уничтожение этой планеты. Рассматривая округу, мы видели, что для полного сокрушения таким способом потребуется очень много времени. А потому было принято такое решение – взять на эту битву зеленокожих, чтобы окончательно укрепить в умах некоторых из них, что пора перестать полагаться на их пантеон и действовать самим. И тогда у них откроется возможность для того, чтобы стать совершенными. Тогда из них изгладится тот единственный недостаток, который владеет ими – они перестанут быть фанатичными.
Даже когда опускалась ночь, подножие продолжало оставаться тёплым. Сик’хайи не нуждались во сне. Конечно, они могли спать, чтобы восполнять свои силы, но сейчас эти самые силы у них не тратились, а потому никто и не думал отдыхать. Шелест раздвоенных языков не смолкал даже с наступлением сумерек. Даже когда они, задрав морды, глядели на звёзды, их речи не унимались. Клиша продолжала искать Шумниша, будучи уверенной в том, что он не мог пропустить собрание, организованное союзниками из потустороннего мира, а также обязательно выбрал участие в военном походе вместо того, чтобы находиться со старообрядцами, потому как сам не верил в существование богов, ведь посвятил большую часть своей жизни техническому прогрессу, а не почитанию несуществующих великих. Однако девушка уже изрядно поднадоела всем со своими расспросами, но останавливаться на собиралась.
Утро окрашивало небеса на востоке зелёным оттенком. И по мере того, как само светило показывалось из-за горизонта, зелёный переходил в синий, который ближе к полудню окрашивался красным. И только в эту пору чупирога оставила поиски своего друга. Она поравнялась с Калистис и поинтересовалась, не может ли она как-нибудь при помощи своих сил определить, где сейчас находится бывший аскеданец. Бессмертная лишь отвечала ей, что среди 2 351 выжившего зерталамутца этого сик’хайя не было. Как предположение, может быть такое, что он решил последовать за ней, использовать портал саткаров и оказаться на планете людей, однако у него это не получилось, так что теперь он либо мёртв, либо одержим. Такое предположение напугало Клишу, однако она успокоила саму себя тем, что предположила, будто бы есть третий вариант – он жив и просто очень осторожно охотится на саткаров. Калистис не стала говорить о том, что вероятность одному сик’хайю выстоять против саткаров ничтожно мала, иначе это подорвёт её боевой настрой. А сейчас она была настроена обнаружить своего друга и сделать всё, чтобы прогнать саткаров из этого мира.
Прошло четыре дня, и сик’хайи стали замечать, как расходятся их дороги. Постепенно четыре отряда брали разные направления, двигаясь к разным местам. Три КРЭЛа уже отчётливо были видны в небесах. Четвёртый пока что находился далеко за горизонтом. Однако Неис неустанно продвигался в том направлении.
Ещё через два дня их дороги окончательно разошлись, так что соседи могли видеть друг друга лишь как еле различимые точки на горизонте. Голестис повернул на юг-юго-восток и направлял своих сик’хайев к тому кристаллу. Залдуонис вёл свой отряд на юго-запад, к кристаллу, что нависал над той местностью. Неис шёл на запад-северо-запад. Калистис взяла курс на северный кристалл реконгеации. Каждый бессмертный предупредил своих подопечных, чтобы те были внимательны, ведь они уже достаточно глубоко вошли в земли, занятые саткарами, а потому их тут можно повстречать с большей вероятностью.
Ещё через день войска потеряли друг друга из виду. Голестис оказался в местности, которые можно было бы назвать полями, потому что здесь было много травы, которая выглядела как засохшие веточки, торчащие из земли. Изредка попадались белоснежные кости огромных размеров. Сик’хайи говорят, что раньше тут паслись шураги, но саткары истребили их достаточно быстро, потому что динозавры не понимают, что такое опасность, а потому лезут в бой, совершенно не беспокоясь о собственных жизнях. Если видят врага, исполины не станут рассматривать их, чтобы понять, удастся ли им победить – они просто нападут. Вот так и получилось, что этот вид сик’хайев вымер первым после пришествия саткаров. Здесь ощущалось присутствие проклятых. А потому предводитель велел всем хранить бдительность и почаще озираться по сторонам. Любой блеск огня им нужно было воспринимать как угрозу и тут же оповещать об этом остальных. Любые звуки исчезли. Двуноги начали ступать осторожно, но при этом не теряя скорости, речи прекратились совсем. Наступила полнейшая тишина. Голестис чувствовал, как к ним стягиваются саткары со всех сторон, однако все они были ражгарами и мигами. Среди них не было раждалодов и тем более тирфов, а потому был уверен, что зеленокожие справятся с противником без его вмешательства. Безмолвие сохранялось достаточно долго, пока один из сик’хайев не поднял тревогу. Он увидел, как справа к ним приближается огонь. Все тут же устремились туда, чтобы встречать врага. Однако разорад напомнил, чтобы они продолжали хранить бдительность. Это подействовало как надо, так что группа зеленокожих приготовилась встречать замеченного противника, когда как остальные сосредоточились на поиске других. Так что постепенно тревога была поднята со всех сторон. Голестис планировал в этом сражении участия не принимать, оставив саткаров на растерзание своему грозному воинству. Подавляющее большинство зеленокожих было вооружено зазубренными церемониальными кинжалами. Да, раньше это являлось религиозным предметом, однако сейчас клинки были просто оружиями, и ящеры не придавали им никакого значения. Некоторые в руках сжимали копья. И лишь семеро готовы были сражаться голыми руками и клыками. Конечно же, это сражение было не таким идеальным, как хотелось самим сик’хайям. Боевой раж, неуверенность, а также волнение заставали их забыть обо всём, чему их учил Залдуонис. Так что они допустили никоторые ошибки. Но потерь удалось избежать, потому что сик’хайи имели численное преимущество над противником и просто-напросто задавили их количеством. Три ражгара и пять мигов не успели никого ранить или сделать одержимым. Да и саткары тоже в этом бою показали себя с не лучшей стороны, подумав, будто бы сик’хайи были и остаются лёгкой добычей, будто бы достаточно будет лишь яростного натиска, чтобы постепенно поглотить это воинство. Миги решили перед тем, как вселяться в свои жертвы зачем-то сначала поиграться с ними, из-за чего быстро лишились своих жизней. Больше возни было с их крупными сородичами. И хоть ражгары успели понять, что недооценили своего противника, но было уже поздно что-то менять. Сик’хайи догнали их и предали праху их зеражи. Битва закончилась всеобщим ликованием. А после того, как хоровое шипение завершилось, Голестис принялся рассказывать им, в чём заключались их ошибки.
Залдуонис продолжал шествовать по равнине, пока его отряд не настиг огромное пепелище – место, некогда бывшее поселением сик’хайев. Зора позволял видеть, каким оно было до того, как
