в сторону центра территории.
— Т-т-тогда вали отсюда, — передразнил его и дал пинка для ускорения. Он бежал так, что только протёртые пятки сверкали. Странно, меня атаковал какой-то сброд. Похоже, против меня Аслан послал самых ненужных, чтобы задержать моё продвижение. Значит, впереди точно ловушка.
Вышел на прямую дорогу, которая вела к площадке перед высоким зданием в несколько этажей. Не знаю, что там хранили раньше, но явно что-то крупное. Бегом вырвался на утоптанную площадку, но яркий свет остановил меня. А вот и ловушка! Посмотрим, как хорошо они подготовились.
Несколько прожекторов лупили по глазам, и я прикрыл глаза правой рукой, пока они не привыкли к свету.
— Не стрелять! — по голосу узнал Аслана. — Дубов нужен живым!
Прожекторы погасли, и я увидел, что с трёх сторон меня окружает несколько десятков человек в чёрных одеждах. Таких же хорошо упакованных, как и те, кто напал на академию. Больше двух десятков дул смотрели мне в грудь. Я ещё и пару пулемётов заметил. А перед входом в здание стоял Аслан, который держал перед собой связанную по рукам и ногам Лакроссу. В рот ей засунули кляп, а у горла главарь наёмников угрожающе водил ножом. Под его аккуратной бородкой губы расплылись в хищном оскале.
— Оказывается, ты большая знаменитость, Дубов. Я думал, что ты нажил своих врагов только здесь, в Пятигорске, но оказывается нет. Врагов у тебя в избытке и за его пределами. А друзья-то у тебя есть?
Я кивком указал на Лакроссу.
— Одного из них ты посмел похитить. Не стоило этого делать.
— Может быть, может быть. Но у меня на тебя сразу три заказа, и я даже не знаю, какой выполнить первым! Один наниматель просто хочет поговорить, а вот два других жаждут твоей смерти. Помнишь княжича Михайлова? Он не простил своё унижение, а у его приятеля, княжича Ланникова, тоже оказался на тебя зуб. Полагаю, раз ты здесь, он уже мёртв.
— Я отпустил его.
— Ну да. Я так и поверил.
— Нет, правда отпустил. Он дурак малахольный.
— Не играй со мной, Дубов.
— А что с него взять? Из-за собственных комплексов жизнь себе сломал. Та же судьба рано или поздно постигнет и Михайлова-младшего. Кто там ещё на мою голову позарился? Его отец? Тоже мести жаждет?
— Вообще-то, князь с тобой просто поговорить хотел…
— Блин, — я почесал шею, — а не для этого телефон придуман? Значит, кто-то третий тоже грезит о моей смерти…
— Его имени я тебе не скажу! — потряс ножом у шеи Лакроссы Аслан. А оркесса попыталась прожечь меня взглядом. Нет, я её обязательно спасу, только сперва узнаю, кто тут палки мне в колёса вставляет.
— Давай так… Я буду перечислять фамилии, а ты кивнёшь, когда я назову фамилию заказчика. Так получится, что это не ты её сказал, а я. И все довольны! Начну по алфавиту: Антипин, Апраксин…
— Не заговаривай мне зубы, Дубов! — взвился Аслан. — Хватит! Меня устроит любой из вариантов завершения этой ночи, но я хочу избежать лишнего кровопролития! Чем больше моих людей погибнет, тем больше придётся потратить, нанимая новых. Сдайся, и я не причиню Лакроссе вреда.
— Неа.
Алсан издал нервный смешок, но в следующий миг его будто подменили. Он наклонил голову вперёд и произнёс, едва сдерживая гнев:
— Похоже, мы друг друга не поняли. За тебя живого заплатят больше, но и за мёртвого я получу сразу два гонорара. Чуешь выгоду? — он шумно втянул носом воздух. — А я чую. Если вздумаешь сопротивляться, я вскрою этой милой оркессе глотку, как консервную банку, но в итоге ты всё равно будешь наш. Только на твою совесть тяжким грузом ляжет ещё одна смерть.
— Нет, — повторил я и выпил зелье маны. Нашёл самый большой бутылёк. Прохлада растеклась по языку. — Это ты меня не понял. Пока Лакросса в твоих руках, ты живёшь. Как только она их покинет, ты умрёшь. Разница лишь в том, быстро или медленно. Ты ведь хотел узнать меня настоящего, Аслан? Вот и познакомимся!
Я бросился к нему, не дожидаясь ответа. Расстояние между нами быстро сокращалось. В глазах Аслана мелькнул страх, но он быстро совладал с собой.
— Очень жаль, Дубов! — крикнул он и скрылся внутри здания. — Убейте его!
Чёрт! Не успел добежать!
Я применил Инсект на всё тело как раз вовремя. Оружия загрохотали, и в меня впились сотни пуль разом. Выстрелы оглушали, я слышал только глухой стук свинца о дубовую плоть. Металл вгрызался неглубоко, но пуль было так много, что дерево не выдерживало, покрывалось вмятинами и ощетинивалось щепками. Меховая жилетка взлетала в воздух, толкаемая пулями. Она походила на решето.
Слаженная атака была сильна. Мои ноги скользили назад под дождём из свинца.
Долго я так не продержусь! Нужно двигаться!
Я направил всю ману, что у меня была, на то, чтобы заставить дубовые мышцы сокращаться, как настоящие. Сквозь стук пуль донёсся глухой скрежет.
Я успел махнуть какое-то мощное зелье перед атакой. Моё тело сейчас производило просто бешеное количество маны.
Дерево глухо заскрежетало о дерево. Левая рука сдвинулась и прикрыла глаза.
Получается!
Правой залез в поясную сумку и вытащил последнее уцелевшее зелье. Внутри плескалась дымчатая жидкость. Пальцы плохо слушались, я вкачал в них ещё маны, и дубовые сухожилия сжали ладонь в кулак. Склянка лопнула, и меня окутал густой дым. Я тут же снял инсект с плечей, ног, шеи и головы, оставил дубовыми кулаки и торс. Выпрыгнул из дыма, как чёртик из табакерки, прямо на толпу врагов.
— А-а-а! — заорали они.
— Р-р-р-ра-а-а-а! — ответил я.
Если я выглядел таким же злым, как себя чувствовал, то этим доходягам не позавидуешь. Если выживут, кошмары по ночам обеспечены.
Они направили оружие на меня, но я уже был возле них. Заработал кулаками, как мельницей смерти. Я не смотрел, куда бью, просто раз за разом обрушивал их на всё новые головы. Черепа и кости хрустели, как гнилые орехи. Пинал, бил и крушил. Вспыхивали и гасли защитные барьеры, сверкали мечи, гремели выстрелы. Стрелять с такой дистанции… Скорее друг друга перебьют.
Один пулемётчик решил именно так поступить. Длинная очередь скосила всех, кто оказался рядом со мной, но не меня. Я закрыл голову рукой и в три прыжка оказался возле пулемёта. Убрал Инсект с рук, сорвал оружие со станины
