и кололи его плоть своими малюсенькими кинжаликами. Но всем сик’хайям на нём места не хватало, а потому больше половины бегало у него по под ногами. И так продолжалось какое-то время, но ничего не менялось. Двое из сик’хайев прибежали к Калистис и стали жаловаться на то, что врага невозможно одолеть. Мрачный голос бессмертной сказал, что им нужно прорубиться сквозь этой кучи плоти к самому сердцу – к раждалоду, который слепил этот ком вокруг себя и теперь управляет им. Разорад сказала, чтобы они доверились своим чувствам и пытались ощутить, где именно засел саткарский чародей, чтобы добраться до него и сразить. Сик’хайи немного омерзились этому, ведь очень ярко представили, как они будут снимать с этой громадины шкуру, как будут прорываться сквозь его внутренности. Это же такая жуть. Но делать было нечего, так что они вернулись к своим, чтобы рассказать об этом. Когда сик’хайи поняли, что нужно делать, бой начал сдвигаться с мёртвой точки. Те, кто карабкались по нему, со всем неистовством вонзали свои кинжалы в те места, где саткары срослись между собой, потому что там виднелся явный зазор, а, значит, в том месте можно легко проковырять. Прорезав небольшой отрезок сик’хай вкладывал кинжал себе на пояс, ухватывался обеими руками за край саткара и начинал отрывать его. Звуки рвущейся плоти разбавлялись явно криками агонии самого аздуна. Плоть рвалась по контуру саткара, однако это уже был не саткар. Его пальца срослись между собой, лица не было – просто кусочек кожи, как мозаика на витраже. Порезав так немного, сик’хай приготовил себе место, чтобы продолжать ковыряться гораздо глубже. Некоторые не выдерживали этого процесса свежевания и спрыгивали с громилы. Остальным это также было неприятно делать, но они понимали, что нужно положить конец существованию этой мерзкой твари. Аздун продолжал крутиться, топтаться на мете и вопить, но куски плоти продолжали падать наземь.
Через какое-то время исполин уменьшился до таких размеров, что уже не мог стоять. Упав, он пытался кататься и барахтаться, но сик’хайи навалились на него и придавали своим весом и своими силами. Так что несколько продолжали расковыривать его и вскоре добрались до раждалода, который тоже имел жуткий вид – его руки, ноги и голова срослись со всем этим телом, так что он перестал быть личностью – просто тело. Четыре кинжала нанесли ему достаточно повреждений для того, чтобы он помер. Огненный дух взметнулся ввысь и, крича от боли, истлел, как и всё огромное тело. Не осталось даже лоскутов его плоти, которые сик’хайи отрывали. Когда воцарилось безмолвие, никто не хотел его прерывать. Каждый сидел и продолжал видеть перед собой это жуткое зрелище. Сложно было принять то, что они сделали, но ещё сложнее было понять, как на это могли пойти саткары. Десятки ражгаров и мигов пожертвовали своими жизнями для того, чтобы один стал каким-то чудовищем, чтобы срастись всеми своими конечностями с этим туловищем и стать бесполезным куском непонятно чего. Да каждый раждалод в роли чародея гораздо более эффективен, нежели в обличии этой неповоротливой твари. Калистис разорвала тишину:
- Этих существ зовут аздунами, что с древнего наречия можно перевести как «нас много». И да, как вы видели, этот саткар получается путём сращивания в единое целое других саткаров. И то, что его эффективность крайне сомнительна, показывает, что владыки-саткары, которые придумали это, сами пока что ещё испытывают его. Всё, что вы делали, было мерзко. Но таким образом вы увидели, насколько мерзки эти существа. Аздуны являются хорошим отражением сущности проклятых. Они готовы пойти на гнусные поступки, не станут щадить ни слуг, ни противников. От них не нужно ожидать пощады. Они отнимут ваши души, а тела используют для других мерзостей. Но в сражении против них есть одна очень горькая ирония: когда вы теряете свои жизни, это конец; когда жизнь теряет саткар, его огненная душа возвращается в их родной мир Хор, и кто-то может вернуть его жизнь обратно. Поэтому в сражении с ними нужно проявлять хладнокровие и стремительность. Возможно, этих саткаров, который мы только что уничтожили, уже готовят к воскрешению их владыки Кальдебарсон и Аббалитон. Поэтому нам нельзя медлить во всех смыслах этого слова.
Сик’хайи поняли эту мысль, хоть и в очередной раз ужаснулись оттого, насколько ужасно их положение. Успокаивало только лишь то, что с ними идёт такая могущественная союзница, а потому они тут же были готовы продолжить свой путь. Калистис указала на КРЭЛ и сказала, что осталось совсем недолго. Если поднажать, то они настигнут саткаров к ночи, когда скрываться будет легче.
Клиша обратилась к предводительнице с вопросом:
- Ты думаешь, Шумниш всё-таки погиб?
- Нет. Мы осмотрели ваш мир и не нашли его души. Либо он жив и скрывается, либо он одержим.
Сердце сик’хайки ёкнуло от последнего предположения, но она предпочла принять вариант с тем, что он всё ещё жив, просто где-то скрывается, хотя и сомневалась, учитывая то, через что они прошли.
Ночью саткаров было видно, как на ладони. Их было много. По сравнению с 246 сик’хайев Калистис 329 проклятых выглядели более устрашающими.Более 200 мигов, около 100 ражгаров и порядка 30 раждалодов. Когда зеленокожие услышали эти цифры, они поддались страху и просили, чтобы Калистис вызвала подкрепление. А ведь она не сказала им, что из-за воздействия КРЭЛа все саткары становятся сильнее. Но бессмертная отвечала, что при правильном планировании и хорошем надзоре даже меньшинство способно одолеть большинство. Тем более, когда с ними она. Разорад поможет. В эти слова они поверили, а потому стали теперь внимать тому, что она скажет.
«Каково наше преимущество над ними? Неожиданность. Они не знают, что мы приближаются к ним. Они расслабились и ждут, когда этот кристалл сделает своё дело и разрушит эту планету. И вот, пока они расслаблены, а, самое главное, даже понятия не имеют о нашем присутствии, можно взять их в кольцо, а после этого выступить по всей ширине. Им покажется, что враг нескончаемым потоком лезет на них со всех сторон. И это собьёт их с толку. В такие моменты действуйте решительно, уничтожая сначала мигов, потом – раждалодов, а после – ражгаров. Пока они соберутся с силами и наберутся храбрости, уже вас будет большинство. Продолжайте придерживаться правила истребления, о котором вам поведал Залдуонис, вы одержите победу. Но, чтобы враг находится в смятении как можно дольше, я наведу на них ужас. Запомните: когда услышите слова «Шидабе́х, укрой своим саваном!», выступайте, не бойтесь»
Сик’хайи решительно кивнули на
