— Можно взять твои ключи? — попросила она.
Рид протянул ей связку, и на шее жирафа мгновенно появились характерные пятна — оттиски бородки ключа.
— Не понимаю, как тебе это удается, — признался Рид.
— А я не понимаю, как у тебя получается спасать людям жизнь.
Рид хмыкнул:
— Сегодня утром трое моих пациентов жаловались на крапивницу, еще один объяснял, что у него «вот тут страшно чешется», а пятый потянул мышцу. Как видишь, здесь особого ума не требуется.
Софи невольно нахмурилась.
— Но все эти люди нуждаются в тебе.
— Им нужен мой кузен Тристан, он вдобавок еще и психотерапевт.
— Ты хочешь сказать, что он выслушивает пациентов?
— Да, — согласился Рид. — Выслушивает. Готово?
Оттиснув на глине надпись «Бриттани», девушка поставила фигурку сохнуть на приборную доску.
Внутри магазин выглядел просто шикарно. Софи ошеломленно застыла, разглядывая его.
— Думаю, мне нужно что-то… хм… попроще.
— Не беспокойся. Хозяйка магазина — Элли, мать Сары. Она достанет все, что пожелаешь. Эй! Я знаю. Я попрошу Сару прислать к тебе мистера Ланга.
— А я думала, тебе нравится эта девушка, — вмешалась приятная пожилая женщина, стоявшая за стеклянным прилавком с деликатесами. — Неужели ты хочешь натравить на нее мистера Ланга?
— Сара сумеет его укротить, вдобавок старик питает слабость к красивым девушкам.
— Тогда вы в его вкусе, — обратилась женщина к Софи и добавила, протянув руку над прилавком: — Я Элли, а мистер Ланг… — Она перевела взгляд на Рида. — Как бы ты его описал?
— Здоровяк, — не задумываясь, ответил Рид. — Он в превосходной физической форме. Я видел немало тридцатилетних, которым до него далеко. — Он повернулся к Софи. — Мистеру Лангу за девяносто.
— И, должно быть, с самого детства он обладал даром доводить людей до белого каления, — добавила Элли. Похоже, она не шутила.
— Мне не терпится с ним познакомиться, — улыбнулась Софи. — Кажется, он интересный человек.
— Как бы то ни было, он выращивает лучшие овощи в штате. Если вы ему понравитесь, он будет поставлять их вам без посредников, — проговорила Элли, расставляя колбасы на витрине.
— Это похоже на вызов. — Софи подняла брови. — А как ему понравиться? У вас есть предложения?
— Швырнуть в него коробку, — со смехом отозвался Рид, и Элли засмеялась вместе с ним. — Я потом расскажу тебе эту историю, — пообещал он Софи.
— Итак, что я могу вам предложить? — спросила Элли. — Я слышала, у себя в кафе вы собираетесь готовить супы и сандвичи. Как насчет десертов?
— Нет, спасибо. У меня и без того полно работы. — Софи хотела было упомянуть о бесполезных помощниках Роуэна, но не осмелилась, ведь Мактерн приходился родственником и Риду, и Элли.
Но хозяйка магазина сама заговорила о них:
— Как там ваши официанты и повара с творческой жилкой?
— А мне больше всего понравилось упоминание о талантах, — вставил слово Рид. — Сегодня утром все у меня в приемной покатывались со смеху, обсуждая объявление Роуэна. Хизер сказала, что может сделать гимнастический мостик на столе для пикника, в этом главный ее талант.
Элли и Софи удивленно на него посмотрели.
— Не думаю, что это предназначалось для моих ушей, — протянула Элли.
— Пожалуй, — согласилась Софи.
— Тогда забудьте, что я вам это сказал. Наверное, сболтнул лишнее.
— Нам нужно что-то из тыквы… Что-то апельсиновое.
Элли недоуменно посмотрела на Софи.
— Пюре из тыквы, — объяснила та. — Риду понравился этот суп.
— А как вы назовете кафе? — поинтересовалась Элли.
— Я еще об этом не думала, — смущенно пробормотала Софи, отводя глаза.
— Что-то насчет докторов? — усмехнулась Элли.
Софи не удержалась от смеха. Похоже, Роуэн пересказал всему городку ее слова о том, что кафе следовало бы назвать «Докторам вход воспрещен». Она взглянула на Рида.
— Может, назвать его «Время от времени»?
Элли весело рассмеялась.
— Кажется, я здесь больше не нужен, — объявил Рид, притворяясь обиженным, но на губах его играла улыбка.
— Бедняга, — покачала головой Элли. — Тебе как обычно?
— Конечно. — Рид повернулся к Софи. — А ты какой бутерброд будешь?
— Бри и клюква, — рассеянно отозвалась девушка и тут же поправилась: — Ох, извините. Я все думаю о супе и сандвичах. Мне бутерброд из цельнозернового хлеба с курицей. И… — Софи нерешительно замолчала, хлопая ресницами. — Я назову кафе «Феникс», потому что… — Она осеклась на полуфразе.
— Эта птица возрождается из пепла, — продолжил за нее Рид, взяв девушку за руку.
Софи улыбнулась, поблагодарив его взглядом за понимание.
— Из-за вас все стекла запотели, — проворчала Элли, но в ее голосе слышалась искренняя радость. — Приготовлю сандвичи, а вы пока наполняйте тележки. Я продам вам продукты по оптовым ценам, а счет пришлю Роуэну.
— Спасибо, — с чувством проговорила Софи. — Большое спасибо.
Стрельнув глазами в Рида, Элли устремила взгляд на девушку.
— Это вам спасибо, — тихо произнесла она.
— Жаль прерывать ваше девичье щебетание, но мне пора возвращаться к работе. Как знать, может, кто-нибудь, не ровен час, порежется бумагой, и мне придется заклеивать рану.
— Где бы найти такую чудодейственную пилюлю, которая хоть немного бы тебя исправила? — укоризненно протянула Элли, а потом выразительно посмотрела на Софи. Во вгляде ее явственно читалось: «Теперь это ваша работа».
Софи подняла руки, словно сдаваясь, и отступила на шаг. Роуэн уверял, будто ей удается смягчить скверный характер Рида, но, видимо, он преувеличивал.
— Увидимся чуть позже. — Элли исчезла за перегородкой. Рид взял тележку и повел Софи в глубину магазина. Софи не захватила из кафе список продуктов, но знала, что понадобится для супа. Она решила ограничиться четырьмя большими кастрюлями, посчитав, что для крохотного городка вроде Эдилина этого вполне достаточно.
— Насколько ты плох? — обратилась она к Риду, наполняя тележку луком.
— Как врач? Если речь идет о серьезных случаях, думаю, я вовсе не плох.
— Нет, я говорю о врачебном такте, об умении обращаться с больными.
Рид презрительно фыркнул:
— У меня нет ни малейшего желания сидеть и выслушивать целыми днями их нытье, если ты об этом. Тебе нужны шампиньоны?
— Да, только смотри, чтобы шляпки были не слишком крупные. Откуда у людей крапивница? Это ведь аллергия? У троих в один день? Они родственники?
Рид положил грибы в тележку.
— Извини, но я не могу разглашать сведения о своих пациентах.
