времени, знали уже все.
Время шло, компания за соседними столами веселилась, а нужные персонажи все не появлялись. Иван со своим спутником уже заканчивали обед и неторопливо потягивали вино (что-то покрепче Иван пить запретил), как вдруг один из посетителей, сидевший до этого в стороне, встал и пересел за стол к команде «Санта Марии». По реакции тех, к кому он обратился, было понятно, что они знакомы. Хоть в таком гвалте было и трудно разобрать, что говорят через два стола, но уже ясно, что встреча состоялась. И пришел на нее не Винсент Дюпре. Однако Иван все же решил уточнить.
– Месье Жан, это он?
– Нет. Этого человека я никогда раньше не видел.
– Жаль… Придется ждать следующего раза. Думаю, ваш «друг» уже не придет.
– Обидно, мон капитан… Столько лет жаждать встречи с этим мерзавцем… Как будто он что-то почувствовал… И где его теперь искать?
– Думаю, в следующий раз он появится, причем не один.
– Почему?
– Судя по всему, о судьбе «Санта Лючии» наши оппоненты ничего не знают. Исчезла и исчезла. Война все-таки. Но когда исчезнет и «Санта Мария»…
– О-о-о, мон капитан, это интересно! Если и на ней найдем столько же, сколько и на «Санта Лючии»! Фактически – жалованье за полгода!
– Я в этом не уверен, месье Жан… Но попробовать стоит. Если только сейчас не получим приказ о выходе, а эта «Санта Мария» здесь застрянет надолго.
– Ну и что? Пусть застрянет! Можно ведь ее и на выходе подождать!
– Не все так просто, месье Жан. Поверьте на слово.
– Хм-м… Понял, не дурак. Но что нам теперь делать?
– Вам ничего не делать. Отдыхайте. А я пройдусь…
Не нравилась Ивану эта история. Уж очень много было в ней неясностей. Но, поскольку искомый объект на встречу не явился, предстояло работать с тем, что есть. Чтобы не привлекать внимания, вышли из таверны несколько раньше связного и затем разделились. Месье Блондо пошел по своим делам, а Иван устроился несколько в стороне от входа в «Сирену», чтобы держать его под наблюдением. Долго ждать не пришлось. Вскоре связной вышел и направился в противоположную сторону от порта, периодически проверяя, нет ли за ним слежки. По тому, как он это делал, Иван понял, что перед ним далеко не профессионал. Но и не абсолютный невежа. Так, нахватался по верхам…
Идти пришлось довольно далеко. Связной шел в старый город. Там, на узких кривых улочках, следить за ним будет гораздо сложнее. Как бы не пришлось все время под отводом глаз работать. Но это уже, если деваться будет некуда, ибо придется следить не только за связным, но и за ближайшими прохожими, чтобы не налететь ни на кого ненароком. И занесло же его в такую даль…
Но, как оказалось, сюрпризы на сегодняшний день еще не закончились. Связного ждали. Он остановился и заговорил с каким-то мужчиной, причем так, как будто бы они расстались совсем недавно. Чтобы не привлекать внимания, Иван перешел на другую сторону улицы и как ни в чем не бывало неторопливо зашагал дальше, не обращая никакого внимания на что-то обсуждающую пару. До него донеслись обрывки фраз на итальянском. Проходя мимо, он как бы невзначай посмотрел на собеседников, на мгновение встретившись взглядом с тем, кто ждал связного, и… чуть не сбился с шага. Ошибки быть не могло – перед ним пришелец. Но как такое может быть?!
Пройдя дальше и свернув за угол, Иван остановился и призадумался. Получается, что он случайно влез в дела тринидадцев? Но почему ему об этом не сказали, едва выяснилось, что это он утопил «Санта Лючию»? Чтобы предостеречь на будущее и оградить своих агентов от такого не в меру резвого капитана Хасана? Или этот пришелец не связан с тринидадцами? Официально считалось, что беглецов с «Карлсруэ» всего пять, причем двое погибли, не добравшись до Гамбурга. Из оставшихся трех лейтенант Энссен сейчас на Тринидаде в Форте Росс, лейтенант Шмарц, он же коммодор фон Майер, служит у австрияков, а фрегаттен-капитан Келлер исчез. Но этот тип – не Келлер, фото Келлера он видел. Так кто же это такой? Возможно, он тоже из команды «Карлсруэ» и сумел сбежать с него до того, как крейсер был захвачен тринидадцами. Возможно, сумел сбежать уже с Тринидада. То, что ему не говорили о побегах немцев с острова, вовсе не значит, что их не было. Возможно такое? Возможно. И спрашивается, что же теперь делать? Топить оставшихся трех «святых» нельзя. Если за этим делом действительно стоят тринидадцы, а его просто не успели предупредить, когда узнали об уничтожении «Санта Лючии», то он может поломать им всю игру в Дубровнике, чего бы очень не хотелось. Сказать о том, что узнал? Это значит раскрыть свой дар характерника, что делать категорически нельзя. Об этом в Дубровнике не знает никто. Ни Мирослав Драгош, ни командующий эскадрой Новицкий, ни особист Гарсиа. А больше он здесь встретиться ни с кем не сможет. О его даре знает только Диана и, скорее всего, адмирал Филатов и генерал Туманов. Несомненно, Диана им все рассказала. Но если этот пришелец из команды «Карлсруэ» тоже из беглецов, то почему он связался с венецианцами, а не с австрияками, что было бы более вероятно? Или его туда специально австрияки направили? Что, в принципе, тоже возможно. Сообщить об этом факте надо, но быстрой связи у него нет. Только через Драгоша, а ему такие вещи доверять нельзя. Да и капитану Гарсиа тоже нельзя. Он осторожно заглядывал капитану в душу и убедился, что тот не знает о его даре. Считает обычным тайным подсылом, направленным казачьим атаманом в тыл к туркам. Спрашивается, и что же делать?
Так пока ничего и не решив, Иван продолжил наблюдение. Тут ему не повезло. Связной и пришелец разделились. Выяснив все вопросы, они направились каждый по своим делам. Следить за обоими Иван не мог, поэтому выбрал пришельца. Проводил его до дома, дверь которого он открыл своим ключом, и только после этого отправился обратно, раздумывая над сложившейся ситуацией. И сообщать нельзя, и не сообщать крайне нежелательно. Эх, если бы рядом были Филатов или Туманов… А еще лучше – Диана…
Тут Иван улыбнулся. Все же зацепила его эта девчонка. Ну и что, что она немного старше его? На год-два, не больше. Ну и что, что она католичка из испанцев? Все равно, Господь един… Интересно, где она сейчас? По-прежнему на «Синопе»? Да и где сам «Синоп»? Насколько
