вестник неизбежного.
— Самоубийство, — произнёс я тихо, не для него, а для себя. Просто констатация факта.
— Для тебя нет ничего невозможного. Это всего лишь ловкий стратегический ход и дерзкий удар в сердце врага, — поправил он заученной фразой, но голос дрогнул. — Шанс покрыть себя вечной славой.
Я горько усмехнулся. Вечной славой обычно покрывают себя мертвецы. Живым достаются деньги и власть. Или тюрьма и позор.
Эрик, словно угадав мои мысли, полез в свою походную сумку. Его движения стали более официальными, выверенными. Пропал измотанный путник, появился глава королевской разведки. Он извлёк несколько тяжёлых свитков пергамента, скреплённых большими восковыми печатями с гербом секретной службы королевства Маэн.
Он положил их на стол. Это были донесения, сводки, аналитика и карты. Хорошие карты, свежие, сделанные явно его службой. Потом он сорвал печать с тубуса и положил передо мной указ. Пергамент не желал разворачиваться, поэтому он прижал его кубком с вином.
Я отметил для себя, что вина он не отпил ни на глоток.
— Читай! Это больше не разговоры, Рос. Это приказ его величества!
Его Величество Король Назир Четвёртый Великолепный повелевает Первой Добровольческой армии Маэн под командованием герцога Роса Голицына выступить в поход…
Текст был напыщенным и витиеватым, полным упоминаний о долге, чести и королевской милости. Но суть была проста. Через десять дней, прямо посреди зимы, моя армия должна выдвинуться с территории Кмабирийских болот и за два дня достичь границ с Бруосакским королевством. Кстати, это вдвое быстрее, чем перемещается королевская гвардия. Ну да ладно, не будем вдаваться…
К этому времени война будет объявлена официально, но именно нам отводилась гордая роль королевского авангарда. То есть, фактически я и моя армия должны были нанести первый удар.
К основному указу прилагался целый пакет документов. Я разложил их на столе, и комната наполнилась шелестом карт. Подробные схемы пограничья с отмеченными бродами, крепостями и дорогами. Планы вражеских укреплений, нарисованные шпионами Эрика.
Список потенциальных целей.
Эрик поднялся и, склонившись над столом, начал методично объяснять.
То, что он считал важным и то, что он считал, я буду исполнять.
Его палец скользил по карте, превращая условные значки в будущие поля сражений.
— Вот здесь, у Дороги Каменных Пескарей, вы пересечёте границу. Основные силы Бруосакса будут стянуты к западным перевалам, ожидая удара регулярной армии восточнее. Ваш манёвр станет для них полной неожиданностью.
