Читаем без скачивания Раненая страна - Стивен Дональдсон

Вскоре вернулся Сандер и принес мешок уссусимиел. Линден встрепенулась, собираясь заняться его рукой, но он мягко отказался от помощи.

– Я гравелинг, – прошептал он. – Мне не поручили бы такую работу, если бы я не умел останавливать кровь.

Сандер поднял руку, показывая подсохшие раны. Сев у костра, он принялся резать дыни.

Все трое молча поели и начали укладываться спать. Кавинант искал в себе мужество, чтобы выдержать еще один день под дождем, и догадывался, что его товарищи делают то же самое. Каждый из них кутался в саван своих личных переживаний и не желал делиться ими со спутниками.

События следующего дня превзошли самые худшие опасения Кавинанта. Когда облака закрыли равнину, ветер принялся неистово хлестать реку струями дождя, точно бичом. Мрачное небо, озаряемое вспышками молний, походило на гигантский свод, который готов был рухнуть под ударами грома. Плот несло по волнам, точно щепку, и Мифиль швыряла его как хотела.

Кавинант изо всех сил цеплялся за ветви, с ужасом ожидая, что молния поразит утлое суденышко и зажарит их всех живьем. Но стрелы бури проносились мимо. Вечером небо оказало им услугу, избавив от тяжкого труда: голубовато-белая молния с треском ударила в рощу громадных эвкалиптов, и одно из деревьев запылало, как факел.

Увидев это, Сандер крикнул своим товарищам, и они, подогнав плот к берегу, поспешили к роще. Не смея приблизиться к пылающему гиганту, они остановились поодаль, но от дерева вдруг отломился пылающий сук и упал неподалеку от них. Оттащив его на безопасное расстояние, путешественники принялись собирать хворост и подкладывать его в огонь.

Несмотря на ветер и дождь, костер разгорелся и жарко запылал, разливая вокруг тепло, как святое благословение. Земля была усыпана листьями, и впервые за столько дней спутники улеглись спать на мягком ложе. Чуть позже горящее дерево рухнуло, но, к счастью, в противоположную сторону, после чего измученные люди заснули крепко и безмятежно.

Ранним утром Сандер разбудил Кавинанта и Линден, а затем предложил им скудный завтрак. Гравелинг был взволнован и рассеян – он ожидал перемены в Солнечном Яде. Поев, они спустились к реке и нашли плоскую скалу, где можно было дождаться восхода. Сквозь почернелые деревья они увидели, как солнце бросило свой первый взгляд из-за горизонта.

Огненно-красное светило в ореоле, напоминавшем терновый венец, выглядело зловеще и источало сырое тепло, совсем не похожее на свирепый жар пустынного солнца. Его сияние казалось коварным и тлетворным. Не выдержав этого зрелища, Линден отвела глаза. Лицо Сандера странно побледнело. Он невольно сделал предупреждающий жест обеими руками.

– Чумное солнце, – прошептал он, и голос его дрогнул. – Нам повезло. Если бы оно пришло к нам после пустынного или плодородного солнца… – Слова застряли у него в горле. – Но теперь, после дождевого солнца… – Он вздохнул. – Нам на самом деле очень повезло.

– В чем? – спросил Кавинант. Он не понимал, что так встревожило спутников. Его кости истосковались по благодатному дневному теплу.

– Что делает это солнце?

– Делает? – Сандер усмехнулся. – Какого только вреда оно не делает. Это страх и мука Страны. Тихая вода становится стоячей. Все, что растет, начинает гнить и осыпаться. Все, кто ест и пьет то, что не было в тени, заражается болезнью, от которой излечивались лишь немногие. И насекомые…

– Он прав, – испуганно прошептала Линден. – О мой Бог!

– Мифиль – наше спасение, потому что воды ее быстры. Она будет течь до прихода следующего пустынного солнца. И убережет нас от разных напастей.

Красное солнце отражалось в глазах Сандера, придавая ему вид затравленного зверя.

– Я не могу смотреть на это солнце без страха. Мои соплеменники сейчас прячутся в домах и молятся о том, чтобы власть чумного солнца не продлилась более двух дней. Мне бы тоже хотелось спрятаться, но у меня нет дома. Я чувствую себя таким ничтожным в этом огромном мире. Но больше всего на свете меня ужасает чумное солнце.

Честное признание Сандера прозвучало для Кавинанта как обвинение. И чтобы ответить на него, он сказал:

– Тем не менее ты единственный человек, благодаря которому мы все еще живы.

– Да, – пробормотал гравелинг, прислушиваясь более к своим мыслям, нежели к словам Кавинанта.

– Да! – воскликнул Кавинант. – Но однажды каждый житель Страны узнает, что Солнечный Яд – не единственная возможность выжить. И когда этот день придет, ты, может статься, будешь тем, кто сумеет научить их чему-то.

Сандер помолчал и наконец отрешенно спросил:

– И чему же я буду их учить?

– Как возрождать Страну.

Кавинант обратился к Линден, желая, чтобы она разделила его порыв:

– Эта земля была прекрасной и цветущей. Если бы ты видела ее раньше, то могла бы понять, какая боль терзает мое сердце. – В его голосе смешались гнев и нежность. – Но она снова может обрести былую красоту!

Он строго посмотрел на своих спутников, готовый отмести любое возражение.

Линден опустила глаза, но Сандер выдержал яростный взгляд Кавинанта.

– То, о чем ты говоришь, – бессмысленно. Никому, будь то мужчина или женщина, не дано изменить Страну. Все – и добро, и зло – под властью Солнечного Яда.

Кавинант хотел возразить, но Сандер продолжал:

– И все же я вот что скажу тебе. Давай попробуем изменить ее. – Внезапно он стушевался. – Я не могу больше верить, что мой отец Нассис был просто дураком.

Сандер подхватил мешок с дынями и, не сказав больше ни слова, направился к плоту.

– Я понял тебя, – прошептал Кавинант. Им вдруг овладело страстное желание совершить что-то жестокое. – Я понял.

Линден коснулась его руки:

– Пойдем. – Она отвела взгляд в сторону. – Скоро оставаться здесь будет очень опасно.

Он без возражений последовал за ней и принялся вместе с Сандером сталкивать плот на воду.

Через несколько минут они выплыли на середину Мифили и помчались по течению. В лазурном небе висело красное солнце, похожее на изрытое морщинами лицо. Под его лучами вода потеплела; скорость реки за ночь замедлилась, отчего управлять плотом стало значительно легче. Кавинант то и дело поглядывал на небо и нервничал. Солнце походило на злодея, до поры до времени прятавшегося в засаде. Жестокий лик светила источал тайную угрозу, а теплый солнечный свет выглядел ненастоящим.

Его спутникам тоже было не по себе. Сандер правил плотом с чрезвычайной осторожностью, словно в любой момент ожидал нападения. Линден испытывала какое-то непонятное беспокойство, гораздо более сильное, чем то, что она испытала в первый день плодородного солнца.

Однако ничего не происходило, и страх путников, похоже, был пока беспредметным. Утро пролетело быстро, и вода в реке стала прохладной. Откуда ни возьмись в воздухе появились мириады мух, комаров, мошек и прочей летучей нечисти, которая беспорядочно толклась в красных лучах солнца. Однако это не помешало путникам остановиться, когда они увидели алианту. Кавинант начал понемногу успокаиваться. Вскоре после полудня он заметил, что скорость течения возросла.