выдержу и попрошу жениться на мне повторно, но уже как положено: с танцами, песнями, платьем.
– Я по тебе скучал, – сказал он, целуя мои руки. – Боялся, что ты останешься в Ильнюсе и мне придется за тобой ехать и бросить здесь Альфреда.
– Ильнюс – чудесный город. – Я улыбнулась, потупив взгляд. – Там солнечно и тепло, повсюду котики, цветы, яркие краски и лавки с выпечкой и сладостями. Не то чтобы я была обжорой, но от них исходит приятный запах и тянется по улицам.
– Я могу начать планировать наше будущее в Ильнюсе?
Я вскинула голову, перехватила нежный взгляд мужа. Он говорит о нашем будущем… в каком смысле? Мы будем семьей или продолжим притворяться?
– Мне, как выяснилось, тяжело даются такие разговоры. – Его руки крепче сжали мои. – Я не умею проявлять чувства, никогда раньше не приходилось этого делать. Буду краток: я в тебя влюблен и хотел бы изменить наш брачный договор.
– Мы собирались поменять в нем один пункт, – напомнила я.
– Я бы хотел изменить не один пункт, а весь договор. Ты станешь моей женой по-настоящему?
Быть женой чародея – большая удача и неудача одновременно. Не очень мудрые девицы вроде Софии и близняшек Пенроуз спят и видят, как идут под руку с человеком, силы которого хватит, чтобы сломать их, изменить, перевоспитать и управлять как марионеткой. Да, незаконно, но, если чародей захочет вылепить из своей супруги кого-то другого, он сделает это с легкостью. Герцог Хорк прав – ни одна здравомыслящая девушка не выйдет за чародея.
Быть женой чародея – удача, если он тебя любит. Но если нет… ты больше себе не принадлежишь.
Я могу согласиться и до конца жизни быть безмерно счастливой – или же согласиться и попрощаться с собственным разумом, потому что он будет целиком и полностью в руках мужа.
Рио не такой. Он не станет управлять мной так, как ему захочется.
Я смотрела в его глаза, напрасно вспоминая нелепую фразу: «Глаза – зеркало души», и видела в них только печаль и чуточку надежды.
– В Ильнюсе можно купить дом у озера возле леса, – пробормотала я. – И я бы хотела жить в нем вместе с тобой и пауками… Нет, то есть тогда дом нужно побольше, я пока не готова спать в обнимку с этими чудовищами, но если для них найдется собственная комната, то…
Договорить мне не дали. Рио притянул меня к себе, закрывая рот обжигающе горячим поцелуем. Руки скользнули под халат, и меня обдало жаром – я вспомнила, что под махровой тканью ничего нет.
Короткий стон мужа оповестил, что и он это понял. Как в наших руках появился брачный договор и перо, я не заметила, но после вспыхнувших новых подписей документ оказался на полу, а я – на спине, прижатая к кровати телом чародея.
В тот же миг он вдруг сделался мягким, исчезла порывистость в движениях, поцелуи стали осторожнее. Я млела в его руках, ничуть не смущаясь своей наготы, зарывалась пальцами в волосы, касалась губами шеи и еще сильнее распалялась, слыша, как прерывается дыхание Рио в ответ на каждое прикосновение.
Мое сознание потихоньку заволакивалось чарами. Очертания комнаты мерцали, растворялись, сменялись звездами и небом, шелковистой травой и плато на зеленом холме. Я спиной чувствовала кровать, но видела вокруг только холмы. Рио «перенес» меня в другое место, видимо, решив, что скучная спальня не подходит для первого раза.
Мне было все равно где: в спальне, на холме или в коридоре, главное, с ним. Сердце щемило от нежности, счастье затопило меня всю без остатка. Я получила то, чего когда-то желала больше всего на свете, – любовь, настоящую и… правильную. Если бы меня не продали, я бы вышла замуж за кого-то богатого и щедрого, прожила остаток дней, может, и в гармонии, но без любви. А это страшно.
Мы долго лежали под звездным небом, восстанавливая силы. Я прижималась к груди мужа щекой, гладила его кончиками пальцев и с удовольствием отмечала, как его кожа покрывается мурашками.
Я ни о чем не думала, мне было хорошо и спокойно. Не хотелось возвращаться в реальный мир из чародейского, меня устраивала тишина среди зеленых холмов, но остаться здесь насовсем у нас, конечно, не вышло бы.
– Уехать бы далеко-далеко, – прошептала я мечтательно. – Сжечь все зачарованные книги, закрыть лавку, сдать Альфреда императрице и уехать в Леренойс.
– Тебя тянет на самый край мира? – Муж провел по моему плечу ладонью, посылая по телу волну удовольствия.
– Очень. Но я буду рада и Ильнюсу. Главное, подальше от вечной сырости и холода.
– Атали. – Рио привлек меня к себе так, что наши лица оказались друг напротив друга. – Я обещаю выполнить любое твое желание сразу, как только разберусь с Альфредом. Мне жаль, что я впутал тебя во все это.
– Не вздумай винить себя. Кто-то виноват, но это точно не ты. И вообще, если бы ты меня не выкупил из того ужасного места, кто знает, что со мной стало бы? Боюсь представить!
Глаза чародея затянуло мглой, губы сжались в тонкую линию.
– Я разберусь, – тихо сказал он и поцеловал меня в лоб. – Теперь мне есть ради чего стараться.
Он не хотел. Вот в чем причина. Раньше он просто не хотел спасать себя из сетей клятвы, потому что не видел в этом смысла. Оставленный в детстве родителями, позже преданный лучшим другом, Рио в какой-то момент перестал бороться и пустил все на самотек. Связан клятвой? Его руками затевают мятеж? Его казнят, если определят природу чар в книгах? Ему было все равно, а может, он только этого и ждал.
Почему я не замечала, насколько равнодушен Рио ко всему, что его окружает? Он не встречался с друзьями, если они у него, конечно, есть. Не интересовался происходящим в городе – свежие утренние газеты он даже в руки не брал. Не спешил заканчивать ремонт в комнатах, ни разу не заикнулся о хотя бы ближайшем будущем. Я привыкла, что люди постоянно обсуждают будущее: планируют короткие поездки или отпуска, ходят в гости, пишут письма старым и новым знакомым с приглашением на праздники… Вокруг меня всегда была жизнь, а в доме Рио ее нет, потому что сам он не жил, а существовал.
Мне оставалось надеяться, что наш с ним… союз, наверное, так его можно назвать, вернет ему веру в лучшее.
– Мы справимся вместе, – сказала я тоном, не терпящим возражений. – Альфред – просто жук, никчемный и бесполезный, да у него даже магии нет! Ты ошибочно
