ему документы.
Он уже знал, что там договоры купли-продажи.
Якобы город Бинндаль, община и его городская казна заплатили за болота и постройки двадцать тысяч серебряных марок (которых у них никогда не было). Это сделано для того, чтобы если завтра король или Кориан захотят «отжать» у крестьян и горожан землю, им пришлось бы заплатить при этом деньги. Возвратить оплату при расторжении договора, поскольку в этих документах было сказано, что я забрал деньги на нужды королевской армии.
Денег на это в королевской казне нет, а когда они будут, уже пройдёт время, и все привыкнут к такому положению вещей. Сейчас Бинндаль получал кучу построек, колодцы и склады для ведения сельского хозяйства и дальнейшего освоения болот. Посаженные магами деревья вырастут за несколько лет, птицы и растения колонизируют болота, за ними придут кабаны, зайцы и волки. Словом, при отсутствии Алтаря жизнь наладится и это станет большим подспорьем для Бинндаля.
А ещё это был толстый намёк на то, что армия не собирается возвращаться в Маэн ни при каком раскладе.
После меня к Юрбану подошёл Зойд и передал связки ключей. Ключи были подписаны, но лейтенант тем не менее рассказал войту, какой ключ от чего и дал какие-то пояснения.
Несколько молодых парней, в том числе из числа гоблинов, набравшись смелости, вышли из толпы. Они хотели присоединиться к походу. Я мягко, но твёрдо отказал. Набор окончен. Армия сформирована, и каждый лишний рекрут-участник сейчас был бы не усилением, а скорее обузой.
Утреннее солнышко освещало нам путь через городок.
Восемь тысяч и восемь сотен воинов.
Не оборванцев, не каторжников, а настоящих солдат в новенькой, продуманной, удобной и прочной полевой форме и вооружённых. Ну, оружие не в руках, доспехи и оружие было в обозе, кто ж таскает его на себе? Но солдаты шли около телег своего обоза так что могли прийти в боевую готовность за несколько минут. Щиты и метательное оружие вообще лежали сверху и были буквально в секундной доступности. Кроме того, авангард и арьергард были вооружены и в доспехе.
Колонна змеилась по тракту, уходящему на юг.
Впереди, на ветру, полоскалось моё знамя. Красный курай, символ единства шести лепестков, на белом поле. За знамённой группой ехал я.
Рядом, как две каменные глыбы, возвышались на своих жеребцах Мурранг и Хрегонн. Чуть позади следовал мой штаб, в том числе и Деций. Ну, вообще-то, я честно предложил писарю уволиться, потому что одно дело скрипеть пером в безопасной глубине болот, а другое — участвовать в боевых действиях, даже если в обозе.
Но старый пьяница остался служить мне, в отличие от десятков инструкторов, которые получили расчёт и помахали ручкой. Ну, в принципе, как и задумано.
Когда мы проходили через сам Бинндаль, улицы были забиты народом. Народ высыпал из домов, дружелюбно махал нам, кричали пожелания удачи. Дети с восторгом бежали рядом со строем, глядя на массивные фигуры троллей, закованных в броню по личному заказу. Каждый из них напоминал ожившую стену форта. Женщины бросали под копыта обозных лошади сухие цветы и махали платками.
Это было странное зрелище.
Обычно уход армии вызывал у мирных жителей облегчение или, напротив — ужас. Нас же провожали как героев, как защитников. Они не знали моих личных истинных целей, но они видели результат моей работы. Народ видел порядок, процветание и силу.
Жители города и крестьяне знали, что болота стали на порядок безопаснее и что не далёк тот момент, когда местные смогут понемногу начать осваивать их как сельхозугодья. Да, сначала пастбища и место для охоты, а потом и фермы с полями подтянутся.
На флангах колонны за пределами города бесшумными тенями скользили эльфы Лиандира, моя дальняя разведка.
Магическая рота, облачённая в тёмные плащи с капюшонами, ехала единым отрядом, окружённая едва заметной аурой силы.
Гномы, орки, люди, гоблины, тролли — все шли в едином строю, под одним флагом. Моим флагом. Моим, а не короля.
Я чувствовал на себе их взгляды. Восемь с хвостиком тысяч пар глаз. Они верили в меня, а не в короля или государство, которое бросило их в тюрьмы. Кстати, там почти не было невиновных, но это никак не отменяло негатив каторжан к Маэну, как государству.
Очень скоро настанет момент, когда я спрошу их, заставлю делать выбор.
Прошли два дня марша, в течение которых мы двигались на юг и если бы кто-то проследил за нашими действиям, то он бы убедился, что мы исполняем приказ и выдвигаемся к государственной границе Маэна и Бруосакса.
Однако очередным утром мы прошли несколько миль по раскисшему тракту после утренней побудки, и наша армия упёрлась в развилку. Место было безлюдным, я даже не стал запускать Птичий пастух, чтобы проверить наличие других странников.
Древний перекрёсток, отмеченный замшелым валуном с вырезанными на нём указателями, которые давно стёрло время.
В принципе направление понятно и без расшифровки надписей.
Левая дорога, широкая и утоптанная тысячами ног и колёс, уходила вниз и вперёд, потом вела к долине реки Талаинны. Это был путь, предписанный королём. Граница проходила по реке. Не знаю, насколько там Эрик говорил правду и объявлена ли война официально, но что точно — наш переход через реку будет актом войны.
— Мурранг, можешь разжечь костёр? Небольшой такой?
Квиз кивнул и хотя он был майором, мог приказывать сотням гномов и не только гномов, но принялся разводить костёр сам.
Сколько времени прошло с тех пор, как братья, отверженные своего народа, присоединились ко мне? И сколько всего изменилось с тех пор?
Через какое-то время костёр начал разгораться.
Армия остановилась громадной колонной. Все ждали и все не задавали вопросов.
Путь прямо вёл нас к переправе, за которой нас ждали леса, поля, болота (может быть, это те болота из предсказания?), полные засад, и в итоге, высоченные гранитные стены Эркфурта. Путь к славной гибели пушечного мяса. Ну или путь внутрь города, который станет нам славной могилой.
Правая дорога выглядела совсем иначе.
Узкая, заросшая, она змеилась вверх по склону, теряясь в серой дымке пустошей. Дорога в никуда. Дорога, которая не была отмечена в королевских картах, но была в картах Эрика.
Ирония. Я воспользуюсь его картой, чтобы не следовать намеченному им пути.
Я выехал вперёд и поднял руку, по моему жесту восьмитысячная колонна замерла как один человек. Ни единого лишнего звука, только облачка пара от дыхания в морозном воздухе. Я посмотрел на своё войско.
Штатгаль. Вороний остров.
Карты я изучил заранее, как и наметил эту развилку,
