в этот раз я был ещё быстрее, потому что меня подгоняла жгучая ярость.
Хотите добраться до Дубова? Я сам до вас доберусь!
Показался деревянный забор, старый и покосившийся, а за ним тёмные громады складов и амбаров. Высокие, метров под семь. Я подобрался к главным воротам и сквозь щель увидел грузовик, на котором увезли Лакроссу. Уже пустой, но над капотом слегка дрожал воздух, значит, приехали недавно и вряд ли ждут, что я так скоро заявлюсь.
Если Ланников не соврал, а люди, висящие над пропастью, обычно не врут, то Лакросса нужна им живой, чтобы заманить меня в ловушку. Если это всё придумал княжич Михайлов, то наверняка Аслан — исполнитель. Хороши они, конечно — напасть на академию в родном городе. Совсем страх потеряли. Ничего, сейчас я приду и верну его им. А если повезёт, то и самому княжичу, хотя этот утырок, скорее всего, сидит в своей резиденции и ждёт мою голову на блюде. Только ещё не знает, что получит кое-что другое, куда менее приятное.
Что ж, бедняги старались, планировали операцию, тщательно готовили ловушку… Значит за воротами меня ждут проблемы. И как я могу не придти? Ведь они же ждут!
Пнул старые ворота, и нога пробила ржавое железо. Присел и заглянул в неё. С той стороны стояли двое в овечьих жилетках. Ну, точно люди Михайлова! Они замерли в шоке, молча смотря на меня. А я улыбнулся самой плотоядной… то есть обаятельной улыбкой и представился, растягивая гласные, чтобы звучать, как маньяк:
— Это Дубов!
Руками расширил дыру и вошёл на территорию складов. А старые ворота не выдержали такого надругательства и с грохотом рухнули. Упали бы на меня, не стой я ровно там, где проделал брешь. Зато придавили тех двоих. Ну, надо быть порасторопнее!
На вышках зажглись прожекторы и осветили меня. Завыла сирена, и по мне тут же открыли огонь. Я использовал Инсект, чтобы сделать торс и правую руку деревянными. Ноги, шею, голову и левую руку превращать не стал, чтобы осталась возможность двигаться.
Пули впивались в крепкое дерево и оставались там, не причиняя вреда. Я побежал вперёд, на ходу бросив две склянки в вышки. Одну окутал туман; из него раздался дикий крик, который быстро смолк. Вторую вышку охватил яркий огонь. Оба прожектора погасли, сирена захлебнулась, и теперь пожар осветил бревенчатые дороги между зданиями. По ним бежали люди в жилетках из овечьей шерсти.
По мне стреляли из автоматов и ружей, пули и дробинки застревали в дереве. Некоторые ранили незащищенные участки на руках и ногах, но я не чувствовал боли. Не до неё было. Швырнул ещё одну склянку, голубую, под ноги бегущим. Она громко хлопнула, вырвался густой туман, и повеяло смертельным холодом. Когда он рассеялся, на месте людей осталась кучка ледяных статуй.
Я сильно топнул по земле, и они рассыпались на замороженные куски плоти. Следом за ними бежали ещё. Бросился им навстречу, одному сразу размозжил лицо деревянным кулаком. Второй попытался отрубить мне руку, но его меч застрял в дереве. Я вытащил оружие и воткнул врагу в глотку сверху вниз. Глотатель шпаг из него получился одноразовый.
Под ноги мне бросили склянку, и раздался взрыв. Вокруг засиял защитный барьер, и меня просто слегка тряхнуло. Так вот как работают артефакты! А я всё гадал, чего они не спасают от пуль!
— У него защита, — прокричал кто-то. — Нужно подкрепление!
Как это он догадался?
Я вышел из дыма и сломал ему шею. Из-за поворота выбежали копейщики — человек десять. Пока они не окружили меня, бросился на них первым. Прыгнул, и к моей груди устремились их копья. Хе-хе, на это я и рассчитывал. Наконечники орудий впились в дубовую плоть и застряли, древки сломались. Бойцы остались беззащитными передо мной, и я с удовольствием переломал кости тем, кто не успел убежать.
Я шёл через лагерь врагов, умываясь их кровью. Первое сопротивление было сломлено, и меня пытались атаковать уже небольшие группы. Всё, что они могли, это только задержать меня.
— Где Лакросса? — вопил я.
Ответа не последовало. Придётся самому искать.
Зашёл на один склад. Пусто. На другой. Так же. Вдруг из одного выглянул наёмник, и при виде меня его лицо дико побледнело. Ещё бы. Я был по уши в крови. Парень тут же нырнул обратно. Нет уж, так просто не уйдёшь. Я сорвал дверь с петель и шагнул внутрь. Но так и замер на пороге. В центре под высоко висевшей лампой увидел двух старых знакомых. Бородатого и в турецкой тюбетейке.
Трамвайные зайцы!
Они были в центре круга из десятка невооружённых человек и танцевали лезгинку. Бородач, плавно двигаясь, кружился вокруг низкого друга, того, что в тюбетейке. У всей дюжины лица словно были выбиты из белого мрамора. Застывшие в страхе. По бледным лбам катился холодный пот, но люди стойко делали вид, что меня здесь нет, и наблюдали за танцем. Кто-то даже ритмично хлопал.
Я приблизился к самому крайнему, в чёрной жилетке, с большой бородавкой на брови. Шепнул ему на ухо:
— А у него стало лучше получаться, правда?
Бедняга коротко вскрикнул и потерял сознание. Под ним расплылась вонючая лужица. Какой впечатлительный. Мелкого в тюбетейке начала бить крупная дрожь, когда я подошёл ближе, но всё равно смотрел прямо перед собой, как слепой.
— В трамвайном депо работников не хватает, — громко сказал я. — Увижу, что продолжаете разбойничать — убью.
И вышел со склада. Я не страдаю излишним милосердием, но эти меня не атаковали, значит, есть ещё надежда на их исправление.
Вдруг правой рукой почувствовал дуновение прохладного воздуха, а в теле появилась усталость, я начал немного дрожать. От ран, что вскрылись на кулаке, пошла боль. Мана кончалась. Инсект израсходовал почти всю свою силу. Хорошо, что я зелий набрал на неделю вперёд. Выпил зелье маны и вернул правой руке прежний деревянный вид.
Я стоял в узком проходе между двумя соседними складами, полностью перекрывая его. Мимо меня осторожно крался невысокий наёмник в дырявой шапке. Он водил автоматом из стороны в сторону, но меня не замечал. Видимо, мозг старательно блокировал будущую психологическую травму от встречи со мной. Так бы он и прошёл мимо, не схвати я его за голову.
— А, Дубов! — вскрикнул он, бросая автомат, и попытался убежать. Только его ноги дрыгались уже в воздухе.
— Где девушка, которую привезли на грузовике?
— Т-т-там! — он ткнул рукой
