— Стая — как дом, — пробормотал Коул, просыпаясь.
— Верно. Как ты, волчонок?
— Лучше. Только мышцы немного тянет.
— Это из-за того, что ты перекинулся под действием противоядия, да и обратно человеком стал рановато, — вздохнул Грейбек. — Через день-другой пройдет.
— Я дам тебе мышечный релаксант, выпьешь на ночь, — сказал Снейп, выбираясь из кровати.
— Спасибо.
— Ладно, Коул. Мне пора возвращаться домой, — сказал Фенрир, тоже вставая. — Северус позаботится о тебе, но если будут какие-то осложнения — немедленно свяжитесь со мной.
— Хорошо, — кивнул зельевар. — Может, тебе одолжить мантию?
Оборотень все еще был совершенно обнажен, но на замечание Снейпа лишь отмахнулся:
— Ерунда. Я же домой. Камин у тебя открыт?
— Для тебя да.
— Вот и отлично. Пока Коул, будь молодцом.
— Пока, пап!
Грейбек исчез в камине с таким гордым видом, будто был одет по меньшей мере в лучшую мантию. Северус лишь сокрушенно покачал головой ему вслед.
— Сэр, можно мне в душ? — спросил Гарри, тоже рискнув выбраться из постели.
— Да, но осторожно. Если почувствуешь слабость — немедленно вылезай.
— Хорошо.
Мальчик прошмыгнул в ванную такой же обнаженный, как и до этого его отец. Снейп подумал, что надо что-то делать с этим массовым эксгибиционизмом. Похоже, сами оборотни не испытывали по этому поводу никаких моральных терзаний.
Пока зельевар думал, как лучше раздобыть одежду для Поттера и о том, что впредь лучше держать запасной костюм прямо здесь, мальчик вышел из ванной, одетый как положено в форму. Северус смог только выдавить:
— Откуда?
— Я просто попросил домового эльфа Хогвартса принести мою одежду.
Снейп с прискорбием подумал, что все произошедшее ночью не лучшим образом повлияло на его мыслительные способности. Только этим он мог объяснить тот факт, что сам не придумал такой простой выход. Чтобы не подорвать собственный авторитет еще больше, профессор спросил:
— Ты голоден?
— Ага.
— Сейчас распоряжусь насчет завтрака. К счастью, ты еще официально болен, а у меня занятия только во второй половине дня, так что можно не торопиться.
— Мне нужно будет вернуться в больничное крыло?
— Нет. Я так и так должен был забрать тебя на ночь. После завтрака ляжешь обратно в кровать до обеда. Потом вернешься в Гриффиндорскую башню, и там тоже будешь отдыхать, а не носиться сломя голову. Я понятно выражаюсь?
— Да, сэр.
Глава 15
Происшествия этой ночи так и остались не преданными огласке, к счастью для всех участников. Угрозы Грейбека возымели действие, и Люпин не донес на них Дамблдору. Про зелье тоже умолчал. Фенрир мог быть очень грозным, когда хотел. Тем более, Ремус и так его боялся. В любом состоянии.
Что до сокурсников, то они решили, что Гарри просто выпустили из больничного крыла, и даже вопросы задавали только о его самочувствии. Мальчик отвечал вяло и, сославшись на еще недостаточно хорошее самочувствие, удалился к себе.
Вот только Люпин все-таки решил поговорить. Пока только с Поттером. Записку от учителя ему принес домовой эльф, словно необходимо было сохранить все в тайне. Но о предстоящем визите Гарри все равно рассказал Северусу, и только потом пошел.
Покои профессора защиты от темных искусств встретили мальчика по-прежнему аскетичной обстановкой: все самое необходимое и видавшее виды. Гарри уже в который раз удивился, как волку Ремуса может быть здесь уютно. Даже намека на логово нет.
Поначалу Люпин долго ходил вокруг да около, намекая на произошедшее, но потом вынужден был спросить прямо:
— Грейбек действительно твой опекун?
— Он мой приемный отец.
— Мне так жаль, Гарри! — сокрушенно выдохнул Ремус.
— О чем здесь жалеть? Он заботится обо мне, как никто другой. Лучшего отца сложно пожелать.
— А как же твои настоящие родители? Не думаю, что они бы одобрили это.
— Я так не считаю, — сухо ответил Поттер, хотя внутри уже начал закипать. Легко им всем рассуждать!
— Гарри, послушай меня. Фенрир — ужасный человек. Да даже не человек! Я поклялся ему, но если ты сам обо всем расскажешь Дамблдору, уверен, он найдет способ спасти тебя!
— Спасти? Дамблдор? — тут уж мальчик не смог сдержать возмущения. — Вообще-то это именно он вопреки всему отправил меня к маггловской родне матери, которые меня ненавидели. А Грейбек как раз забрал из этого ужаса.
— Ты хочешь сказать, что это именно он обратил тебя?
— Именно. И знаете что? Я ни разу не пожалел об этом!
— Мне кажется, ты серьезно ошибаешься, — грустно покачал головой Ремус.
— Нет. То, что вы боитесь моего отца, не смогли принять новую суть, вовсе не делает его вселенским злом.
— Он был одним из ближайших соратников Того-кого-нельзя-называть.
— Знаю. И принял это. У всех есть прошлое. Кстати, почему-то именно его беспокоила моя судьба настолько, что Грейбек сделал меня наследником, взял к себе. В то время как «бойцы светлой стороны» предпочли просто забыть обо мне.
— Гарри, если бы я…
— Сейчас это уже неважно, — оборвал оборотня Поттер. — Нынешнее положение дел меня полностью устраивает, и вы никому не скажете о нашем с вами разговоре, ведь так? Мне бы было неприятно сообщать отцу, что вы нарушили клятву.
Одно упоминание о Фенрире вызывало у Ремуса приступ страха, поэтому можно было надеяться, что он будет держать язык за зубами.
И все равно Гарри многого не понимал. Например, почему никому до него не было дела, когда все обстояло очень плохо, но стоило его жизни наладиться, как проходу не стало от предупреждений, поучений и прочего в том же духе. Магический Мир казался мальчику полным интриг и подковерных игр. И лишь стая оставалась неким оплотом стабильности.
При этом Поттер четко осознавал, что обязан овладеть мастерством теневой политики. Слишком часто жизнь била по лицу, чтобы продолжать идти вперед с открытым забралом. Поэтому мальчик все больше прислушивался к урокам Люциуса и тщательно переосмысливал их после. Да и у Северуса было чему поучиться.
Вместе с этим никто не отменял и обычной учебы, а также тренировок по квиддичу. Так что у Гарри оставалось не так уж много свободного времени. Но он не жаловался, демонстрируя просто фантастическую работоспособность, вызывая одновременно восхищение и беспокойство у своего опекуна.
Когда Снейп поделился опасениями с Грейбеком, тот лишь усмехнулся, но потом объяснил:
— Понимаешь ли, друг мой, Коул в таком возрасте, когда энергия через край бьет. Сам он подросток, а вот волк почти взрослый. Он идет к своему пику возможностей, и если пойдет к нему максимально собранным, то взросление не выбьет почву у него из-под ног, как бывает с некоторыми. Поэтому его сложно перегрузить. Но нужно отследить один момент.
