характер нашей собственной ревности, если поймем, что на самом деле все это может быть искажением - например, тех людей в нашем социальном окружении, к которым мы ревнуем. То, что переживалось как очевидное свойство другого человека (пролетающая птица), вдруг становится состоянием меня самого (в окне трещина!). В эмоциях мы часто колеблемся между уверенностью и неуверенностью, между непосредственностью очевидного восприятия и сомнениями. Это простое феноменологическое наблюдение указывает на еще одну важную характеристику непрозрачных феноменальных репрезентаций. Они делают возможность того, что они на самом деле могут быть искажениями, глобально доступной для познания, внимания и поведенческого контроля.
Прозрачность как свойство сознательных репрезентаций
Феноменальные репрезентации прозрачны, поскольку их содержание кажется неизменным во всех возможных контекстах: Книга, которую вы сейчас держите в руках, всегда будет оставаться именно этой книгой в соответствии с вашим субъективным опытом, независимо от того, насколько изменится внешняя перцептивная ситуация. То, что вы сейчас переживаете, - это не "активный эмулятор объекта", который только что был встроен в вашу глобальную модель реальности, а просто содержание лежащей в основе репрезентативной динамики: эта книга, как здесь (ограничение 3) и сейчас (ограничение 2) без усилий данная вам (ограничение 7). На этом уровне, возможно, будет полезно прояснить понятие прозрачности применительно к текущему теоретическому контексту, вернувшись к более традиционным концептуальным инструментам, вновь проведя различие между средством и содержанием репрезентации, между носителем репрезентации и ее репрезентативным содержанием.
Репрезентативным носителем вашего феноменального опыта является определенный процесс в мозге. Этот процесс, который ни в коем случае не обладает ничем "книжным", не переживается вами сознательно; он прозрачен в том смысле, что вы смотрите сквозь него. То, на что вы смотрите, - это его репрезентативное содержание, существование книги здесь и сейчас, как оно дано через ваши органы чувств. Это содержание, таким образом, является абстрактным свойством конкретного репрезентативного состояния в вашем мозгу. Однако, как мы уже видели, существует по крайней мере два вида содержания. Интенциональное содержание соответствующих состояний в вашей голове зависит от того, существует ли эта книга на самом деле и является ли соответствующее состояние надежным инструментом для получения знаний в целом. Если этот репрезентативный носитель является хорошим и надежно функционирующим инструментом генерации знаний о внешнем мире, то в силу самой своей прозрачности он позволяет вам как бы напрямую смотреть "сквозь него" прямо на книгу. Она делает информацию, которую она несет, глобально доступной (ограничение 1), при этом вам не нужно заботиться о том, как достигается это маленькое чудо. Феноменальное содержание вашего активного в данный момент представления книги - вот что остается неизменным, независимо от того, существует книга или нет. Оно определяется исключительно внутренними свойствами нервной системы. Если ваше текущее восприятие, незаметно для вас, на самом деле является галлюцинацией, то вы, как система в целом, больше не смотрите "сквозь" состояние в вашей голове на мир, а только на само средство репрезентации - без того, чтобы сам этот факт был вам доступен в глобальном масштабе. Специфической и крайне интересной характеристикой феноменального варианта репрезентации теперь является тот факт, что это содержание, даже в только что описанной ситуации, неизменно переживается как максимально конкретное, как абсолютно однозначное, как максимально детерминированное и недвусмысленное, как непосредственно и немедленно данное вам. Его каузальная история аттенционально недоступна. Феноменальные репрезентации - это те, для которых мы не в состоянии обнаружить различие между репрезентативным содержанием и репрезентативным носителем на уровне самого субъективного опыта.
Конечно, существуют контрпримеры, и они очень полезны для более глубокого понимания понятия "прозрачность". Например, непрозрачные феноменальные репрезентаты возникают, если информация о том, что их содержание является результатом внутреннего репрезентативного процесса, внезапно становится общедоступной. Представьте, что вы вдруг обнаруживаете, что книга в ваших руках не существует в реальности. Галлюцинация теперь становится псевдогаллюцинацией. На уровне феноменального опыта становится доступной дополнительная информация о том, что вы смотрите не прямо на мир, а "на" внутреннее репрезентативное состояние, которое на мгновение кажется не лучшим инструментом для получения знаний. Феноменальное состояние книги становится непрозрачным. Трещина в окне привлекает ваше внимание. Вы теряете сенсорную прозрачность; вы начинаете осознавать тот факт, что восприятия генерируются органами чувств и что эти органы не функционируют абсолютно надежно во всех ситуациях. Однако существуют и более полные виды феноменальной непрозрачности.
Сделаем второе предположение. Вы вдруг обнаруживаете, что не только восприятие этой конкретной книги, но и все ваши философские размышления о проблеме сознания происходят в данный момент во сне. Затем этот сон становится люцидным сном (см. раздел 7.2.5). Тот факт, что ваша феноменальная жизнь разворачивается не в мире, а только в мире-модели, теперь становится глобально доступным. Вы можете использовать эту информацию для управления действиями, для дальнейшей когнитивной обработки или для управления своим вниманием. Что вы теряете, так это глобальную прозрачность. Интересно отметить, что одной когнитивной доступности недостаточно, чтобы прорваться сквозь реализм, характеризующий феноменальный опыт. Вы не можете просто "выдумать себя" из феноменальной модели реальности, изменив свои убеждения относительно этой модели. Прозрачность феноменальных репрезентаций когнитивно непроницаема; феноменальное знание не тождественно концептуальному или пропозициональному знанию.
Классическими философскими примерами непрозрачных ментальных репрезентаций, конечно, являются старые добрые пропозициональные установки. Из-за своей связи со способом представления убеждения и другие пропозициональные установки семантически непрозрачны, поскольку они могут представлять свои объекты по-разному - по крайней мере, это фоновое предположение, разделяемое многими философами (которое я не намерен обсуждать в дальнейшем на данном этапе). Ваше убеждение, что вы сейчас держите в руках книгу, отличается от вашего убеждения, что вы сейчас держите в руках книгу о "Я-модельной теории субъективности", потому что вы могли бы знать содержание одной из этих двух пропозиций, не зная содержания другой. Убеждения позволяют нам представлять один и тот же объект разными способами; они создают возможное различие между содержанием ментальной репрезентации и способом, которым это содержание представлено. Чисто феноменальные репрезентации не обладают такой двусмысленностью. Мы переживаем их содержание таким образом, что не возникает никаких вопросов о том, как это содержание нам дано. Только во взаимодействии с теоретической рефлексией, только с появлением когнитивных ментальных репрезентаций в узком смысле, феноменальный опыт вообще становится проблемой.
Прозрачность как информационно-вычислительная стратегия
Семантическая прозрачность внутренних структур данных - это, с двух точек зрения, большое преимущество для любой биосистемы, вынужденной работать с ограниченными временными и нейронными ресурсами. Во-первых, она минимизирует вычислительную нагрузку. Во-вторых, она создает важнейшую "архитектурную" предпосылку для планирования процессов.
Во-первых, прозрачность - это синоним отсутствия информации: те сложные процессы обработки информации, которые приводят к активации нашей феноменальной модели мира, систематически убираются из поля зрения. Это означает, что
