Средства консервации и добровольной мумификации мертвяков прошлых лет выпуска 41
Вегетарианское меню для людоеда (12 рецептов приготовления вегетарианцев с капустным листом) 43
Как закапать глазки вашему домашнему василиску. 45
Как овладеть сердцем светлого стража за 3 недели 47
Пирог с цианидом для незваных гостей 51
Секреты проницательного взгляда от Вени Вия. Урок № 2. Для выживших 52
Заточка косы обычным бруском по способу А.П. Мамзелькиной (Внимание! Живым снимки косы смотреть не рекомендуется! Фото Паппы Раццы) 53
– Ага! – пробурчал Мефодий. – Теперь ясно, почему Паппа Рацца везде в черной рамке. Вот она, цена сенсации!
Еще раз просмотрев оглавление, он зачем-то стал искать страницу 47, бормоча, что ничьим сердцем он овладевать не собирается и вообще все это ерунда. Разве можно верить написанному? Разве в журнальчике с таким говорящим названием могут написать что-нибудь толковое?
Во время перелистывания Мефодий случайно наткнулся на короткую заметку:
«Страницы истории
Как известно, около 300 лет назад природный оборотень Изархус бежал из Тартара. В качестве сувенира он прихватил несколько огненноглавых шакалов, которые за сутки почти полностью истребили жителей небольшого города в Северной Италии. С немалыми усилиями шакалы были уничтожены прибывшими по тревоге златокрылыми. Изархусу удалось скрыться, и он был пойман стражами мрака лишь двенадцать лет спустя.
Вопрос в другом: почему огненноглавые шакалы, твари, как известно, ненавидящие все живое и не поддающиеся дрессировке, послушались Изархуса и не разорвали его? Более того, долго пробирались с ним по извилистым тропам геенны огненной и помогли переправиться через Лету. Исследователи магии объясняют данный феномен тем, что оборотни обладают врожденной способностью телепатически управлять поведением примитивных тварей и созданий мрака.
Практикум: При подозрении, что вы имеете дело с оборотнем, следует посмотреть на него через нож, держа его у глаза острием наружу. В этом случае вы имеете шанс увидеть истинную сущность оборотня».
– Кошмарный стиль! Точно из кубиков собрано. Наверняка это писал сглаженный бухгалтер, который в прошлой реинкарнации был поэтом, – проворчал Мефодий.
Он с сочувствием воззрился на оборотня Изархуса, прикованного цепями к фотографии, как Прометей к скале, и все-таки открыл сорок седьмую страницу. На странице – к его удивлению – было немало карандашных пометок, свидетельствующих о том, что хозяйку журнала Улиту по какой-то причине тоже заинтересовала эта статья.
Вы полюбили светлого стража? Что ж, это ваши сложности, и вам их расхлебывать… Тогда имейте в виду, что стражи ценят:
1. Яркие, красивые и неожиданные поступки. Желательно экспромтом. Рояль в кустах или старательно вызубренный с вечера анекдот вызовет лишь вежливую улыбку.
2. Великодушие и доброжелательность.
3. Щедрость, но не пижонство. Сверкать драгоценностями царицы Савской или хвастаться новой многозарядной дудочкой папы – дурной тон.
Еще стражи любят три «когда»:
1. Когда их не перебивают через каждые два слова репликой: «А вот я…»
2. Когда приходят вовремя и уходят чуть раньше срока.
3. Когда у вас есть какое-нибудь дело, занятие или профессия, кроме той, чтобы стоять у стража над душой и постоянно требовать внимания или утешения.
Светлые стражи не переносят:
1. Пустой агрессии и раздражения.
2. Когда их превращают в эмоциональный унитаз для негативных настроений. В частности, ненавидят разговоры о том, что вас не понимают, не ценят по достоинству, загружают и вообще вокруг одни гады, а вы один светлый и чистый. И вообще вас все так достали, что с завтрашнего дня вы начнете подсыпать всем в туфли обогащенный уран.
3. Когда говорят дурное об отсутствующих и комментируют одежду и поведение прохожих и пролетных.
4. Когда дошучивают ногами морально упавших и хамят мертвякам.
5. Когда их достают каждую минуту телепатическими сообщениями или купидончиками.
6. Когда им приносят букеты более чем из 3000 роз. Это усложняет перемещение, может привести к выпадению грыжи и внушает грустные мысли на тему экологии.
Что-то заставило Мефодия оторваться от журнала. Он ощутил беспокойство. Беспокойство было размытым, неопределенным, похожим на зуд после комариного укуса. Мефодий рывком встал, уронив стул Улиты. Должно быть, он опять что-то не то учудил со своей внутренней магией, потому что стул, внешне более чем крепкий, вдруг рассыпался влажной трухой, точно полвека простоял в сырой чаще.
Рука Мефодия скользнула к футляру, открыла его и извлекла меч. Рукоять меча была чуть теплой. Это означало, что меч ощущает постороннюю, подозрительную ему магию, однако магия эта едва ли очень опасна. В противном случае меч разогрелся бы куда больше. Мефодий застыл, прислушиваясь.
Тжжж… тжжжж… тжжж…
Раздавшийся звук был похож на жужжание сверла дантиста. Мефодий с его стойкой памятью на запахи ощутил костяной, тревожащий запах разогревшегося зуба. Прислушиваясь и держа наготове меч, он, крадучись, стал обходить помещение. Наконец он понял, что было источником подозрительного звука – дверь. Дверь мелко, едва ощутимо вздрагивала. Что-то происходило извне, очень близко. В щель под дверью было видно, как снаружи перемещается чья-то сероватая тень.
Руна, ответственная за проход в резиденцию мрака, то начинала слабо золотиться, то гасла. Это говорило о ее замешательстве. Руна явно сомневалась, следует ли пропускать то, что находится извне. Является ли оно своим или чужеродным.
Висельники на холсте с милым названием «Казнь мятежников», который недавно подарил Улите один из ее поклонников, стали со скрипом раскачиваться. Мефодий сделал еще несколько шагов. Меч он держал клинком вперед, готовый как к мгновенному парированию, так и к атаке.
Приблизившись ко входу, Мефодий медленно и глубоко втянул носом воздух, стараясь успокоиться, а затем резко распахнув дверь пинком, отскочил на полметра, готовый к схватке с тем, что сейчас ворвется внутрь.
Однако в резиденцию никто не врывался. Вместо этого через порог медленно и важно перекатилась лысая пухлощекая голова. Взгляд Мефодия с невольной брезгливостью стал искать место отделения от туловища, однако голова была благонадежно круглой во всех без исключения местах. Никакого кровоточащего среза. Совсем непохоже было, что существовало тело, от которого она когда-либо была отделена.
Не обращая внимания на меч, голова подкатилась к ногам Мефодия и остановилась. Ее глаза были полузакрыты. Веки заросли кожей и не смогли бы открыться шире.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
