В один тихий и спокойный вечер, Кэрол, забрав Патрика со школы и отвезя в спортивную школу, вернулась после рабочего дня домой. Отпустив няню, молоденькую шуструю студентку, которая ей очень нравилась своими добродушием и непосредственностью, а еще больше — умением не совать нос не в свои дела и выполнять поручения, не задавая вопросов, Кэрол занялась приготовлением ужина. Близнецы тихо играли в большом манеже.
Зазвонил телефон. Поспешно сполоснув руки, Кэрол взяла трубку.
— Алло!
Ей никто не ответил.
— Алло? Рик, это ты хулиганишь?
На том проводе молчали, но она вдруг расслышала чье-то дыхание. Душа ее стала наполняться холодом. Бросив трубку, Кэрол бросила встревоженный взгляд в окно. Подойдя к дверям, проверила, не забыла ли запереть ее. Потом вздохнула и улыбнулась. Возвращаясь к овощам, которые чистила, Кэрол думала о том, что слишком запугана и так нельзя. Кто-то ошибся номером, а она уже испугалась.
Телефон снова зазвонил. На этот раз звук этот показался Кэрол пронзительным и полоснул по нервам. Взяв трубку, она поднесла ее к уху и прислушалась.
— Да?
— Добрый вечер.
Едва сдержав вопль ужаса, Кэрол отшвырнула трубку, словно та обожгла ей руку.
— Нет, нет… не может быть… Боже, он нашел меня!
Застонав от отчаяния, Кэрол опустилась на диван. По лицу ее побежали слезы. Это был он. Как любила и ненавидела она этот голос, как мечтала и как боялась услышать! Это был Джек.
В оцепенении она сидела на месте, не двигаясь. Она была уверена, что бежать слишком поздно. Если он знает, где она, ей уже не спрятаться. Смех малышей привел ее в чувства. Повернув голову, она посмотрела на них. И в следующую секунду подскочила. Разве не готовилась она к этому мгновению? Почему же она так растерялась?
Схватив свою сумочку, она достала пистолет, прикрутила глушитель и, проверив патроны, старательно засунула за пояс. План, который она уже давно обдумала, был прост. Она берет деньги, новые документы и детей, садится в машину и уезжает из города. Потом из какого-нибудь города улетает на самолете за границу. И пусть попробует найти. Для этого ему потребуется перевернуть весь мир. Главное — успеть смыться.
Кэрол потребовалось десять минут на то, чтобы собраться в путь. В ее спальне в гардеробе уже стояла большая дорожная сумка со всем необходимым, которую она приготовила заранее. В ней были вещи для нее и детей.
Схватив сумку, Кэрол вытащила ее из дома и поволокла к машине, выскочив на мороз в тапочках и тонкой шерстяной блузке. Не замечая холода, она распахнула багажник и, не без труда подняв сумку, впихнула внутрь. Не успела она выпрямиться, как сзади ей вдруг набросили на голову какой-то мешок, мужская рука обхватила за горло и резко рванула назад, заставив Кэрол выпрямиться. Полузадушенная, она даже не смогла закричать. Прижав ее к себе, мужчина потащил ее назад к дому. Хрипя под безжалостно сдавившей горло рукой, Кэрол пыталась сопротивляться. Мускулы вокруг ее шеи напряглись сильнее, перекрыв ей дыхание, а спустя несколько секунд слегка расслабилась, позволив немного вдохнуть. Поняв угрозу, Кэрол, почти лишившись сознания, перестала вырываться. Плотно прижатая к мужчине, она поняла, что он невысокого роста и не имеет лишнего веса. Ударивший в ноздри резкий запах дорогого мужского парфюма лишил ее последних сомнений и последней надежды. Она хорошо знала этот аромат, потому что он был любимым у Джека. Смутная мысль, что чего-то в этом аромате не хватает, промелькнула и исчезла в ее голове.
Затащив ее в дом, он слегка ослабил хватку, но тут же, не снимая мешка, прямо поверх него крепко перевязал ей рот. Какой-то леской, больно врезавшейся в кожу, он стянул ей за спиной запястья. Сильный толчок заставил Кэрол упасть на диван, но она тут же попыталась сесть. Откинувшись на спинку дивана, она замерла, прислушиваясь к его шагам. Сердце ее остановилось, когда она услышала, что он подошел к манежу и остановился.
