— О, нет. — Нэд закатил глаза. — Если я с самого начала буду заниматься залом, того, что произошло сегодня, не произошло бы вообще, и качественным облагораживанием помещения занимался бы персонал. Сегодняшний эксцесс — плоды дебильной безответственности и неумения кое-кого читать договор, прежде чем ставить на нем свой крючок.
— Ну ничего, ты его точно прочитаешь. — Грейвс прищурился. Он не хотел показывать, но последняя фраза Ротмана его слегка задела. — Извини еще раз, Одри, давно ждешь? Хочешь чего-нибудь выпить? Я помню, я глинтвейн обещал. — Он оперся рядом с девушкой и облегченно заулыбался.
— Я тоже выпью. — Тут же выдал Нэд, сомкнул веки и стал практически рядом.
«Иди пей из унитаза, токсичный ублюдок» — очень хотел сказать Артур, но силой воли себя сдержал. Наверняка тот широченно усмехнется в ответ и выдаст не менее мерзкое пожелание, а продолжать этот балаган на глазах у спутницы не хотелось. Еще не известно, кто выйдет победителем в финале обмена унижениями, и не будет ли сам Грейвс смотреться при этом плохо.
Одри уныло вздохнула.
Вечер только начинался.
Она чувствовала на себе взгляд начальника, а по спине ползли неуютные мурашки. Чувствовала, что он рассматривал её профиль, и даже не заметил, когда ему подали стакан с виски. В конце концов, Элс набралась сил, искоса глянув в его сторону. На что он уставился? У нее что, рога выросли?
— Ты очень милая. — Тихо сказал Нэд, поймав этот взгляд. — Очень… красивая. — Мужчина внимательно рассматривал блестящие губы, прямой нос, распахнутые глаза, затем вновь возвращался к губам.
— Спасибо. — Прохрипела Одри. Вино больше не лезло в горло.
— Мог бы позаботиться о том, чтоб и у тебя была спутница. — Цедил Грейвс, прищурившись. — А топтаться возле моей не надо.
— И кто мне запретит? — Ротман жутко подняла зрачки на собеседника, но они тут же скрылись за белыми бликующими стеклами тонких очков. — Ты, что ли?
— Од, идем в зал. — Продолжал цедить Артур. — Твой начальник еще не пил, но он пьян заочно. Пьян по жизни. Пошли отсюда, позже что-нибудь выпьем. — Он протянул девушке руку, и та послушно её взяла. Их проводил испепеляющий, просто убийственный взгляд человека, который сжимал стакан, и едва не был готов плеснуть его содержимое на бывшего друга.
Музыка становилась немного громче. Многие уже побросали фанты, брали со столов закуски на шпажках и, запивая алкоголем, совали их к себе в рот. Закусок было столько, и они пахли столь аппетитно, что иногда Элс чувствовала скользящий запах сыра и оливок. Живот подводило от голода, хотелось что-нибудь взять, но она, почему-то, ни слова не говорила об этом своему мужчине.
— Станцуем? — Грейвс с улыбкой взял её руку, чуть приобнял, и стал раскачивать в такт музыки. — Надеюсь, твой шеф найдет себе компанию со стаканом виски. Не знаю, как его терпят работники. Наверно оттого, что он вечно сидит в своем кабинете, а поручения, в основном, шлет в чат. Письменная форма слегка сдерживает этот разящий радиационный фон.
— Хочешь поговорить о Ротмане? — Одри с грустью подняла глаза. Она совсем не так представляла себе этот вечер, совсем не так…
— Ахах, извини. — Артур сконфуженно улыбнулся. — Он маячил у меня перед глазами сегодня пол дня, вот и скопилось. Ладно, не важно, не бери в голову. Лучше расскажи, как тебе вечер? Пробовала что-нибудь? Говорила с коллегами?
Элс даже сквозь зал ощущала, как за ней наблюдали два внимательных, серо-голубых глаза. Она пыталась скрыться в толпе, пыталась встать за еще какой-нибудь танцующей парой, но все бесполезно. За ней как смотрели, так и продолжали смотреть, от этого чувства хотелось провалиться сквозь землю.
— Говорила только мельком. — Продолжала диалог девушка. — Смотри, какая елка. Похожая в моем родительском доме стояла, в детстве. По-моему, там даже некоторые шарики были типа таких. Пустые, из металлических завитков…
— Да, они довольно старые, наверно, такие и были. — Грейвс кивнул, затем улыбнулся и наклонился над спутницей. — Слушай, Одри, поцелуй меня.
