Залдуониса, вначале уничтожил КРЭЛ, а после возглавил сражение с саткарами, что нежились в лучах его энергии. Чем эта битва отличалась от всех предыдущих, так это тем, что здесь сик’хайи всё-таки повстречали свои сородичей, которых саткары обратили одержимыми. Но они были готовы к этому, потому что бессмертный предводитель заранее предупредил их о том, что они столкнуться с саткарами внутри бывших сик’хайев. Он сказал, чтобы они их не жалели, а уничтожали столь же нещадно, как и всех остальных, потому что от сик’хайев в них ничего не осталось. Это было легко представить, но гораздо сложнее исполнить. Пока отряд стоял и ожидал уничтожения фиолетового ромба в небесах, они пытались в своих головах нарисовать это столкновение с одержимым. И в таком случае они просто понимали, что перед ними не брат, а враг. И, как следствие, кинжал легко пронзал тело, внутри которого уже давно жил не сик’хай, а саткар. Однако стоило им начать истребление пламенных отродий, как эти самые встречи, к которым зеленокожие готовились так тщательно, вызывали ступор. Они смотрели на то, как в панике бегают хвостоноги и двуноги, и не могли поднять на них руки. Всё-таки представлять что-то и видеть это перед собой – совсем разные вещи. Если сик’хайи могли, они старались избегать убийства одержимого, отыскивая другую цель для своего удара. Но всё же некоторым хватало духу сразить саткара в теле своего сородича. В таком случае, корчась в мучениях, сик’хай с огненными зрачками рассыпался в прах, а следом за плотью в прах обращался и огненный дух. Да, саткар пробыл достаточно долго в теле ящера и слился с ним в единое целое, так что от сик’хайя в таком одержимом оставался только лишь внешний облик. Погибая, такие существа не оставляли после себя мёртвое тело, а рассыпались в пепел.
Истратив на это сражение чуть больше половины ночи, сик’хайи всё-таки завершили его. Однако никто не торопился праздновать победу. От увиденного в их головах зародились тревожные мысли. Они осознавали, насколько хрупки их ничтожные жизни. Вот, на поселение погонщиков напали саткары, поработили всех до единого, а после этого использовали как одежду – просто облачились в них и сражались сейчас. Каждый в тот миг подумал: «А ведь это мог (или могла) быть я» Но, как и у Залдуониса, бывшее поле сражения было только лишь усеяно пеплом погибших саткаров – мёртвых сик’хайев тут не было. Голестис, как и два других предводителя, решил вывести для своих подопечных ценный урок из всего этого:
- У саткаров нет бога, но есть владыки, которые имеют над ними огромную власть. Они разделяют эту власть и собственную силу со своими служителями. Благодаря этому они сильны. Они служат своим господам и совершают то, что тем угодно. И хоть великий Йор проклял их, оставив на произвол судьбы, они не возносят ему мольбы, потому что он их не услышит, не ответит, не направит, не благословит. Они стремятся снискать благоволение в глазах тех, в отношении кого они уверены, чьи действия они видят. Ведомые Кальдебарсоном и Аббалитоном, они вершат то, что им угодно. У вас же нет господ и богов. Вы очень долгое время возносили к ним свои мольбы, приносили изобилие жертв, ждали, когда они обратят на вас внимание и будут с вами. Но ответа не было. И всё же, несмотря на это, вы продолжали служить, поддавшись слепому фанатизму. Сегодня вы увидели тех, кто благословлён своим покровителем. Увидели, на что они способны, познали, какие возможности перед ними открываются. И даже то, что от некогда многочисленного народа вас осталась всего-навсего незначительная горстка, говорит о величии тех, кто идёт во имя живых владык. Пусть это станет для вас очередным показателем того, что над вами нет богов, что вам нужно перестать полагаться на пустое и ожидать, пока это самое пустое даст вам нечто стоящее. Когда вы отвергнете слепой фанатизм, тогда вы начнёте стремление к величию.
Сик’хайи, конечно же, принимали то, что говорит Голестис. А потому некоторые стали интересоваться богами и, конечно же, спросили, какому богу служит бессмертный. Его ответ ничем не отличался от объяснений, которые в отношении Бэйна дали Калистис и Залдуонис. Все они прекрасно понимал, о какой именно жертве богу из Пустоту идёт речь. Они должны отдать не просто свои жизни, но нечто большее – само определение жизни, пожертвовать всеми признаками жизни и навечно обратиться в существо смерти. Ужасающее и могущественное, но в то же самое время, лишённое эмоций и чувств, не способное порадоваться свои достижениям и насладиться собственным триумфом, для кого исполнение воли великого станет смыслом жизни и единственным правильным путём. Всё потеряет смысл и ценность. Не будет больше «хочу», останется только лишь «надо». Обращённый в смерть и облачённый в Пустоту сик’хай перестанет быть сик’хайем – сыном бога. Он станет разорадом – созданным из смерти. Безмолвие опять восторжествовало среди зеленокожих, и тихий мрачный голос Голестиса велел им отдохнуть перед тем, как отправиться в долгий путь до следующего КРЭЛа.
Итак, три КРЭЛа были низвергнуты. Воинства саткаров, находящихся под воздействием энергии от этих кристаллов, были полностью разбиты, и даже аздуны, выведенные специально для этих боёв, были бесполезны. Само собой, тирфы, которые поставлены руководить всем этим проклятым отродьем Хора, знали о том, что тут происходит. А потому готовились дать отпор сик’хайям. Конечно же, до них дошли известия о том, что там, на человеческой планете, их сородичи встретили сильное сопротивление со стороны бессмертных, а потому тирфы были уверены, что эти ничтожные сик’хайи не иначе как идут вперемешку с нежитью. И первая встреча с одним из них оставалась лишь вопросом времени. Они смотрели и видели, какие именно кристаллы выходят из строя, а потому по аналогии смогли понять, куда мы ударим в следующий раз.
Неис и его сик’хайи приближаются к очередной стоянке саткаров. КРЭЛ уже отчётливо виден над этим местом. И огромнейшая толпа краснокожих собралась там. Но, что отличало это место от других трёх, так это не только огромное количество врагов, но и присутствие тирфа. Используя свою власть над сущностью, он увеличился в размерах, чтобы выглядеть более внушительно, и повис над своим воинством прямиком в невидимом луче КРЭЛа, чтобы саткарская энергия подпитывала его и даровала излишек сил. Сик’хай, глядя на это, изумлялись и трепетали. Да, на них величие сущности произвело впечатление. Но против нас такое было бесполезно. Мы глядели на его рубежи сущности и видели, что не так уж он и