По тому, как закряхтел Крис, Кэрол поняла, что он взял малыша. Мальчик всегда вот так странно кряхтел, когда его брали на руки. Представив, что Джек разглядывает его, что, без сомнений, заметит сходство с Рэем, Кэрол почувствовала, как зашевелились на затылке волосы. Жалобно и умоляюще она замычала под мешком, из груди ее вырвались рыдания. Почему он молчит? Пусть скажет хоть слово, чтобы она могла понять, что он намерен делать дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Крис вдруг резко и пронзительно закричал, и это был крик боли, Кэрол сразу поняла своим сердцем матери. Дико она завопила в кляп, но вопль ее под мешком прозвучал всего лишь как стон. Вскочи на ноги, она с рычанием бросилась на голос малыша, забыв, что у нее связаны руки. Но сильный удар в грудь резко опрокинул ее на пол.
Малыш, уже в манеже, продолжал истошно надрываться криком. Кэрол попыталась подняться, но сильные пальцы вдруг сдавили ей голо и вжали в пол. Кэрол снова почувствовала запах туалетной воды Джека, и подсознательно удивилась тому, что он вылил на себя парфюма больше, чем следовало, что говорило о дурном вкусе. Странно, Джек любил, чтобы от него приятно пахло, но всегда соблюдал меру. И тут ее осенило. Она поняла, чего не хватало. Она не чувствовала запаха сигарет, который всегда сопровождал Джека. Он бросил курить? Или это не Джек?
Она расслабилась, почувствовав невероятное облегчение. И, не смотря на схватившую ее за горло руку, тихо засмеялась в мешке. Мужчина сразу отпустил ее. Развязал рот и сдернул с головы мешок.
Кэрол увидела перед собой Кевина.
— Раскусила! Как догадалась?
Кэрол приподнялась, усаживаясь на полу.
— Ты переборщил с одеколоном, и от тебя не пахнет сигаретами!
Кевин озадачено поскреб затылок.
— Но ведь все равно струхнула, — он расплылся в довольной улыбке. — Испугалась. Поверила.
Вынув из кармана диктофон, он нажал кнопку.
— Добрый вечер, — произнес голос Джека, записанный на пленку.
Облегчение Кэрол было настолько велико, что в первый момент она даже не чувствовала гнева на эту жестокую шутку. Взгляд ее с беспокойством разглядывал плачущего малыша, пытаясь найти причину его боли.
— Что ты ему сделал? — прошипела она, начиная закипать.
— Всего лишь ущипнул. Легонько.
— Легонько? Он чуть голос не надорвал от боли! Ты скотина! Развяжи меня, немедленно!
— Полегче, полегче, милая. Увидела, что нет рядом муженька, и сразу расхрабрилась? Так мы можем его пригласить. Считай, что это была репетиция. Но даже она произвела на тебя шокирующее впечатление, не так ли? Кстати, я тут обнаружил одну прелюбопытную вещь…
Подойдя к манежу, он подхватил на руки Криса, который при этом разорался еще сильнее, отталкивая его ручонками и жалобно смотря на мать. Кэрол поднялась на ноги, в бешенстве поджав губы.
— Ты не замечала, что этот малыш, и его братец тоже, как-то очень странно похожи на Рэя Мэтчисона? А ведь у тебя с мужем Куртни нет никакого родства, насколько я помню?
— Отдай мне ребенка!
— Возьми, — он с ухмылкой протянул ей малыша, который, перестав плакать, потянулся к ней, вытянув ручки.
Кэрол стояла со связанными за спиной руками, багровая от ярости. Крис, видя, что мама не берет его, обиженно расплакался.
— Ай-ай-ай, мамочка не хочет брать тебя на ручки! Тогда отправляйся обратно в свою камеру временного заключения, — Кевин спустил ребенка в манеж, оставив его там заливаться слезами. Второй малыш вторил братику, помогая оглашать весь дом жалобными криками.
— Развяжи руки, я успокою детей. Или хочешь, чтобы сбежались соседи узнать, что происходит?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хорошо, заткни своих ублюдков. Только учти, я очень на тебя зол. Так что без глупостей.
Помрачнев лицом, Кэрол одновременно подхватила двумя руками малышей и подняла из манежа. Опустившись в кресло, она прижала мальчиков к груди и стала целовать розовые, залитые слезами щечки. Обхватив ее шею руками, близнецы постепенно успокоились.
Кевин, устроившись в другом кресле, наблюдал за ней тяжелым злым взглядом.
