class="p1">Я пытаюсь ответить, но не могу дышать. Не могу пошевелиться. И чувствую, как жизнь уходит из меня.
Глава 31
Боль отступает, по телу растекается тепло. Я на коленях у Рафаэля, в его объятиях. Его рука на моем животе, его целительная магия разливается во мне. Сердце бешено колотится, дыхание учащается. Магическое тепло ласкает кожу, и это такое сильное ощущение, что я почти забываю о недавнем ужасе. И почти не чувствую боли.
Рафаэль бледен. В его лице есть то, чего я никак не ожидала увидеть.
Страх.
Значит, он действительно испытывает эмоции…
– Ты в порядке? – Его голос срывается. – Еще болит?
Я качаю головой. Боль превращается в страшное воспоминание и сменяются ощущением тепла, исходящего от кончиков пальцев Рафаэля. Они скользят по плоскости живота, впадинам бедер. Объятия мускулистых рук защищают меня, и я чувствую себя в полной безопасности.
– Как там рана? – спрашиваю я.
Он опускает взгляд на мой живот и убирает руку.
– Стало лучше. Почти зажило.
Его низкий голос рокочет в моей груди, я расслабляюсь в его объятиях. Магия Рафаэля одурманивает. Интересно, она действует так на всех, кого он исцеляет? Или только на женщин, которые понимают, что с ним лучше не связываться, но все равно не в силах устоять?
Рафаэль пристально смотрит на меня, его лицо искажено тревожной гримасой. Наверное, это из-за пропитавшей мою пижаму крови.
– Я в порядке, – повторяю я. Никогда не думала, что мне придется успокаивать Рафаэля.
Он кивает. Я по-прежнему свернулась калачиком у него на коленях, его рука прижимается к моей коже. Тепло пульсирует под его ладонью, заставляя дыхание сбиваться.
– Ты в порядке, – повторяет Рафаэль. Он что, успокаивает себя?
– Может, смыть кровь?
Он кивает и прижимает меня к своей огромной груди.
– Я уже могу ходить, – протестую я.
Не слушая, Рафаэль берет меня в охапку и при этом умудряется одной рукой открыть дверь в ванную. В окна струится лунный свет. Он осторожно укладывает меня в фарфоровую ванну.
– Я… м-м… – Откашливается. – Уже стемнело, но я отвернусь. Я мог бы уйти, но надо убедиться, что ты полностью исцелилась.
На этот раз ледяное спокойствие покинуло Рафаэля: он встревожен. Пока я сижу в ванне, он зажигает на полках несколько свечей. Их теплые уютные отблески пляшут на стенах.
Рафаэль сидит спиной ко мне. Я чувствую приступ боли, когда ворочаюсь в ванне и снимаю пропитанную кровью пижаму и нижнее белье. Бросаю их на пол рядом с ванной, ужасаясь беспорядку. Кровь стекает с пижамы на каменный пол.
Открываю кран, ванна наполняется горячей водой. Пар клубится в воздухе, дождь по-прежнему барабанит в оконные стекла. Здесь так уютно…
– Рафаэль, ты творишь настоящие чудеса… Меня ждала верная смерть.
– Это не мои способности, – бормочет он. – Я всего лишь проводник.
– Ну, если б ты не был хорошим проводником, я бы погибла.
– Знаю, – тихо отвечает он, глядя в стену.
Я смотрю на его широкие плечи и ненавижу себя: так хочется, чтобы он оказался рядом в воде…
Пока ванна наполняется, я плескаюсь в воде, смывая кровь. Провожу пальцами по тому месту, куда меня ранили. Кожа затянулась, стала гладкой. Остался небольшой шрам, и всё.
– Он был магом Завесы, – говорю я.
– Поговорим об этом потом. А пока просто забудь о нем, Ния. Я позабочусь о твоей безопасности. Это было чертовски… – Рафаэль замолкает.
– Никогда раньше не видела тебя взволнованным.
– Слово взволнованный не совсем подходит.
Странно, но сейчас я уже не могу вспомнить, на что была похожа боль, хотя прошло всего несколько минут.
Кровь растекается по воде, я делаю глубокий вдох. Я больше не хочу сидеть в кровавой ванне и встаю во весь рост. Вода стекает по телу теплыми ручейками.
– Не подашь полотенце?
Рафаэль встает, берет с табурета сложенные полотенца – большое и для рук – и протягивает, отведя взгляд. В эту секунду мне почти хочется, чтобы он не был таким джентльменом. Хочется снова почувствовать его руки, оказаться в мускулистых объятиях…
Но правила непреложны.
С помощью губки и мыла я тщательно протираю тело, сливаю воду, вытираюсь и выхожу из ванны, завернувшись в полотенце. Рафаэль встает и потирает лоб, по-прежнему глядя в сторону:
– Можно посмотреть рану? Хочу убедиться, что все зажило.
– Конечно.
Я спускаю полотенце на бедра и оборачиваю вокруг талии. Рафаэль поворачивается, как подкошенный падает на табурет и пристально смотрит на меня. Мои соски, еще влажные после ванны, набухают в прохладном воздухе. Взгляд Рафаэля медленно скользит по моему телу от обнаженной груди к животу. Он сидит, а я стою, но он настолько крупнее, что мы почти одного роста.
Рафаэль нежно касается моей талии и проводит пальцами вниз по животу. Я чувствую, что он по-прежнему лечит меня, – теплая магия ласкает кожу.
– Совершенство… – бормочет Рафаэль, встречаясь со мной взглядом. – Ты само совершенство.
Он смотрит на меня, и его зрачки расширяются. Мое сердце бешено колотится. Не забывай, кто он, Ния. В глубине души он сердцеед, неспособный совладать с собственными эмоциями.
Достаточно одного пронзительного взгляда серебристых глаз, чтобы по моим венам растекся жар. Я забываю, что Рафаэль когда-то давно бросил меня: от его прикосновений все мысли об осторожности улетучиваются. Он притягивает меня ближе – совсем чуть-чуть. Следующее, что я помню: я опять у него на коленях. Его рука возбуждающе поглаживает мне шею сзади. В это мгновение я почти забываю о трупе мага в комнате и о многолетней ненависти к этому великолепному мужчине. На уме только одно: от исходящей от его мощного тела силы перехватывает дыхание. Дело не только в его внешности, но и в нем самом. И в том, что моя рана выбила его из колеи. И в том, что в его броне наконец появилась брешь…
Я прижимаюсь к нему, свободно обернув полотенце вокруг бедер. Рафаэль наклоняется, его губы приближаются к моим. Его магия ласкает мое тело, а горячий прилив силы омывает каждый дюйм обнаженной кожи. Рафаэль запускает пальцы в мои волосы, оттягивая голову назад, с судорожным вздохом прижимается теплыми губами к моим, и меня переполняют свет и тепло. Мои груди касаются его мощной груди, и где-то глубоко внутри я чувствую боль. Его язык скользит по моему языку. Я провожу рукой по накачанному прессу, ремню на брюках. Рафаэль стонет.
Он целует меня глубоко, доводя чувственными движениями языка до того, что мне хочется сорвать с него одежду. Одной рукой зарывается в мои волосы, другой обнимает за талию – осторожно, словно