— Что? — Она негодующе подняла брови.
— Поцелуй, Ротман смотрит. Пусть захлебнется своим ядом.
— Ну я… как бы. — Элс сконфузилась. — Ты же сам говорил, что у них с твоей сестрой разлад, ну так и… зачем продолжать это все? Какой смысл?
— В том-то и дело, что просто разлад. — Артур недобро прищурился. — Нужно закрепить результат. Поцелуй меня, это так сложно? — Мужчина поднял одну бровь. — Я что, ни на процент тебе не симпатичен?
— Симпатичен. — Пробубнила Одри. Её спутника действительно нельзя было назвать некрасивым. Он отлично выглядел, хорошо держался и довольно приятно пах, вот только… было одно очевидное «но». Девушка его не любила. И каким бы он не был привлекательным, это не трогало, как и не трогали мужчины с обложек женских журналов.
— Давай я тебе помогу. — С хриплой улыбкой сказал Грейвс, медленно наклонился, и коснулся её губ своими. Элс вытаращила глаза и проглотила ком. Ноги подкашивались, и совсем не от эмоций, а от шока. Она чуть отвела голову в сторону, и тут же уставилась на пол.
— Мне нужно в уборную. — Едва выдавила из себя Одри. — В уборную. Где тут…
— Вон, видишь, в конце зала небольшой коридор? Заверни туда, там будут три двери, уборные и кладовка. — Артур непонимающе пожал плечами. — Взять тебе напитки пока?
— Да… да, спасибо, возьми. — Она чуть отстранилась, и быстро пошла к коридору, который до этого, почему-то, не заметила. Он так удобно прятался в тени елки, что был почти не заметен.
Темный и пустой, как только девушка оказалась там, то тут же оперлась на стену, чтобы отдышаться. Ну и что это было? Грейвс ведь предупреждал, что его придется целовать, но, почему-то она не думала, что прямо здесь и прямо сейчас. Хотя… когда еще? «Лучше бы я просто сидела дома» — сквозь зубы бубнила Элс. «Лучше бы сидела дома, сделала бы глинтвейн себе, посмотрела бы фильм… на что я вообще рассчитывала, когда сюда тащилась? Ненавижу свою жизнь» — с этими словами она скрылась за дверью уборной. Бликующий свет ползал по белой кафельной плитке, в зеркалах едва виднелось смазанное отражение.
Минута. Две. Три. Собравшись с силами, Одри вновь вышла наружу, затем уныло поплелась в зал. Уже стали проскальзывать мысли о том, что играть с Мойрой и незнакомыми лицами в фанты было б не такой уж плохой затеей. Вряд ли там были бы показные поцелуи для самодура-начальника.
Она силилась найти в толпе Артура, но тот куда-то подевался. Куда-то внезапно исчез его знакомый пиджак, и он вместе с ним. Элс обреченно вздохнула, как вдруг её схватили сильные руки, чуть потянув вперед.
— А со мной станцуешь? — Ротман странно улыбнулся и склонил голову в сторону. Его пальцы больно сжимали ладонь, а стальное предплечье обвилось вокруг талии. — Станцуй. Как-то не очень весь вечер топтаться возле одного партнера.
Она попыталась из себя что-то выдавить, но голос словно пропал. Ноги не слушались и шагали совсем не в такт музыки. От шока девушка старалась отстраниться, правда, не получалось. Она поставила глаза на черный галстук, так и не найдя в себе сил посмотреть ему в лицо. «Однажды песня кончится» — стучало в висках. «Песня кончится, и я пойду, он просто выпил, наверно».
— Ты очень красивая. — Тут же раздалось над ухом, тяжелое дыхание трогало кожу и едва отдавало крепким алкоголем. — Чудесное платье. И… и ты сама. Не отстраняйся, иди сюда. — Он сильнее сжал талию и прижал к себе. Одри почувствовала животом его распахнутый пиджак, рубашку, и, практически, жар тела. — У тебя такие красивы руки. — Продолжал Нэд. — Такие нежные пальчики…
— Спасибо. — Сипло скрипела Элс, глядя в пол. — Тогда не нужно на них так давить, пожалуйста.
— Извини. — Тихо сказал Ротман, хотя хватку не ослабил. — Посмотри на меня. Подними голову.
Она почувствовала, как сердце вновь уплывало куда-то вниз, а по спине прошлась волна холода. Поднять голову? Что? Зачем? Он что, собирается её целовать?
