богов. Чародеи откровенно изучали этих существ, задавая им различные вопросы, касающиеся рациона их питания, повседневными делами, их физиологии, также – куда ж без этого? – их интимной жизнью и размножением. Сик’хайи же не стеснялись обо всём этом рассказывать, потому что полагали, что среди других народов принято интересоваться всем этим. Более того, участь у сенонцев, рептилии сами задавали им точно такие же вопросы. Клиша так вовсе, отвечая Реа́ту, сказала, что обо всём этом и даже ещё более подобных сведениях можно прочитать в книгах «Анатомия хвостоногих сик’хайев» и «Анатомия двуногих сик’хайев». Реат удивился:
- Не знал, что ваш народ пишет книги! Я думал, что все свои знания вы передаёте в устной форме.
- Именно так. Но аскеданские сик’хайи устали уже рассказывать другим народом о том, как мы живём, из чего состоим и каким образом спариваемся, так что написали книгу и всегда ссылались на неё.
- А у вас есть такая книга? С удовольствием почитал бы о вас.
Клиша тяжко вздохнула:
- Может, у Шумниша и была. Я не знаю. Но он недавно исчез, и спросить его об этом невозможно. Пока что невозможно.
- Отличный настрой. Рано хоронить друга, пока не станешь свидетельницей его смерти.
- Да-да, но вот только я уверена, что Калистис думает иначе. Она сказала, что среди мёртвых его нет. Поэтому либо он жив, либо стал одержимым. Я склонна думать о первом, когда как она, как мне кажется, допускает больше вероятности второго.
- Не унывай. Пока не увидишь его с огненными глазами, не соглашайся на это. Разорад тоже не всеведущ. Уверен, и они могут ошибаться.
Сик’хайке от этого, конечно же, стало легче. Однако неподготовленное сердце получает в два раза больше ущерба.
Таким образом отряды зерталамутцев, возглавляемые бессмертными, всё дальше отходили от своих родных мест. Конечно, всё это сик’хайи ещё считали своими землями, потому что многие путешественники уходили довольно далеко от Гундуша и даже основывали перевалочные пункты, где они в следующий раз могли остановиться и немного передохнуть от своего долгого путешествия. Отряды, конечно же, такие пункты настигали, точнее, настигали то, что от них осталось. Пепелища и хотя бы одна пентаграмма были обязательными признаками таких мест. И ни одного мертвеца. Даже ни одной души. Саткары не убивали сик’хайев – они их отлавливали, чтобы делать одержимым. Однако ни в одном из отрядов проклятых, что встречались на пути бессмертных, не было обращённых ящеров.
Следующий КРЭЛ был уничтожен Залдуонисом. Используя тактику, которую уже испытала Калистис, его отряд сик’хайев таким же образом напал на скопление проклятых ночью, окружив их со всех сторон, так что саткары подумали, будто бы человеко-ящеров бессчётное количество. Но только он не стал преподносить урок смерти, как это сделала Калистис. Он обратился тенью Пустоты, вошёл в измерение кристалла реконгеации, победил стража и сокрушил источник гибели планеты. Бессмертный саткар обусловился со своими подопечными, что сигналом к нападению будет разрушение КРЭЛа. И вот, они, пребывая в боевой готовности неустанно глядят на кристаллических объект, зависший в небесах над ними, ожидая, когда же он развалится по частям. Они даже старались не моргать в этот момент, чтобы не пропустить это событие. Долго ждать не пришлось. Светящийся фиолетовым свечением ромб исчезает, и всё воинство, как один, устремляется на саткаров, которые ничего даже не подозревают. А, как только они опомнились, тут же были объяты смятением. Как и в случае с Калистис, пламенные отродья Хора принялись метаться из стороны в сторону, ища укрытия, однако везде и всюду встречали только лишь зловещие жёлтые зрачки, сияющие во тьме ночной. Кинжалы и когти разили саткарскую плоть, возвращая их ничтожные зеражи обратно в Хор. А сражающийся среди них Залдуонис сеял не просто панику, а самую настоящую паранойю, взращиваемую аурой страха, что распространял бессмертный. Саткары боялись уже не только жутких морд сик’хайев, но буквально собственной тени и друг друга. Так что очень скоро, преодолевая собственный страх, они обратились друг против друга. Первыми пали чародеи в основном от лап собственных союзников. Следующими исчезли миги, потому что, согласно тактике Залдуониса, с ними нужно было разобраться раньше всех. И остались только ражгары, которые мало того, что убивали друг друга, так ещё истреблялись сик’хайями. Из-за всего этого сражение закончилось в середине ночи. Сик’хайи огляделись – и вот, они оказались посреди пустой равнины, усеянной прахом от истлевших врагов. И ни одного трупа сик’хайя не было вокруг. Ликующее шипение не смолкало достаточно продолжительное время. Никто не мог сдержать благодарности. И всё же, когда тишина, наконец-таки, восторжествовала, Залдуонис обратился к ним с речью:
«Вы победили, потому что полагались не на пустое место. Вы – разумные существа, способные мыслить и планировать. Только лишь благодаря вашей слаженной тактике, благодаря вашим совместным действиям и благодаря вашей собственной силе, направленной на одно дело, вы смогли победить. У вас есть герой Зерталамута – Яшуг Тутарош, знаменитый тем, что в нём пробудился дар бога ярости. Из-за этого он укрепился в своей фанатичности и стал почитать своего кумира настолько сильно, что его ярость начала угасать. Так оглянитесь же вокруг: где Тутарош? Где бог ярости? Разве он в эту ночь поверг саткаров? Разве он отличился своей неиссякаемой яростью в этой бою? Нет и нет. Имея эту силу, ничего с ней не делает. Никуда не направляет. Он не приносит никаких результатов. Фанатизм затмил его рассудок. Не позволяйте себе подобного. Очиститесь от этого порока. Возвысьтесь над самими собой. И, может быть, вы познаете свою мощь. Ваш пантеон пуст. Нет никого над вами. Хватит ждать знака, хватит искать благословений. Когда вы отстранитесь от того, что пусто, тогда ваши дела станут приносить плоды. Ведь не счесть, сколько восходов и закатов вы приносите жертвы своим богам, но не получаете от них ничего. Над вами никого нет. Поймите и примите это, чтобы начать путь к возвышению».
Конечно же, его слова породили великое множество вопросов. Как было и у Калистис, кто-то спросил, а какому богу служит Залдуонис. Но, как и она, саткар-разорад отвечал, что богу из Пустоты сик’хайи не смогут служить. Ещё немного удовлетворив их любопытство, он сказал, чтобы они отдыхали, потому что впереди их ожидает очень долгая дорога до следующего КРЭЛа, так что им пригодятся все силы.
Не успел Залдуонис повергнуть этот кристалл реконгеации энергии леднорала, как ещё одну победу одержал Голестис. Уподобившись Калистис, он вместе со своими сик’хайями дождался наступления ночи, а потом, взяв пример с
